Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Что мы узнали«15 минут позора»: Что мы узнали из документального фильма Моники Левински

«15 минут позора»: Что мы узнали из документального фильма Моники Левински — Что мы узнали на Wonderzine

Личные истории и мнения экспертов

Моника Левински спродюсировала документальный фильм о публичном шейминге под названием «15 минут позора». Лента вышла на стриминге HBO Max, а в России её можно посмотреть на «Амедиатеке». Идея фильма пришла к Левински из-за её собственного опыта пережитой травли и публичного унижения — в фильме она назвала себя «нулевым пациентом», первым человеком, репутация которого была уничтожена перед всем миром посредством интернета. Вместе с режиссёром Максом Джозефом, известным работой над шоу «Одиночество в сети» («Catfish: the TV show»), Моника Левински рассказала разные истории людей, переживших травлю в соцсетях, а также привела мнения экспертов о феномене публичного пристыживания. Рассказываем, что мы узнали из фильма.

Анна Третьякова

По словам Моники Левински, в этом фильме она хотела докопаться до сути «ренессанса публичного осуждения». В начале фильма появляется нарезка из клипов, в которых упоминается культура возмущения и осуждения, а Левински задаётся вопросом, как мы до этого дошли и к чему всё ведёт.

Джон Ронсон, автор книги «Итак, вас публично опозорили» («So, you’ve been publicly shamed»), отметил: «Если я что-то из всего этого вынес, так это то, что каждая отдельная история имеет достаточно нюансов. Есть степени тяжести проступка. Окружение, в котором живёт нарушитель. Обычно это люди, которых выставляют как олицетворение определённых пороков общества. Но правда в том, что порой так и есть, а порой это не так». По мнению Ронсона, важно различать, кем человек, которого пристыживают, является как личность и что он совершил.

Свою историю в фильме рассказал Мэтт Колвин, получивший известность из-за статьи в The New York Times. Материал был посвящён тому, как Колвин скупил 17 тысяч санитайзеров для перепродажи (он работал торговым посредником на Amazon) в начале пандемии COVID-19. По словам Колвина, в феврале 2020 года он узнал, что будет спрос на санитайзеры, закупил тысячи упаковок и перепродавал на Amazon по цене выше рынка. Платформа начала блокировать продавцов, которые завышали цены на товары первой необходимости, хотя, по словам Колвина, сам Amazon тоже повысил цены. Колвин сказал, что журналисты The New York Times преподнесли ему свой репортаж как историю заблокированных продавцов, а он стремился выступить в их защиту, ведь они несут неизвестные покупателям издержки, например в области оплаты доставки. The New York Times настаивают на том, что не скрывали идею материала. После выхода статьи Мэтт Колвин столкнулся с травлей в интернете, а затем кто-то слил его адрес — к нему домой кто-то приходил. Колвин признал, что погнался за выгодой и чрезмерно повысил цену на антисептик, и сказал, что «дорого за это заплатил».

В фильме обсуждается история публичного пристыживания. Так, в Китае нарушителей сажали в клетку и оставляли у ворот города, в Древней Греции после голосования глиняными черепками «острака» отправляли на остров — эта процедура породила понятие «остракизма». Позднее появились позорные столбы.

Джон Ронсон сравнил алгоритмы твиттера с таблоидами: истории появляются там без деталей и контекста. А таблоиды, в свою очередь, стали наследниками позорных столбов, добавили в фильме. Исследовательница культуры Тиффани Уотт Смит подчеркнула, что читателям нравится видеть разоблачение и наказание — и даже связала это с феноменом schadenfreude, радости от неудач других людей. В конце 70-х «таблоидная культура» просочилась во все формы медиа. Как отметили в фильме, смерть принцессы Дианы, попавшей в аварию, уходя от преследования папарацци, могла бы стать катализатором перемен, но этого не случилось.

Исследователи Сафия Нобл и Тристан Харрис отметили, что алгоритмы соцсетей поддерживают взаимодействие, даже если оно происходит вокруг негативных явлений. «Мы приносим больше дохода [технологическим компаниям], если зависимы, возмущены, раздражены, неверно информированы и враждебны, чем когда мы просто люди», — заключил Харрис. Экспертка по судебной киберпсихологии Мэри Эйкен добавила, что поведение людей меняется в интернете, что затем ведёт к снижению уровня сострадания и повышению нарциссизма.

Моника Левински рассказала о своём опыте публичного пристыживания в интернете. По её словам, с появлением «Отчёта Старра» она не могла оценить, сколько людей «упивались её позором», а также как реагировать на позор в интернете. В СМИ она также столкнулась с осуждением — в фильме приведены кадры участия действующего конгрессмена США, обзывающего её на телевидении.

