Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Возможности«Что я вообще делаю?»: Истории женщин, которые начали учиться программированию в осознанном возрасте

«Что я вообще делаю?»: Истории женщин, которые начали учиться программированию в осознанном возрасте — Возможности на Wonderzine

Четыре личных истории о смене профессии

В исторический момент, в котором мы все оказались, многие задумались о своей жизни и стали задавать себе вопросы — в том числе о работе и будущем. Люблю ли я свою профессию? Хочу ли я заниматься этим всю жизнь? Мы уже развенчивали мифы о «призвании» и писали о том, что учиться новому никогда не поздно. В этот раз мы решили поговорить с женщинами, которые решили «перепридумать» себя и попробовать пойти учиться программированию в осознанном возрасте. Мы расспросили их о преодолениях из-за смены сферы деятельности, «синдроме самозванца» и о том, как они выбрали специальность, курсы или университет.

Катя Изотова

Работала художницей по гриму в кино, сейчас учится на Front-end Developer

  Я работала четыре года в сфере кино как художник по гриму, сейчас продолжаю работать в кино, но больше как исполнитель. На этой специальности я училась год, позднее пришлось переучиваться у более современных преподавателей. Карьера развивалась довольно успешно — несмотря на множество сложностей, мне удалось быстро занять должность художника и поработать на больших проектах. Год назад я даже провела офлайн-семинар для тех, кто занимается видеопродакшеном. Я также отдельно занималась обучением новичков — иногда прямо на съёмочной площадке.

В работе мне нравилась возможность побывать в тех местах, в которых я просто никогда бы не оказалась, и в принципе возможность небольших путешествий. Сам процесс съёмок хоть и тяжёлый, но очень динамичный, это особая атмосфера, которую сложно передать словами. Радовало ещё и то, что не нужно работать с одним коллективом многие годы: на каждом проекте своя команда. Касательно минусов, которые перевесили плюсы: это в первую очередь вопрос денег. Художественный труд, как правило, оценивается гораздо ниже технического, хоть работы не меньше (а иногда и больше).

Отношение к гриму тоже довольно своеобразное. Многие воспринимают специалисток как фей с кистью, которые бесплатно нарисуют всей группе стрелки или заплетут волосы. Часто случается и пренебрежительное отношение со стороны актёров, бывает, что они относятся к нам так, словно мы их личный обслуживающий персонал. Иногда приходится слушать откровенное хамство и капризы, в крайних случаях унижения. Такое поведение практически всегда остаётся безнаказанным, и есть люди, которые заходят слишком далеко.

Не нравилась также нестабильность: иногда можно было просидеть без работы месяц, а иногда работы столько, что приходится выбирать, на какую съёмку поехать. В таком ритме тяжело планировать бюджет, ведь сложно сказать, сколько именно денег я заработаю в следующем месяце. Не знаю, буду ли я ещё работать на съёмках, когда освою новую специальность, сейчас сложно загадывать.

Вопрос о смене специальности встал ещё в 2020 году, тогда я начала интересоваться сферой IT. Несмотря на довольно большие успехи в работе, я начала понимать, что работать так всю жизнь не получится, уж слишком я нежная фиалка для этого всего. Профессия давала очень много положительных эмоций, но не давала чувства безопасности, поэтому решение рано или поздно было бы принято. Блока по поводу смены деятельности не было, но в процессе обучения я часто думала: «Что я вообще делаю? Получится ли у меня? Во что я ввязалась?»

Выбор был не очень долгий: на многих обучающих сервисах есть возможность потестить разные языки программирования и специальности, я попробовала несколько, почитала прогерские журналы, посмотрела много видео на ютьюбе и поняла, что больше всего мне нравится фронтенд.

Решение далось не слишком сложно, меня очень поддержали друзья и родные. Да и понравилось мне всё это так, что сомнения отходили на второй план. Сперва я несколько месяцев обучалась самостоятельно и не спешила с курсами, хотелось убедиться, что я сделала правильный выбор.

В школе я учусь всего месяц, выбирала её очень долго. Меня интересовал стиль подачи материалов, отзывы, какие проекты делают ученики и насколько квалифицированы преподаватели. В итоге выбрала школу, которая ориентирована именно на продвижение женщин в айти, там исключительно женское уютное комьюнити и много классных мероприятий. Сейчас я занимаюсь индивидуально с наставницей, но через школу.

