Views Comments Previous Next Search Wonderzine

Сообщницы«Накрой»: Мы сделали магазин традиционного российского текстиля

Аня Канина и Маруся Лежнева о скатертях, застольях, традициях и дружбе

«Накрой»: Мы сделали магазин традиционного российского текстиля — Сообщницы на Wonderzine

В РУБРИКЕ «СООБЩНИЦЫ» МЫ РАССКАЗЫВАЕМ О ДЕВУШКАХ, которые придумали общее дело и добились в нём успеха. А заодно разоблачаем миф о том, что женщины не способны на дружеские чувства, а могут лишь агрессивно конкурировать. В этом выпуске создательницы проекта «Накрой» Аня Канина и Маруся Лежнева рассказывают, как влюбились в скатерти и тканевые салфетки старинных российских фабрик — и почему хотят, чтобы столовое бельё стало популярным.

ксюша петрова

Дружба и бизнес

Аня: Мы познакомились благодаря общей подруге Аллочке — я с ней училась вместе в Строгановке, а потом она работала в Музее моды с Марусей. Так мы и встретились — знаем друг друга уже лет шесть-семь.

Маруся: И я, и Аня давно хотели какой-то свой бизнес — но этого мы друг о друге не знали, а мечтали в тиши своих комнат. Я вообще постоянно генерирую идеи, которые мне кажутся гениальными, загораюсь, говорю «Сейчас всё будет!», а потом ничего не происходит.

Аня: А я просто сидела в декрете и понимала, что чем-то заняться хочется, но на постоянную работу выходить пока рано. Думала: «Хочу что-то своё, но это так сложно, лучше ничего не буду делать».

Маруся: Прошлым летом мои родители поехали на Белое море и возвращались на машине через Кострому — там находится Костромская мануфактура, которую основали братья Третьяковы. Родители привезли мне оттуда потрясающие скатерти и салфетки, которые стоили три копейки. Тут я поняла — срочно хочу это развивать и продавать. Чтобы люди поняли, что российские сувениры — это не рашен-деревяшен, а потрясающий текстиль, который когда-то был известен по всему миру. Я рассказала об этом Аллочке — и она сказала, что нам нужно скоординироваться с Аней.

Аня: Я сначала сопротивлялась, потому что работать с друзьями страшновато. Но меня подкупило, что Маруся на своей основной работе (Маруся — директор ассоциации «Благополучие животных». — Прим. ред.) занимается большими серьёзными проектами и отлично умеет всё организовывать. Я тоже менеджер и люблю системность. А ещё мы обе тактичные и чуткие, так что в принципиальных спорах мы можем обе отступить и подумать, кому из нас это действительно важно. Сначала мы были в полной растерянности от количества возможностей и идей. Но сейчас всё уже понятно и идёт по накатанной правда, нам до сих пор везло, что мы пока ни разу не уезжали в отпуск или в командировки одновременно. Пока одна далеко, ко второй переезжает касса, все документы и склад вот сейчас я как раз Марусе принесла кассу.

Маруся: Первые полгода мы раскачивались и думали делаем мы что-то или не делаем, собирались раз в месяц, строили планы. Потом Анин муж внезапно придумал нам название «Накрой» и оно моментально прижилось. Тогда мы организовали себе ИП и в первый раз поехали на разведку  в Ивановскую область, на Гаврилов-Ямскую мануфактуру. Ездили мы везде вместе, параллельно я занималась бюрократией, а Аня делала сайт. Это было очень долго и нудно, но мы справились.

Аня: В итоге у нас сложилась идеальная команда: Маруся с искусствоведческим образованием и работой в благотворительности, я  дизайнер по образованию, работавший в ресторанном бизнесе и обожающий принимать гостей за красивым столом. Всё что нужно.

