Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Жизнь«Здесь мне сразу было легко думать»: Люди, уехавшие в пандемию, о том, почему не хотят возвращаться

«Здесь мне сразу было легко думать»: Люди, уехавшие в пандемию, о том, почему не хотят возвращаться — Жизнь на Wonderzine

О свободе и твороге

За последние полтора года многие люди потеряли необходимость находиться в каком-то конкретном месте. Локдауны и удалённая работа часто наталкивают на мысль сменить место жительства. Так поступили и наши героини, а мы попросили их рассказать о плюсах и минусах такого переезда. А также узнали, планируют ли они возвращаться домой, и если да, то когда и зачем.

Текст: Анна Боклер

Надежда Цыденова

27 лет

 После школы я переехала в Москву учиться и довольно быстро стала строить карьеру — сначала пять лет работала корреспондентом в «РИА Новости», потом ушла в Рейтер. Через девять месяцев получила отпуск и решила попробовать ретрит на Самуи. Нас было сто двадцать человек — жили в одном отеле и занимались медитацией, такой курс направлен на перезагрузку, познание. За пару дней до моего вылета в Москву началась первая большая волна пандемии и закрылись границы, фрилансеры сказали, что всё к лучшему и они останутся; те, кому надо было возвращаться в офис, засуетились. И я тоже. Тем более коллеги начали писать, спрашивать, как я буду выпутываться, и сочувствовать, что я не взяла с собой рабочий ноутбук. С другой стороны, после курса ретрита я чувствовала себя очень расслабленно, просто радовалась тому, что пока могу побыть на солнце. Мелькали мысли воспользоваться ситуацией и остаться, но меня вернули в Москву мысли о бытовых вещах: надо было что-то решать со съёмной квартирой, надо было получить доступ к своему рабочему компьютеру.

В итоге я пробилась на эвакуационный рейс и сразу же оказалась на удалёнке. Я сидела дома и думала: «Ну почему я тогда не захватила ноутбук на ретрит?» В декабре 2020-го в Таиланд стало возможно приехать с условием прохождения карантина. Я снова взяла отпуск и вернулась на Самуи, в отеле встретила тех же людей, с кем познакомилась весной. Попробовала поработать с ноутбуком — я уже привыкла к удалёнке и возила его с собой, даже когда уезжала на дачу или к друзьям. Работать получалось достаточно хорошо, в Москве на пресс-конференциях постоянно чувствовала себя уставшей, не могла сосредоточиться среди потока людей. Здесь мне сразу было как-то легко думать — ничего не мешало и не утомляло. Я написала в агентство новостей о желании остаться в Таиланде, раз всё равно нет необходимости пересекаться в Москве. Мне ответили, что в данном случае это будет противоречить трудовому законодательству. С одной стороны, я могла не говорить, что я за рубежом, но хотелось всё сделать по-честному. Так что уволилась. Быть среди единомышленников мне оказалось важнее, чем продолжать строить карьеру. Я нашла способ передать офисный ноутбук на работу и пересдать московскую квартиру. Какое-то время я не работала, просто привыкала к новой жизни. Я с детства то училась, то работала — всегда жила по графику и не знала, как без него. Как будто этого мне всегда не хватало.

Пандемия стала, конечно спусковым рычагом, три года назад я бы точно не смогла отказаться от стабильности. Жить в Москве ради того, чтобы сидеть дома и работать за компьютером, — я точно не вижу смысла. Раньше даже в отпуск я ездила в европейские города, продумывая, какие именно достопримечательности посмотрю, а где именно остановлюсь выпить кофе. Старалась успеть всё и не оставляла места спонтанности. Здесь я наконец не спешу. Тайцы очень безмятежные и спокойные люди. Никогда не сталкивалась с негативом с их стороны. Я никогда особо не любила жару, здесь спасаюсь под кондиционером, но всё равно получаю удовольствие от того, что нет привычной слякоти в течение полугода. Я придерживаюсь веганского питания и здесь могу себя не ограничивать в хороших овощах и фруктах.

Последний год в Москве давался мне достаточно тяжело, многие сидели по домам. Я записалась на курсы французского языка и в автошколу, по большей части ради того, чтобы быть среди людей, пусть и за собственные деньги. Здесь такой проблемы нет: в отеле мы со всеми знакомы, постоянно вместе тусуется, вместе организовываем волонтёрские проекты, занимаемся йогой.