В целом ни о чём не жалею. Думаю, мне впервые настолько интересно учиться, хоть в программировании на самом деле сложности повсюду. Поначалу всё кажется сложным. Когда ты, казалось бы, всё поняла, прочитав тему, на практике всё работает совсем не так. Но, к счастью, материалов для джунов в интернете огромное количество, и найти информацию очень просто.

Хоть тяжёлых моментов и много, желания бросить пока что не возникало. Я вспоминаю в такие моменты о какой-нибудь штуке, которая мне казалась очень сложной в прошлый раз и которая теперь не кажется такой страшной.

Из раза в раз я сталкиваюсь с ситуациями, когда сложно и непонятно, но напоминание о том, что я всё это осилила и разобралась, даёт мне уверенность, что у меня и с другими непонятными «штуками» всё получится. Самое сложное — до конца сохранить мотивацию. В такие моменты важно иметь кого-то рядом, кто проходит через такие же трудности, получать поддержку, помнить, зачем это всё делается.

В моей школе есть классные практики на эту тему — они являются частью основных уроков. А также встречи учениц и система «бадди», где можно найти себе подругу по учёбе. Такие вещи очень помогают не сдаваться и заряжаться силами. Сейчас я учусь и моя главная цель — стать классным профессионалом своего дела и получить от учёбы максимум удовольствия. Хотелось бы попасть на стажировку от школы, но пока что рано об этом говорить. Надеюсь, всё получится.

Дарья Кошкина 

Работала дизайнером, сейчас получает степень магистра по специальности Digital Media

  Я из тех детей, кто никогда не переставал рисовать, поэтому мой бэкграунд всегда сильно был связан с визуальным искусством. Училась я на факультете иллюстрации в Британке. До этого в архитектурной школе СТАРТ и много где ещё. После Британки я пробовала себя в рекламе, но почувствовала, что это не моё — пусть и очень весело. Потом я работала дизайнером в медиа, а после — бренд-дизайнером в IT-компаниях. Были периоды застоя: мне не нравились предложения на рынке, а я не подходила рынку в силу особенного стиля иллюстрации, подходящего и понятного далеко не всем, и минимальных знаний, что обычно стоит за «мы как большая дружная семья, работающая за 10 тысяч рублей в конверте».

Моя карьера развивалась по-разному. В процессе своего становления я поняла, насколько важна культура компании: порой даже самые замечательные кадры не сходятся с очень неплохим местом (как не все актёры подходят для всех фильмов). У меня замечательно складывались отношения там, где ценности были общие: качественная работа, открытая коммуникация, доверие и кооперация. Там, где этого не было, мне было некомфортно — и со временем я поняла, что это нормально.

Дизайн и иллюстрация так или иначе фигурировали в моей работе на протяжении всего пути — это мои сильные навыки которые позволяют мне работать и учиться новому одновременно.

Стало понятно, что надо учиться чему-то новому, когда внутри наступила пустота. У меня было тревожно-депрессивное расстройство, я изолировалась — а про меня мало кто вспоминал. Я почувствовала также, что я в карьерном тупике — что дальше? Бесконечно делать сайты, баннеры и картинки для социальных сетей (даже очень красивые) стало недостаточно. Я почувствовала желание учиться, и мне было очень важно делать это не дома онлайн, а в реальной среде. Сейчас я считаю, что это было интуитивно очень правильно: мне необходимо было заново обзавестись единомышленниками. Всё это было перед ковидом.

У меня был блок: меня всегда влекла наука, но плохие оценки в школе по математике убивали всякую веру в мои способности и что мне это может быть интересно. Через два дня после того, как я вышла из самолёта в Штатах, начался курс программирования — интенсивный, сложный. Но я справлялась — потому что мне было интересно. Это было очень важно, и я считаю, что всё это школьное снисхождение к «гуманитариям» невероятно вредно. Здесь было много поддержки студентам, много материалов для обучения, но главное — всегда хотеть делать то, за что берёшься. Сейчас блока больше нет — я знаю, что я могу справляться с трудностями, которые выбираю.

Жизнь сама расставила всё по местам: я прошла отбор на работу в лабораторию физики, где моя задача — помогать превращать научные работы в искусство для галерей. Научный руководитель лаборатории оказался как раз тем единомышленником, который мне был нужен в работе: у меня достаточно ответственности, часто приходится применять новые навыки, которым я обучаюсь, и использовать старые.

