Views Comments Previous Next Search

Личный опыт«Гори оно всё огнём»:
Как я стала стилистом
в России

Грубые клиенты, испорченные вещи и неожиданные траты

«Гори оно всё огнём»:
Как я стала стилистом
в России — Личный опыт на Wonderzine

Работа в фэшн-индустрии до сих пор кажется многим чем-то «несерьёзным». В лучшем случае знания о ней ограничиваются клише из кино: если речь идёт о стилистах, то представляют человека, который на съёмке раз в полчаса поправляет складки на одежде модели. О том, что на самом деле подразумевает профессия стилиста и как можно им стать, мы расспросили Ирину Дубину: оставив журналистскую карьеру, Дубина полностью сосредоточилась на стилизации съёмок, успев посотрудничать с изданиями от Buro 24/7 до онлайн-версии итальянского Vogue и марками от Kuraga до Maria Stern.

Текст: Ирина Дубина, стилист и автор телеграм-канала «Мегастиль»

Я никогда не мечтала работать в моде. Лет до восемнадцати меня вообще мало интересовала одежда — маме стоило больших трудов затащить меня в магазин, чтобы купить замену прохудившимся джинсам или пуховик на зиму. Это странно, потому что я помню, как любила в детстве шить для своих одежду и наряжать бумажных кукол — их у меня было с десяток. Наверное, интерес всё же сидел где-то глубоко, однако истории в духе «я с младых ногтей залипала в журналы Vogue» не про меня. Хотя мама никогда не отказывала себе в покупке одежды, не сказать, что она придерживалась какого-то особенного стиля. Для меня это до сих пор больная тема: никто не прививал мне чувство прекрасного с детства и работать над воспитанием вкуса и стиля мне пришлось уже в сознательном возрасте.

После школы я поступила в МИФИ — Московский инженерно-физический институт. Это было решение родителей: всю жизнь я считала себя стопроцентным гуманитарием, но тут пришлось погрузиться в физику и математику. Мама, естественно, выбирала вуз из соображений престижности будущей профессии: она думала, что после окончания я пойду работать в какой-нибудь «Росатом» и буду зарабатывать большие деньги. Тогда же у меня появился интерес к моде — думаю, я наконец начала чувствовать себя привлекательной и захотелось себя как-то украсить. В то время только начали появляться фэшн-блоги — так я открыла для себя дивный новый мир, в котором могла зависать по несколько часов в день. Сидела в пабликах «ВКонтакте», где девочки выкладывали свои луки. Некоторые из них, кстати, стали успешными стилистками и блогерами.

«Здравствуйте! Вот мой блог»

Курсе на четвёртом я окончательно поняла, что будущее в ядерной отрасли мне совсем неинтересно. Мне хотелось попробовать себя в качестве стилиста, но не было рабочих инструментов — собственно вещей. Мой гардероб был более чем скромным, а денег на одежду не было. Тогда я решила завести блог в ЖЖ и выкладывать туда всё, что думаю о происходящем в моде. Работать с текстами у меня всегда получалось хорошо, и написание заметок приносило удовольствие. Ближе к окончанию курса я решила попытать удачу в каком-нибудь глянцевом журнале, но резюме или портфолио у меня не было, так что моё сопроводительное письмо выглядело как: «Здравствуйте! Меня зовут Ира, я хотела бы работать в вашем журнале. Вот ссылка на мой блог». Ответили мне только из Collezioni: меня взяли стажёром и за почти пять лет я выросла до фичер-редактора.

Работа фэшн-журналистом подразумевает большой багаж знаний по теме не только моды, но и смежных сфер. Пожалуй, лучшее, что дал мне этот опыт, — знания об истории костюма, о природе стилистических направлений, о работе индустрии. Мне нравилось писать тексты и брать интервью, но однажды я почувствовала, что становится тесно. Хотелось попробовать себя в создании модной картинки — казалось, у меня есть потенциал. Моя главная редактор и подруга Таня дала такую возможность, и мы сделали несколько простых съёмок в паре с фэшн-редактором Лёшей. Ощущения были классные: из набора вещей ты создаёшь целостный, законченный образ.

