Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Дело«Не надо скрываться»:
Мы открыли
свадебное агентство
для русскоязычных
ЛГБТК-пар

«Не надо скрываться»: 
Мы открыли 
свадебное агентство 
для русскоязычных 
ЛГБТК-пар — Дело на Wonderzine

Как переехать в Португалию, сыграть свадьбу и помочь в этом другим людям

Минчане Виталий и Кирилл сначала переехали в Москву, а уже оттуда — в Португалию. В Лиссабоне пара запустила свадебное агентство «Равный брак», которое помогает всем русскоязычным ЛГБТК-людям заключить союз и переехать. Несмотря на то что в России и многих других постсоветских странах гомосексуальные браки не признаются, свидетельство о браке всё равно может быть полезно — например, если пара рассматривает возможность переезда. Но и кроме того, свадьба может быть просто красивой церемонией, организовать которую на родине не всегда возможно.

Поговорили с Виталием и Кириллом о переезде в Португалию, организации агентства и свадьбах, которые они проводят.

антон данилов

О переезде в Португалию

Виталий: Мы из Беларуси, но четыре года — с 2012 по 2016 год — жили в Москве. Я работал в HR, занимался обучением сотрудников в банковской сфере. Когда мы переехали в Москву, у нас появилась возможность путешествовать. Тогда мы впервые приехали в Португалию как туристы, и нам очень понравилось. После 2014 года мы задумались о переезде.

Кирилл: Я работал официантом в очень хорошем ресторане, хорошо зарабатывал. Но ещё в Минске я окончил курсы стилиста-парикмахера — и здесь первое время работал в салоне. Мне как-то повезло в этом смысле: я закидывал удочки во всевозможные русскоязычные группы в фейсбуке, писал, спрашивал. По приезде я получил приглашение спустя примерно две недели и сразу пошёл работать.

Причина переезда понятна: гомофобия, отсутствие комфорта в России.


В ноябре нашим отношениям будет уже 12 лет, а свадьба была в 2019 году очень простой, по сути — обычная роспись, никто не становился на коленку

Виталий: Гомофобия в том или ином виде есть практически везде. Но живя в России или в Беларуси, мы понимали, что лучше не становится. Мы уехали пять лет назад, и за это время ситуация в лучшую сторону не изменилась — так что сейчас мы понимаем, что приняли правильное решение. Сейчас очень много людей приезжают фрилансерами; те, кто удалённо работают. Но мы тогда не могли себе позволить удалённую работу, так что искали такую, где можем присутствовать лично.

После переезда я нашёл работу в русскоязычном свадебном агентстве, работал свадебным организатором. Сюда приезжает очень много иностранцев. Американцы, британцы делают здесь большие и красивые свадьбы, здесь этот бизнес серьёзно развит. Потом уже мы вдвоём начали заниматься этим самостоятельно. Но я не могу сказать, что всё это очень страшно и невозможно.

Кирилл: Португалия — удивительная страна. Она даёт очень много разных возможностей для переезда, даже сейчас в законе есть положения, которые позволяют легализоваться людям, которые приехали как туристы, остались, нашли работу по найму или открыли своё дело. Сейчас на основе уплаты налогов можно просить вид на жительство: раньше это было в виде исключения, а сейчас — правило. Это длительный путь, он не на пару месяцев: у меня на полную легализацию ушло два года.

Виталий: Понятно, что работать по туристической визе не очень правильно, тебя не возьмут в какую-то крупную солидную компанию. Какое-то время мы находились здесь полулегально, пока ждали ВНЖ. Но мы были готовы, потому что очень любили страну.

Кирилл: Язык мы учили здесь на курсах в университете, но учим до сих пор. Мы учили в Москве, но поняли, что любые занятия до переезда могут обеспечить только уровень выживания, так что толку от них было мало. Здесь язык учится гораздо проще и быстрее.

Виталий: Брак мы заключили, уже живя в Португалии, когда у нас был опыт организации свадеб. В ноябре нашим отношениям будет 12 лет, а свадьба была в 2019 году очень простой, по сути — обычная роспись, никто не становился на коленку. Мы хотели и хотим собрать друзей на вечеринку, но уже второй год откладываем. Сейчас ещё и из-за ковида это сложно сделать.

Кирилл: Переезжая, мы, конечно, были готовы ко всему. Страх после переезда тоже был. Одно дело приехать туристом и восхищаться океаном, но другое — ходить в разные органы, решать проблемы, звонить и выяснять что-то. Твоя повседневность становится незнакомой, и это было страшновато. Но все сложности мы воспринимали адекватно, как часть нашей жизни. Все они окупаются потрясающими людьми, безопасностью, тёплым климатом. Все страхи уже позади.

Об организации агентства

Виталий: Ещё до переезда мы думали, что бы мы могли делать, чем зарабатывать? Так мы узнали, что здесь — так же, как и в Дании, — два туриста могут приехать и расписаться. Самостоятельно заключать брак в Португалии сложнее, чем в Дании, но с чьей-то помощью тоже вполне реально. Так мы решили, что это хорошая идея, и начали «раскручивать» это направление.

Это сейчас многие ЛГБТК-пары из России и СНГ знают, что можно расписаться в Португалии и Дании, но раньше было иначе: когда мы начинали работать, ситуация была совсем другой. Раньше многие просили прислать фотографию свидетельств о браке, положения законов, где было бы написано, что два нерезидента могут расписаться.


За это время в Португалии мы не сталкивались с гомофобией. Наоборот, после церемонии люди на улице поздравляют, причём иногда даже очень пожилые

Кирилл: Первых клиентов искали рекламой в инстаграме, тогда ещё раскрутиться там было не так сложно. У нас была целая стратегия, контент-план, каждый день что-то постили. Писали статьи о том, как можно расписаться самим, — просто для того, чтобы люди узнали о таком направлении в принципе. Ещё писали в правозащитные организации с этой информацией, готовили для них материалы. В общем, это всё было своими силами, без бюджета.