Сложности начались, когда пришлось продавать квартиру, чтобы оплатить учёбу, и сесть в самолёт. Это было самое трудное. Когда ты продаёшь свою квартиру, чтобы исполнить мечту, ты берёшь на себя ответственность за возможное ощущение ошибки. Я очень хотела учиться, поэтому в отличие от учёбы в школе и университете ранее, где я училась на 3–4, здесь у меня одни пятёрки.

Изначально у меня тогда был запрос 3D-анимацию — я подала заявку в несколько университетов и в итоге выбрала тот, где есть не только анимация, но дата-визуализация, психология, программирование. Я долго думала, а потом за секунду всё решила и ни разу не пожалела.

Обучение происходит так: раз в неделю урок, а всю остальную неделю ты делаешь домашнее задание. Иногда в группе, иногда сама, зависит от курса. Есть обязательные курсы в зависимости от концентрации, есть по выбору. Всё направлено на реальную практику, в том числе теория. Я старше почти всех в группе, и мой рабочий опыт позволил мне «обменять» базовые предметы на более сложные и интересующие лично меня. Учёба очень интенсивная, особенно если при этом работаешь в кампусе. Главная сложность — успевать отдыхать и восстанавливаться, а также заводить знакомства для дальнейшего поиска работы.

Были и тяжёлые моменты. Но не настолько, чтобы бросить здесь и сейчас, — я просто поняла, что ценю отдых. Он необходим мне для творческих задач, мне нужно время подумать. Здесь всё очень быстро, и я вижу в таком рабочем подходе свои минусы. Но самый тяжёлый момент — начало известного п***а — был пройден как раз благодаря тому что моя психика была сильно занята, а рядом был любимый человек. Я вместе с галереей, в которой лаборатория сделала выставку, организовала аукцион продаж работ украинских художников — мы подняли 3400 долларов для них и двух НКО. Это очень помогло справиться, и было здорово, что многие мне помогли: научный руководитель, кураторы, университет, который написал об этом и помог привлечь покупателей.

План у меня есть, и даже не один — никто не знает, что будет дальше. Я прорабатываю несколько вариантов, и большой плюс образования в США, что опыт работы в кампусе и на стажировках во время учёбы здесь сразу даёт международный опыт, а университет имеет ресурсы, чтобы подготовить студентов к собеседованиям и вместе составить резюме.

Могу сказать всем, кто чувствует желание, но сомневается, замечательную фразу одного канадского космонавта: «Giving up your dreams don’t come for free». Это точно так.

Надя Королёва

Работала в социальной сфере, сейчас — Front-end Developer

  Я училась на социолога, работала PR-менеджером — сначала в Look At Me, потом в Британской школе дизайна. В какой-то момент мне всё надоело, и я уехала в Берлин — по программе работать с детьми. Там я познакомилась с парнем, который работал программистом. Мне было обидно: его просто релоцировала компания, а я вроде как занимаюсь социально значимой работой, важными вещами, но при этом именно у меня всё время какие-то проблемы с визой и деньгами. В какой-то момент мне пришлось вернуться в Россию — я очень из-за этого расстраивалась. У меня была работа в гимназии и летом, и, когда у учителей тоже были каникулы, решила пройти курс по питону. Это оказалось так интересно, так круто. Для меня это стало своего рода медитацией. В школе дети орут, а ты приходишь домой и спокойно верстаешь, всё классно.

Позже я попала на работу в Moscow Coding School — сначала ассистентом — и параллельно стала проходить все курсы подряд: дата-сайенс, питон, свифт — всё для новичков. Через время поняла, что пора искать новую работу: фронтенд мне оказался интереснее всего. Писала во все студии подряд — просто что я начинающий специалист и мне очень хочется работать.

Конечно, были сомнения. На тот момент мне было 30 лет — у всех дети-семьи, а я «в поиске себя». Но мне очень помогала мысль о том, что я доживу до 90 лет — и что, две трети оставшейся жизнь просто доживать? Плюс я переживала из-за того, что есть прирождённые «технари», а есть «гуманитарии». Сейчас я понимаю, что это всё бред. У меня есть подкаст для новичков, которые учатся программированию, и почти все мои гости, говорят, что это «разделение» — чушь.

У меня не было особых накоплений — надо было на что-то жить. И получилось, что с хорошей зарплаты надо было перейти на бесплатную стажировку. Мне пришлось брать кредит, и это было довольно ужасно. Ты ставишь на кон всё и сомневаешься — а вдруг «не пойдёт»? Сам переход у меня занял года полтора, но, наверное, это можно сделать гораздо быстрее — если сильно сосредоточиться. Просто мне хотелось всё попробовать.