На два фронта

В феврале 2015-го Collezioni закрыли, и я вместе с главредом перешла в Cosmopolitan Shopping на должность шеф-редактора. Не сказать, что эстетика журнала была мне близка, но именно благодаря этому месту я начала работать стилистом. Примерно год спустя мне предложили стать шеф-редактором сайта Harper’s Bazaar, где я продолжала развиваться в новом для себя направлении. Всё это время я трудилась на два фронта: писала и делала съёмки. И если на первом я чувствовала себя как рыба в воде, то со вторым дела шли не так гладко. Из-за нехватки опыта случались провальные съёмки — знаю, что о них нелестно отзывались коллеги за моей спиной. Общение с токсичными людьми тоже не прибавляло веры в себя. В 2017-м команду сайта распустили; я была уверена, что после недолгого перерыва вновь вернусь на штатную работу в какое-нибудь издание, но в итоге ушла на фриланс. Полтора года я работала и как журналист, и как стилист, но потом бросила все силы на второе.

Трудностей было много. Во-первых, большинство людей из индустрии долгое время воспринимали меня как автора, а не стилиста — отчасти потому, что по сравнению с коллегами мой опыт был невелик. Во-вторых, я никогда не работала ассистентом, о чём жалею, и многим аспектам приходилось учиться на собственных ошибках. Да что там, периодически провалы случаются и сейчас. Важно всё: от того, как сидит вещь на модели в кадре, до законченности образа с причёской и мейком. Кажется, что это всё мелочи, но, анализируя работы крутых стилистов, я стала понимать, что именно мелочи делают картинку. Признаться честно, я до сих пор не считаю себя состоявшимся профессионалом: прокачивать навыки приходится каждый день и я всегда стараюсь сделать новую съёмку лучше предыдущей. От синдрома самозванца никто не застрахован.

Месяц без съёмок

Работа фриланс-стилистом — это постоянная борьба с собственным эго. Ты можешь неделями сидеть без работы, наблюдая, как твои коллеги каждый день что-то делают, и чувствовать себя бесталанным ничтожеством. Летом у меня случился нервный срыв: мне казалось, что я никому не нужна, у меня нет способностей и никому не нравятся мои съёмки. Я искренне завидовала тем, у которых есть регулярная работа: казалось, вот оно — счастье.

Сейчас я понимаю, что ежедневные съёмки сами по себе ничего не значат. Если ты не Лотта Волкова, вряд ли тебе приходится работать исключительно с топовыми клиентами и классными журналами. Соглашаясь на сомнительные проекты, ты растрачиваешь энергию и творческий потенциал, поэтому куда важнее расставлять приоритеты, а не гнаться за востребованностью. У меня нет стабильного графика съёмок, каждый месяц всё по-разному. Например, этот январь неожиданно превратился в сплошной отпуск — ни одного проекта. Конечно, это страшно: думаешь, а вдруг следующий месяц будет таким же? Дело не только в заработке, но и в самом факте: кажется, что если клиенты и журналы не предлагают тебе работу, значит, ты хуже остальных. Причин, однако, может быть множество. Например, в нашей индустрии заказы часто появляются благодаря связям: кто-то тебя посоветовал или твой друг-фотограф привёл тебя на проект. Есть даже те, кто специально пытается подружиться с влиятельными ребятами, но мне такой подход не близок — возможно, поэтому весь январь я просидела без работы!

Грубые клиенты и непредвиденные расходы

Мне кажется, людям со стороны трудно поверить, что профессия стилиста — эмоционально и физически тяжёлый труд, но это действительно так. Ты таскаешь тяжеленные пакеты, бегаешь по городу в поисках нужных вещей, а на съёмках ползаешь на коленях, чтобы завязать шнурки на обуви. Нередко работаешь с неприятными клиентами, которые хотят «то, не знаю что», считают твой гонорар слишком высоким и уверены, что понимают в стайлинге лучше тебя. Принимаешь участие в проектах, за которые платят очень мало или «забывают» заплатить вообще. Зачастую берёшь на себя полную ответственность за вещи, чья цена сопоставима со средней зарплатой в Москве.