Первые клиенты появились через три месяца, а потом пошло по накатанной, так что сейчас какой-то особенной рекламы не требуется.

Виталий: Сейчас самая большая сложность для тех, кто хочет заключить брак в Португалии, это подготовить документы. Если брак первый, то их всего два: свидетельство о рождении с апостилем и заявление у нотариуса о том, что нет препятствий для вступления в брак. После этого остаётся только приехать на церемонию, потому что все юридические и организационные вопросы мы берём на себя.

Кирилл: За пять лет мы помогли заключить брак десяткам пар. За это время в Португалии мы не сталкивались с гомофобией. Наоборот, после церемонии люди на улице поздравляют, причём иногда даже очень пожилые. Водители — если видят, что у нас свадьба, — могут посигналить. Никаких открытых проявлений гомофобии.

Виталий: Пандемия на нас, конечно, тоже повлияла. Прошлый год был достаточно сложный, несмотря на то что государство поддержало нас выплатами. При этом в нашу заначку мы не залезали. За последние полгода в Европе туризм «раскачался», для россиян открылись Греция и Венгрия — и как раз оттуда можно улететь в Португалию. Сейчас мы работаем примерно в том же ритме, что и до пандемии. К тому же люди поняли, что пандемия с нами надолго, и продолжают жить.

Кирилл: Ещё в Португалии есть возможность заключить брак в присутствии только одного партнёра, а интересы второго человека по доверенности представляет адвокат. Это старая португальская традиция: раньше, когда мужчины уезжали в колонии и проводили там годы, они могли сочетаться браком с женщинами по доверенности в церкви. Сейчас она работает и со светскими браками тоже. Такая церемония не очень востребованная услуга, но в самые сложные месяцы пандемии, когда один человек был в ЕС, а второй — нет, так тоже расписывались. Такие пары, как мы знаем, сейчас благополучно воссоединились.

Виталий: Наше агентство на таких церемониях не специализируется, мы — про эмоции, когда пара приезжает вместе в красивую страну, тёплую погоду, может совместить с отпуском. Личное присутствие, конечно, сложно заменить, эмоции в этот момент проживаются иначе.

О клиентах и клиентках

Виталий: Сейчас к нам приезжают не только из России, хотя клиенты все русскоговорящие, потому что мы можем общаться с ними на одном языке. Но по факту получается, что все они жители стран бывшего Советского Союза, наши бывшие соотечественники, которые живут в Европе или Израиле.

Кирилл: За свидетельством о браке с конкретными юридическими целями к нам приезжает примерно процентов 20. Наверное, для большинства — это важный эмоциональный, символический шаг. Обычно это устоявшиеся пары, которые вместе пять, десять, пятнадцать или даже двадцать пять лет. Для них это нормальный, естественный шаг — даже если они понимают, что в родной стране они не могут быть связанными с родным, любимым человеком. При этом этот документ в Европе признаётся — если, например, не дай бог с одним партнёром что-то случится, то он позволяет попасть к мужу или жене в больницу.


Самые красивые церемонии обычно проводятся на побережье или в каком-то дворце с красивым декором, индивидуальным меню. Классическая красивая свадьба — не светский раут, но тёплая встреча

Виталий: Очень много людей, которые заключают брак, так или иначе рассматривают возможности переезда — и с каждым годом таких людей всё больше и больше. Свидетельство о браке в этом смысле помогает: мы здесь имеем все права как у любой супружеской пары. Можем открывать совместный счёт, платить налоги со скидкой как семейная пара, взять ипотеку, оформить семейную страховку. Нет никаких неясностей с наследством в случае чьей-то смерти.

Среди наших клиенток семь пар из десяти — женские. Интересно, что в Португалии есть своя статистика, по ней большинство гомосексуальных пар — мужские. Мы не проводили никаких исследований на эту тему, но есть ощущение, что в странах СНГ к гомосексуальным мужчинам относятся жёстче. Мужские пары — это красная тряпка для быка, они как будто чаще сталкиваются с открытой гомофобией. Здесь этого нет, мужчинам не нужно скрываться, они здесь абсолютно открыты.

Кирилл: Самые шикарные свадьбы обычно покрыты тайной за семью печатями, мы не можем о них рассказывать открыто: чем дороже организация, тем выше положение человека, не многие готовы открываться.

Виталий: Самые красивые церемонии обычно проводятся на побережье или в каком-то дворце с красивым декором, индивидуальным меню. Классическая красивая свадьба — не светский раут, но тёплая встреча.

Обычно с клиентами приезжают только самые близкие и надёжные люди, так что свадьба на 30 человек — это уже много. Иногда вообще приезжают вдвоём, иногда — с родителями. Последний год перед пандемией мы даже не удивлялись им, приезжают и мамы, и папы. Сейчас, когда приехать большой компанией сложно, мы делаем стримы — и нам иногда говорят, что его будет смотреть мама, что она записала поздравление или что надо позвонить папе.

Кирилл: Наш возрастной рекорд среди пар — это 65 лет, самой юной паре всё равно больше 20, может быть, 21 или 22 года. Очень юные редко женятся, в основном это всё равно взрослые, состоятельные люди.

Виталий: У нас была очень трогательная свадьба, в которой также участвовала мама одного из партнёров. Она зачитывала очень тёплые и важные слова, такое очень душевное мамино напутствие. Это было очень искренне, мы были очень тронуты. Я сразу вспомнил свою маму. Но в целом каждая свадьба особенная по-своему.

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.