Нейробиолог Хелен Уэнг объяснила, что человеческому мозгу недостаточно только имени на экране и текста, чтобы воспринимать героев как живых людей со своими чувствами. «Да, это интернет, но мы несём ответственность за то, как унижаем друг друга», — добавила писательница Роксана Гей. Она добавила, что социальные сети, в частности твиттер, стали средой, в которой люди любят наказывать, они нетерпимы к ошибкам, и их не волнуют нюансы.

Одним из первых резонансных случаев в твиттере стал конфликт женщины с фитнес-клубом LAFitness: её муж потерял работу, сама она была беременна, пара хотела отменить членство в клубе, но им отказали. Женщина пожаловалась в твиттере, другие пользователи её поддержали, в соцсети, а затем и в СМИ начали обсуждать несправедливые контракты компании. Журналистка Эджа Романо отметила, что соцсети позволили людям использовать коллективный голос для борьбы с несправедливостью, в них развивались важные общественные движения и акции, а публичное осуждение имело много позитивных результатов. Затем, добавил писатель Джон Ронсон, люди стали чаще осуждать других людей, а не корпорации.

В фильме рассказали историю работника газовой компании в Сан-Диего, которого в соцсетях обвинили в том, что он показал жест «превосходства белых» на фоне протеста Black Lives Matter. По словам самого мужчины, он просто разминал кисть за рулём автомобиля и, будучи мексиканцем, не может поддерживать такие взгляды. Его фото распространили в интернете, что привело к увольнению. Человек, выложивший фото, затем его удалил, но его распространили другие аккаунты. Газовая компания не восстановила мужчину на работе, но выразила готовность рассмотреть дальнейшие действия в случае иска. Мужчина рассказал, что так узнал о «культуре отмены».

Происхождение термина «Культура отмены» точно неизвестно, однако слово «отменить» появляется в фильме «Нью-Джек-Сити» с Уэсли Снайпсом, а в 2014-м фраза прозвучала в шоу «Любовь и хип-хоп». Изначально термин использовали в шутку.

Писательница Роксана Гей считает, что феномену больше подходит название «культура последствий» — в том случае, когда люди ошибаются и сталкиваются с осуждением. «Это не отмена, это последствия», — заключила Гей и привела в пример потерю работы человеком, которого уличили в харассменте. При этом, по её словам, под шквал критики могут попасть и те, кто ни в чём не виноват, и это тоже нельзя упускать из внимания. Активистка Лоретта Росс добавляет в копилку терминов «культуру вызова» (она использовала термин call out culture, что можно перевести как «привлечение критического внимания к неприемлемому поведению») — по словам Росс, его используют маргинализированные сообщества, чтобы высказаться о несправедливости. Она добавляет, что использовать этот инструмент стоит разумно и в первую очередь по отношению к корпорациям и политикам — публичное пристыживание простых людей, по её мнению, не работает.

Злоупотребление публичным осуждением в качестве оружия, по мнению Джона Ронсона, привело к тому, что некоторые люди становятся невосприимчивы к унижению. «Выживают бесстыдные», — добавила Мэри Эйкен.

В фильме рассказывают историю Лоры Крульчик, которая подверглась травле из-за поста в своём закрытом фейсбуке: она написала язвительные комментарии о том, как сторонники Дональда Трампа отрицали медицинский кризис во время пандемии, и предложила им отказываться от медицинской помощи, если они заболеют COVID-19. После того как пост оказался за пределами её личного аккаунта, она извинилась за свои слова, однако новость распространилась дальше, затем появилась и на консервативных FOX News. Особенно много о ней писал член Республиканской партии Майкл Капуто. Крульчик потеряла работу в онкологическом центре, у неё диагностировали ПТСР. Затем она нашла новую работу в качестве консультанта.

В ленте подчёркивают разницу между публичным пристыживанием и целенаправленными кампаниями против людей. Студентка Тейлор Дапмсон столкнулась с расистскими нападками в университете. Преследование на почве идентичности — это проявление нетерпимости, пояснила Роксана Гей, это не то же самое, что осуждение каких-то действий человека. Харассмент может нести необратимые последствия и выливаться в физическое насилие. О Тейлор Дампсон написали на ультраправом ресурсе, после чего в её адрес началась волна харассмента. У девушки диагностировали ПТСР, депрессию и тревожность. Затем она успешно подала в суд на неонацистский сайт и выиграла дело. В отношении одного из обвиняемых Дампсон захотела применить восстановительное правосудие: ему назначили исправительные работы в организации, борющейся за расовую справедливость, призвали отказаться от нетолерантных взглядов, а также назначили личную встречу с Тейлор Дампсон, чтобы он принёс ей извинения.

ФОТОГРАФИИ: HBO Max

Рассказать друзьям
2 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.