Последний пункт, кстати, самая большая боль фриланс-стилистов: те, кто работает с журналами, обычно в большей безопасности, поскольку ответственность за вещи берёт на себя издание. В моей практике проблемных ситуаций хватает. Однажды ассистент недосмотрела и при сдаче на шёлковом платье обнаружилась зацепка — при этом вещь даже не надевали на модель. К счастью, его удалось починить, но за ремонт я заплатила сама. На другую съёмку я покупала топ-комбинацию и забыла проверить его в магазине — постфактум на нём тоже оказалась зацепка. При возврате доказать, что так и было, естественно, не удалось — вещь пришлось выкупить, а стоила она, мягко говоря, немало.

Бывает, что в процессе съёмки модель неудачно присела или наступила, порвала шов, стёрла подошву обуви, растянула колени на штанах — ответственность за это опять-таки на тебе. Доходило до смешного: как-то в магазине меня уверяли, что я отпорола бирку на боди, а затем пришила её другими нитками. Короче говоря, боюсь даже прикинуть, сколько денег мне пришлось вытащить из своего кармана на такие непредвиденные расходы. А клиент, увы, далеко не всегда готов жертвовать рублём.

Вещи и ограничения

Кстати, вопрос, где брать вещи для съёмок, ещё одна больная тема для большинства местных стилистов. Брендовых шоурумов, которые предоставляют семплы, то есть образцы подиумных вещей, в Москве очень мало, поэтому часто приходится договариваться с местными магазинами. Насколько я знаю, такая практика распространена только в России — в Европе и Америке такого нет. Магазинам, в свою очередь, тоже нет резона одалживать вещи, особенно если ты снимаешь для немосковского клиента. А вдруг это платье или туфли мог бы кто-нибудь купить? Каждый раз приходится уговаривать пиарщиков дать хотя бы пару позиций.

Второй момент — с одеждой из магазинов нужно быть максимально внимательной и аккуратной, не дай бог при возврате на ней обнаружится дефект. С одной стороны, такая ситуация ограничивает рабочий диапазон, но с другой — ты можешь прокачать скиллы нестандартного подхода к стайлингу. Я, например, решила, раз у меня нет возможности постоянно брать на съёмки Gucci и Balenciaga, буду искать классные вещи в других местах: в секондах, винтажках, на «Авито». У меня дома уже склад одежды, обуви и аксессуаров, которые я покупала специально для съёмок и использую регулярно. Это, кстати, очень удобно: всё под рукой и не надо каждый раз бегать по всему городу. Сперва мне было жалко тратить кровно заработанные на такие закупки, но теперь понимаю — это мой набор инструментов для работы.

Местная индустрия

Я нередко слышу от коллег, что в России нет индустрии моды, якобы рынок устроен по-дилетантски. Отсчёт ведут от появления Vogue в 1998 году — считается, что прошло слишком мало времени, чтобы механизм начал работать без сбоев. Да, здесь, безусловно, есть свои нюансы работы как с финансовой, так и с творческой стороны, но где их нет? Я считаю, что всё зависит от тебя. Нужно решить, хочешь ли ты подстраиваться под систему и оправдывать себя отсутствием условий и плохим вкусом заказчиков и редакторов, или же хочешь выжимать максимум и сделать крутой продукт несмотря на все но. Иногда думаешь, да гори оно всё огнём, кому это вообще нужно? Но фишка в том, что это должно быть нужно прежде всего самому тебе. Когда ты работаешь в творческой сфере, важно оставаться честным перед собой и отвечать в первую очередь перед внутренним цензором.

обложка:  Дима Черный

Рассказать друзьям
12 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.