Мануфактуры и ткани

Маруся: Сейчас мы работаем с четырьмя мануфактурами: это «Гаврилов-Ямский ткач», «Елецкое кружево», Костромская мануфактура и «Яковлевский жаккард». Мы быстро поняли, что ситуация везде плачевная  например, в Гаврилов-Яме почти все замечательные старинные станки пришлось продать на металлолом, чтобы закрыть долги. В целом у людей похожие проблемы: продукт отличный, а продают плохо. Одни мануфактуры вообще не идут на российский рынок они просто делают большие заказы и отправляют их на Запад. Например, Костромская мануфактура производит ткани для ИКЕА и Zara. Другие пытаются продаваться в сувенирных магазинах, палаточках в Измайловском кремле или онлайн, но получается не очень. При этом они с удовольствием идут на контакт. Вот например, мы приехали в Елец, нас встретила директор, провела нам экскурсию, спросила: «Расскажите, что нужно, какие претензии к нашему товару, мы сделаем по-другому».

Аня: Никто даже не спрашивал, что за странные девушки из Москвы приехали и почему они тут что-то советуют. Если мы говорим «Давайте попробуем убрать эту вышивку», никто не спорит, не говорит «А вот наш дизайнер считает, что не надо!», всегда соглашаются попробовать. Это приятно удивило ведь мы готовились к тяжёлым разговорам.

Маруся: Приходится, конечно, регулярно тюкать их и капать на мозг, чтобы что-то произошло. Например, пришлось долго объяснять, что скатерти нужно подшивать со всех сторон, а не только с двух, как у них почему-то принято.

Аня: Всем этим мануфактурам могли бы помочь грамотные инвесторы: хороший пример «Крестецкая строчка», куда уже пришли замечательные люди, которые всё возродили. Но помощь нужна и в менее масштабных проектах: кому-то достаточно сделать приличный сайт — и это точно удвоит продажи. Кому-то нужно помочь с ассортиментом (у всех он необоснованно огромный) вывести лишние позиции, которые не продаются, а просто занимают место на складе. Кому-то просто упаковку сделать нормальную. Фабрики сами стараются что-то менять, но навыков у них не хватает: например, они с гордостью показывают нам новую съёмку а там такие фотографии, что лучше бы их не делали. Мы стараемся никого не обижать, но предлагать свою помощь: «Давайте в следующий раз сделаем вместе».

Традиции и патриотизм

Маруся: Для нас важно, что всё это история про труд, преодоление и рост. Ведь в основе большинства мануфактур были крестьяне, которые ткали сами,  вот Гаврило-Ямскую мануфактуру открыл местный купец Алексей Локалов, сам из крепостных. Объединив несколько артелей, он сделал, по сути, градообразующее предприятие, которое поставляло ткани императорскому двору, построил школы, обучал мастеров. Большинство мануфактур с похожими вдохновляющими историями. Это про ту Россию, которую мы хотели бы видеть: развитие, достоинство. Вокруг нескольких корпусов фабрики сразу строили больницу, школу для детей сотрудников, общежитие, баню, даже пруды декоративные. Это очень здоровый и правильный подход.

Аня: Приятно, что современные мануфактуры об этом помнят по крайней мере в двух местах, где мы были, есть отличные музеи. На Костромской мануфактуре нам показывали образец льняной ткани, которая настолько гладкая и плотная, что больше похожа на шёлк. Правда, сейчас произвести такую вряд ли получится, потому что такой лён просто больше не выращивают в России льна вообще почти нет, его едва хватает на одну мануфактуру. Но мы хотим стремиться к такому качеству.

Маруся: Качество у российских фабрик отличное. Нашу скатерть не стыдно подарить людям, у которых уже есть, например, бельгийские кружева: в дореволюционной России елецкие кружева выигрывали конкурсы и считались лучше бельгийских.

Аня: Приятно, когда люди покупают вещи в подарок своим друзьям-иностранцам — это же здорово, когда ты можешь подарить не матрёшку какую-нибудь или водку, а действительно красивую и совсем не стыдную вещь, которая представляет русские традиции.

Маруся: Сейчас многие начинают интересоваться тем, что происходит внутри России, путешествуют по стране. А наши вещи они как раз про то, что тебе не обязательно ехать куда-то далеко и покупать те же японские скатерти и чёрные плошки, можно найти что-то не менее красивое здесь и совершенно искренне этим гордиться.