Были и совсем сложные моменты, когда хотелось всё бросить. Первые полгода я была самым бесполезным сотрудником в студии. Мне было ужасно стыдно: я сидела с утра до вечера, а по выходным проходила курсы. Было так — тебе только что-то сказали, а ты почти сразу всё забыла. Это очень демотивировало. В какой-то момент я подумала, всё, это точно не моё — не надо мучить ни студию, ни себя. Подумала, что надо уходить — взять небольшой отпуск и тогда уже точно решить, что делать. Но произошёл щелчок — я потом разговаривала, это происходит почти со всеми, — как будто бы вся информация осела и я всё поняла. Начала закрывать задачи и всё делать чётко.

До моего уровня знаний может «дойти» любой адекватный человек. Конечно, есть невероятные таланты — ребята, которые попадают в Google и прочее. Но в принципе есть множество задач, которые могут решать обычные люди. Куча работы. Так что если 20 лет назад вы поставили на себе клеймо «гуманитарий», вы можете лишить себя классной работы.

Несправедливо, конечно, что есть отдельная область работы (IT) с хорошей зарплатой, приятными коллегами и людьми вокруг, в которой при этом работодатели всё время за вас борются. Я каждый день получаю приглашения на собеседования — не бывает такого, что ты на что-то откликнулся, а твоё резюме даже не посмотрели. То есть, конечно, такое может быть — если речь о какой-то невероятной компании. Но в целом это не так распространенно как, например, в маркетинге. С другой стороны, если вы идёте в сферу только ради денег — ничего не получится. В первую очередь мне всё же было очень интересно.

Если уж мы говорим про разделение «мужского» и «женского», то, мне кажется, вообще нет ничего более «женского», чем программирование. Изначально программированием занималась именно женщины. А потом, как говорят, пришли большие деньги и женщин «подвинули» мужчины.

Всё больше людей начинают заниматься программированием, и я к этому отношусь очень хорошо. Вот говорят — и что, теперь все пойдут в айтишники? Я не хочу решать за всех, но это действительно интересная разнообразная область, где как будто бы найдётся место каждому. Не будет такого, что слишком много специалистов и работы не останется — это просто сложно представить. Наоборот, даже у меня в подкасте все говорят, что это только самое начало.

Наташа Липчанская

Журналист, переучивается на Front-end Developer

  Мне 36 лет, последние восемь лет я живу в Берлине. В прошлой жизни я окончила журфак МГУ, работала редактором в Seventeen и ELLE girl, фрилансила на все издания — от Forbes до Wonderzine, параллельно увлекалась фотографией, окончила MA по фотографии в Лондоне в UAL. После вернулась в Москву и устроилась редактором в Interview, там работала год. Ещё до учёбы в Лондоне я вышла замуж, и мой муж — дизайнер интерьеров автомобилей — получил контракт и уехал работать в Берлин, мы год жили раздельно. Я очень тяжело решалась на переезд к нему именно из-за работы: я не говорила по-немецки, английский не мой родной язык, чтобы быть пишущим журналистом, в Берлине я была всего пару раз и как русскоязычный редактор не понимала, что я буду там делать. В итоге всё же переехала, а дальше начались приключения с работой.

Вкратце: за восемь лет я работала пару лет в SEO-маркетинге для крупного европейского сайта знакомств, SMM на русскоязычном ТВ-канале OstWest, потом фриланс-фотографом и ещё пару лет в фотопродакшене для крупного e-commerce Zalando.

Сейчас мне кажется, что переучиваться куда-то надо было сразу, тем более в Берлине кого ни спросишь — все в айти и все отлично себя чувствуют в плане выбора работы и дохода. Отложило решение то, что я всегда находила какую-то работу с фото и текстами, удалённую или в Германии, у мужа была стабильная работа, но главное — где я, гуманитарий с кошмарами про математику в школе, и где айти. Я даже не пыталась разобраться, какие там есть профессии — всё казалось совершенно нереальным и для избранных.

Плюс, когда я только переехала, не было повсеместных буткемпов, курсов и их рекламы, как и вообще идеи, что можно вот так взять — и переучиться. Мои друзья-разработчики — абсолютно все — были из технических вузов, с 5+ годами высшего техобразования.

