Views Comments Previous Next Search Wonderzine

ЖизньА поговорить: Почему пора пересмотреть взгляды
на социализацию

Так ли уж нужно всем общаться больше и чаще

А поговорить: Почему пора пересмотреть взгляды
на социализацию — Жизнь на Wonderzine

александра Савина

Сегодня у многих есть возможность в принципе не выходить на улицу и при желании не общаться с другими людьми — работать и отдыхать онлайн, заказывать продукты на дом и даже переписываться со службой поддержки в чате вместо разговоров по телефону. Но понятие «социализация» сегодня так же любимо многими, как и несколько десятилетий назад. На человека, который за всю жизнь завёл всего пару друзей, могут смотреть с опаской, а тех, кто выбрал обучение на дому вместо традиционной школы, жалеть, поскольку им якобы будет непросто строить отношения во взрослом коллективе. Социализацию советуют для решения множества вопросов: исследования говорят, что общение помогает нашему физическому и психическому здоровью, эксперты упирают, что оно нужно, чтобы справиться с травмами и стрессом и построить карьеру. Успешный человек в представлении многих — тот, кто легко заводит новые контакты и без проблем знакомится с новыми людьми — и чем чаще, тем лучше.

В бытовом представлении, говоря о социализации, обычно понимают общение в целом, но наука смотрит на процесс шире. Психология, например, рассматривает социализацию как важный этап развития, освоение социального опыта, становление социальной идентичности — когда человек начинает чувствовать себя частью общества и культуры. Социология подходит к социализации как к процессу интеграции человека в общество, благодаря которому тот осваивает нормы, традиции и ценности культуры, к которой принадлежит.

Учёные выделяют первичную и вторичную социализацию. Благодаря первой мы усваиваем базовую систему ценностей: например, маленький ребёнок учится контролировать импульсы (и понимает, что не всегда можно действовать в соответствии с сиюминутными желаниями), более взрослый запоминает, как строится взаимодействие между людьми — знает, что такое иерархия, как следовать расписанию, понимает, что такое власть и ответственность и как вести себя в разных социальных ситуациях. Считается, что за неё отвечают семья, сверстники, учителя, тренеры и другие люди, окружающие ребёнка. Вторичная социализация нанизывается на уже имеющиеся навыки и продолжается до конца жизни — в новой ситуации, например оказавшись в ином рабочем коллективе или переехав в другую страну, мы учимся свежим навыкам и переосмысляем, что собой представляем.

Важно понимать, что социализация не только помогает нам понять, что принято в том или ином обществе или группе, но и воссоздаёт существующий порядок вещей — мы знаем, чего от нас ждут, и стараемся вести себя соответственно. Более того, вместе с ценностями мы так же легко усваиваем и стереотипы, и устаревшие представления о важном. Исследовательница, обладательница кандидатской степени по социологии и журналистка Ники Лиза Коул в качестве примера приводит школу — важный для социализации институт. Для последней здесь важны не собственно знания, которые мы получаем на уроках, а то, что мы усваиваем «между строк»: как люди взаимодействуют между собой, как формируются авторитеты, как жить в рамках расписания и соблюдать поставленные сроки.

Но кроме соблюдения правил школа учит и другим установкам. Коул упоминает исследования социолога К. Дж. Паско и её книгу с говорящим названием «Dude, You’re a Fag». На протяжении восемнадцати месяцев Паско изучала обстановку в калифорнийской школе и то, как её среда задаёт стереотипные представления о происхождении человека, гендере и сексуальности. Оказалось, что школьное общение — то самое, которое многие считают необходимым для формирования зрелой личности, — учит детей, что только гетеросексуальные отношения являются нормальными, что мужчины имеют право вести себя агрессивно и должны стремиться доминировать. Школа отвечает в том числе и за мужскую и женскую гендерную социализацию. Исследования показывают, что дети в раннем подростковом возрасте в самых разных странах — Боливии, Китае, Шотландии, США и других — усваивают, что девочки должны быть нежными и уязвимыми, а мальчики — сильными, независимыми и смелыми.

Более того, для многих сам процесс обучения и школьная жизнь оказываются травматичными. Школьный буллинг сегодня распространён не меньше, чем двадцать или пятьдесят лет назад — разве что с поправкой на то, что огромная его часть переместилась онлайн. Какой эффект даст обучение в травматичной обстановке — большой вопрос. Травля приводит к самым разным последствиям — от проблем с учёбой до психологических трудностей и заболеваний, например, она повышает риск депрессии. Неудивительно, что сегодня, когда у нас есть больше возможностей выбирать окружение и формат собственной жизни, а идеи успеха больше не ограничиваются обязательной схемой «школа — высшее образование — работа с девяти до пяти», многие решают идти совсем другим путём.