Эстетика и выбор

Аня: Ассортимент мы выбираем исключительно по нашему вкусу. В принципе, это нетрудно, но долго: ты пролистываешь сотни страниц каталога с цветочками, на которые без слёз не взглянешь, и среди этого тебе попадается что-то хорошее. В этом и есть основная проблема мануфактур с продажами никто не будет листать десять страниц сайта, чтобы найти симпатичную скатерть. Преимущество нашего магазина что мы уже нашли и выбрали за вас. Но самые классные вещи это те случаи, когда мы придумываем и просим мануфактуру сделать что-то специально для нас.

Маруся: Мы стараемся делать не просто минималистичные вещи те же дорожки из однотонного мятого льна, которые можно купить везде,  а с традиционными элементами. Пока что наши бестселлеры красные клетчатые и синие жаккардовые скатерти. А узор с белыми ландышами уходит только в качестве подарка на свадьбу сезон сейчас закончится, поэтому мы их вряд ли будем заказывать до следующего лета. Сейчас уже присматриваемся ко всему нарядному, что подойдёт на Новый год.

Аня: Предвидим, что красная дорожка с белым кружевом будет хитом.

Маруся: Ещё спросом пользуется вышивка мы предлагаем сделать на скатертях и салфетках ручную вышивку с инициалами.

Аня: Это классный подарок и, судя по всему, редкий: нам стоило огромных усилий найти швею, которая вышивает монограммы вручную — сейчас много где делают идеальную машинную вышивку, но нам хотелось именно ручную. Оказалось, что это даже не очень дорого: накинув примерно треть от стоимости скатерти, в итоге вы получаете уникальную вещь.

Маруся: Надо понимать, что треть от стоимости нашей скатерти это не какие-то огромные деньги. Наши скатерти дешевле тех, что продаются в той же Zara Home (раза в два-три) или даже в ИКЕА. А качество гораздо лучше.

Аня: Мы проверяем всё на себе постоянно используем скатерти и салфетки дома, меняемся и рассказываем друг другу о результатах: «Эта ткань стирается отлично, вот на этой крошки не видны, а на эту я чай пролила вчера и ничего не было». Белая жаккардовая скатерть регулярно переживает моего годовалого ребёнка и гостей я уверена, что и в другой семье её хватит очень надолго.

Маруся: Это красивые вещи для повседневного использования не такие, что раз в жизни достал, а потом накрахмалил и обратно на полку. Они органично смотрятся в обычных современных квартирах как у нас самих.

Застолья и хрусталь

Маруся: Я просто обожаю семейные застолья. Когда мы по праздникам или без особого повода садимся обедать всей семьёй, это просто лучшие сборища. Я всегда спорю с дедушкой про политику, с бабушкой про литературу, всё это так живо и здорово, все едят, что-то обсуждают и выходят из-за стола, переполненные любовью. Столовый текстиль ассоциируется у меня с этой обстановкой.

Аня: Мы действительно любим заморачиваться и украшать стол можем сходить, например, и специально купить красивые веточки розмарина, чтобы положить на салфетки. У многих людей этого совсем нет в повседневной жизни, ну и зря: буквально одно лишнее движение и становится сразу заметно уютнее, красивее, появляется дополнительная тема для беседы.

Маруся: Самый ходовой товар для современных квартир, где часто нет места для большого стола,  это дорожка; у меня такая лежит на маленьком столике на балконе, очень эффектно и удобно. К столовому белью быстро привыкаешь: вот сейчас моя любимая дорожка в стирке и я ела просто на голом белом столе ощущения совсем другие.

Аня: А я четыре дня назад переехала в новую квартиру, и большая часть вещей ещё не распакована так я специально перелопатила четыре коробки, чтобы достать скатерть и положить её на новый стол и поесть.

Маруся: Вообще, классно делать не для гостей, а для себя любимого положить себе салфетку, поставить красивую тарелку. Кстати, мы сейчас думаем и о том, что нужен не только текстиль, но и лафитники, и другой хрусталь. Когда мы делали съёмки для сайта, нашим основным референсом были голландские натюрморты без красивой посуды точно не обойтись.

Рассказать друзьям
11 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.