Чуть больше интереса возникло, когда я стала знакомиться с людьми, которые вдруг переучились и начали работать, — их было всё больше и больше, из очень разных областей.

А ещё началась пандемия, и буквально все смогли работать из дома, кроме людей в продакшенах, как я. Мне это оч не понравилось: сама идея работать откуда угодно, даже просто из дома, — мечта.

Через два года работы в фотопродакшене мой контракт закончился, я оказалась без работы, но на учёте в местном центре занятости, который в теории мог оплатить переквалификацию. Я подумала, что момент настал, сделала пару пробных курсов на разные айти-специальности (я думала про UX, так как это казалось самым простым — простите, UX! — но лично мне показалось слишком скучным). Дальше история про то, «как вы сознательно решились на разработчика» — держитесь. На вечеринке я познакомилась со шведской художницей, которая очень много лет страдала от безденежья, а потом выучилась на веб-разработчика и стала отлично зарабатывать! Шучу и нет — меня это вдохновило, я послушала ещё несколько историй успеха (как знакомые художницы и стюардессы за пандемию переучились на разработчиков), прошла трайл-неделю в «Яндекс Практикуме», погуглила курсы и попросила центр занятости оплатить учёбу (7500 евро).

Они сразу согласились (у меня нет гражданства, только ПМЖ в Германии, но я работала много лет, платила налоги, а когда остаёшься без работы и ясно, что по твоей специальности её непросто найти, им выгоднее переучить человека на востребованную специальность), я пошла учиться на фулл-стек-разработчика в школу Le Wagon.

Дальше начался адок: ещё до начала учёбы я прочитала в айти-сообществах, что без хотя бы минимальных знаний этот курс нереально тяжёлый, оказалось так и даже хуже. Мой курс был всего девять недель — по восемь часов каждый день, без праздников. Психологически я очень боялась, что буду самой старшей — на деле оказалась в большинстве, между 30 и 40 годами. На курсе из 35 человек были люди от 18 до 54 лет, из совсем не близких к айти профессий были актёр, повар, диджей и ещё пара журналистов. Актёр и диджей уже нашли работу, кстати.

Тема, когда легче было учиться — в 17 или 35, — не стоит: в 17 большинство из нас не получали новую профессию за девять недель. Это просто совсем другое.

В начале курса преподы как бы шутили, что плакать в туалете — норма. Мне показалось, что это шутка, — в итоге я три раза плакала в туалете плюс нервный срыв во время первого проекта. Все преподаватели когда-то учились на этом же курсе, одна из них рассказала, что рыдала каждый день.

Буткемп — это ад. Они себя так и позиционируют — ты не умеешь плавать и с первого дня ты в открытом море. Для людей без опыта вообще я не знаю, ок это или нет. За девять недель мы сделали свои приложения — наше было о том, как не забыть продукты в холодильнике и успеть их приготовить до конца срока годности, — с напоминаниями, рецептами и так далее.

Сам курс — супер. Все преподы его окончили и очень хорошо знают проблемы студентов. У вас постоянные вечеринки, всё хорошо. Мы все дружим и сейчас.

После учёбы я поняла, что облажалась с первоначальным ресёрчем — сказывается, насколько я вообще ничего не знала про веб-дев. Фулл-стек — не моё и я хотела бы заниматься фронтендом — всем, что более-менее «видно». Мы учили его процентов на 30.

Поэтому после учёбы я купила себе большой онлайн-курс на Codecademy (кстати, всего 100 евро по сравнению с многотысячным буткемпом) именно по фронтенду и до сих пор его прохожу. Я думаю, что в итоге найду работу: с нашего курса уже работу нашли процентов 30 человек, закончили учиться мы три месяца назад.

Если суммировать, то я решилась на обучение по трём причинам: очень хотелось понять, чем же каждый второй занимается в Берлине (количество вакансий вдохновляет), могу ли этим заниматься и я или уже закрыть эту мысль, ну и ещё денег хочется. Про последнее все мои знакомые «настоящие» айтишники морщились и говорили, что это прямо причина плохая-плохая и должно быть чистое желание. Но я тут прочитала интервью с Анной Айлеринг, старшим software engineer в Google, которая была поваром, а стала разработчиком — потому что хотела наконец-то позволить себе медстраховку. И после этого я решила хотя бы попробовать.

ФОТОГРАФИИ: local_doctor — stock.adobe.com

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.