Вряд ли кто-то будет отрицать, что нынешнее общение радикально отличается от того, каким оно было даже двадцать лет назад. Скажем, в 2016 году никто из нас понятия не имел, что на чужие сториз в инстаграме мы будем реагировать автоматически предложенным соцсетью эмодзи. Другой пример: за последние десять лет эпистолярный жанр, кажется, окончательно сдал свои позиции — вспомните, когда вы последний раз писали имейл не по работе. Неудивительно, что стремительные перемены пугают: мы знаем, что общение изменилось, но как именно это на нас повлияет, пока до конца не ясно — многие вещи пока ещё не так хорошо изучены, как, например, влияние телевизора на развитие детей.

И всё же отгораживаться от этого бессмысленно: уже понятно, что в ближайшее время интернет и соцсети никуда не уйдут и будут влиять в том числе и на социализацию — в научном представлении или в бытовом, на простое общение. Тем не менее многие настаивают, что важно уделять особенное внимание общению вживую, а переписка не способна заменить встречу лицом к лицу. Отчасти это действительно так: в чате невозможно увидеть чужую мимику, понять оттенки эмоций, услышать интонацию; легко пропустить иронию или, наоборот, увидеть там, где её на самом деле нет. Но противопоставлять общение онлайн «настоящей» социализации тоже неверно. Первое скорее дополняет второе — данные американского Pew Research Centre (правда, за 2012 год), например, показывают, что больше всего с друзьями переписываются те, кто чаще проводит с ними время и вживую. Уже более новое британское исследование показало, что социальные сети помогают подросткам формировать и отрабатывать социальные навыки — хотя и не могут полностью заменить встречу лицом к лицу. Плюс не стоит сбрасывать со счетов и новые возможности: соцсети позволяют найти единомышленников, которых по разным причинам просто нет рядом, тех, кто недоступен нам вживую — а ещё в любой момент возродить вроде бы угасшее общение и потерянные связи.

Конечно, бывают и более сложные ситуации. Например, в Японии ещё в девяностых появилось явление «хикикомори» — так называют людей (чаще всего мужчин), которые ведут затворнический образ жизни и больше полугода не покидали дом и не общались с другими людьми; по данным 2016 года, их было больше полумиллиона. Но связывать это только с доступностью технологий, которые позволяют избежать коммуникации, точно не стоит. Эксперты говорят, что причина сложнее и кроется в личных психологических трудностях, а также в давлении общества: чтобы избежать социальных неудач, многим проще заведомо исключить себя из социума.

Далеко не каждый человек, который хочет ограничить общение с людьми, в итоге окажется затворником — как бы ни пугала нас такая перспектива. Исследования говорят, что нам в принципе сложно поддерживать больше пяти близких контактов. Логично, что новые люди, компании и ситуации помогают узнавать новое о себе и о мире вокруг — усваивать те самые социальные навыки в другом контексте. Но возможно, идея обязательного нетворкинга (именно так для многих в бытовом понимании и выглядит пресловутая социализация — новые знакомства и контакты, желательно как можно больше) подходит не всем — или по крайней мере может существовать в разных форматах.

Американские психиатры на протяжении тридцати лет наблюдали за группой из ста человек. Учёные хотели понять, как количество друзей влияет на эмоциональное состояние и субъективное ощущение счастья. Участники исследования записывали, как часто взаимодействовали с людьми и как чувствовали себя — в том числе отвечали на вопросы о депрессии и ощущении одиночества. Оказалось, что если в возрасте двадцати с чем-то лет гарантией того, что человек будет ощущать себя счастливым, было количество друзей, то после тридцати лет акцент смещался на качество — люди были готовы вкладывать больше усилий в меньшее количество отношений.

Но если идея, что с возрастом количество друзей уменьшается, зато дружба становится более крепкой и глубокой, кажется не такой радикальной, то поверить в то, что кому-то в принципе не нужно такое количество общения, многим по-прежнему сложно. Тем не менее и здесь есть исследования — например, учёные из Финляндии попытались изучить, почему те, кого мы привыкли считать интровертами (то есть менее «общительные» люди), больше устают от коммуникации. Они пришли к неожиданным результатам: оказалось, что люди, которые ведут себя более общительно, получали больше удовольствия от коммуникации в процессе, но спустя несколько часов точно так же уставали от неё. В исследовании участвовало всего 48 человек, и делать по нему масштабные выводы сложно. Но это как минимум повод задуматься. Все мы знаем, что общение выматывает — так почему же мы продолжаем считать, что должны к нему постоянно стремиться?

ФОТОГРАФИИ: Urban Outfitters (1, 2), DOIY Design

Рассказать друзьям
12 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.