Я постепенно присоединилась к команде веганского ресторана Dobraw в качестве пиарщицы. Конечно, это не работа с графиком и огромной зарплатой, но пока мне на всё хватает. Цены очень отличаются от московских. Главное, я верю в нашу продукцию. Каждое блюдо — произведение искусства, делается из своих ингредиентов, качество которых очевидно. Помню, мы встречались периодически в кофейнях премиального сегмента, а потом бариста доставал из-под прилавка самое дешёвое масло, которое даже домой покупать несколько странно. Постоянно присутствовало ощущение, что жизнь в мегаполисе очень переоценена, а расплачиваться надо из своего кармана. Ещё здесь меня впервые за долгое время отпустило напряжение. Мы с друзьями часто обсуждали каких-нибудь знакомых, которые уже всего добились к тридцати пяти, и я думала, что мне тоже надо спешить. Думала, что, возможно, стоит начать делать свои расследования, но потом началась история со статусами иноагентов. И я как-то поняла, что всё на своих местах: я очень расслаблена, делаю работу, которую люблю, нахожусь в месте, которое комфортно, так что менять что-то сейчас не вижу смысла.

Кристина

36 лет

 В 2015 году я уехала в США по рабочей визе. Мы с мужем работаем в одной компании и занимаемся графическим дизайном. В первый год мы остались на неделю отпуска в Нью-Йорке, хотелось лучше изучить город, где мы теперь живём: много ходили по музеям, пробовали разную кухню, обошли наконец полностью Центральный парк. На следующий год съездили в Калифорнию. А потом три раза подряд ездили на Багамы. Только в двадцатом году решили съездить в Петербург: друзья пригласили на свадьбу в марте. А дальше понятно, что случилось. Самый судьбоносный момент — то, что мы наметили переезд на новую квартиру прямо перед отпуском и сдали все вещи на хранение. Место на складе обходится нам в триста долларов в месяц, за квартиру мы платили две с половиной тысячи. До эмиграции мы не успели обзавестись своим жильём. Но сейчас почти выплатили ипотеку за хорошую двушку в спальном районе Питера. Пока нас настраивают на возвращение в офис в 2023 году. Но, кажется, если останется возможность удалёнки — мы задержимся в России. Всё равно мы прокачиваем свои навыки специалистов, пока выполняем работу, а жить здесь на американскую зарплату даже очень хорошо. Какие-то вещи мы смогли позволять себе впервые в жизни: например, регулярный клининг дома или массаж два раза в неделю, индивидуальные тренировки в хорошем зале, возможность совсем не выбирать еду по цене.

Конечно, мы рады возможности пожить в России не только в материальном плане. Мы православные и до отъезда всегда ходили в одну и ту же церковь, где всех знаем и часто устраиваем совместные посиделки. В Нью-Йорке мы тоже быстро нашли православные организации, но, к сожалению, все они располагались в неудобных нам районах и добираться было очень сложно. Здесь было прекрасно вернуться в привычную среду. К тому же здесь много друзей детства. Я ужасно скучала по локальным продуктам, например, я часто пыталась придумать схему — как заказать в Квинс «Пискарёвский» зернёный творог и их же сливочный крем.

Как владельцы грин-карты (её получили после трёх лет работы), мы должны проводить в США примерно три месяца в год — сейчас с этим не возникает проблем. Но пока это скорее как каникулы. Конечно, когда я говорю, что хочу оставаться в России, — это скорее про эмоциональные ощущения. На самом же деле понимаю, что, по-хорошему, нельзя отказываться от возможностей, которые дают Соединённые Штаты. Мы хотим усыновить ребёнка в России, и, конечно, нам имело бы смысл вернуться вместе в Нью-Йорк. Попробовать выйти на офлайн-работу, получить гражданство и накопить хорошую подушку безопасности. А тогда уже можно будет действительно жить, где хочется. Я думаю, что, скорее всего, так всё и устроим. Но до 2023 года в любом случае не о чем беспокоиться. В каком-то смысле мы поставили жизнь на паузу, а в каком-то пробуем сейчас всё, что откладывали много лет. График тоже стал относительно свободным, так что часовые пояса никак не мешают. Недавно я пошла на курсы по итальянскому языку, и мы должны были ответить на вопрос: «Выигрывали ли вы когда-нибудь в лотерею?» Я как-то отмахнулась тем, что получила шоколадный батончик во втором классе. Но внутри себя поняла, что и финансово, и морально я получила самый большой приз в лотерее, когда весной 2020-го приехала в Петербург на свадьбу.

Белла

22 года

 Так получилось, что я в своё время совсем не посмотрела Россию. В школе я проводила зимние каникулы у дедушки в Израиле, летние — в одном и том же спортивном лагере недалеко от Москвы. А в студенческом возрасте меня перестали финансировать, и я просто проводила весь год в Москве. Весной двадцатого года я оканчивала второй курс, тогда же мы перешли на удалёнку и практически не возвращались в университет. Что делать, никто толком не мог объяснить: то ли надо в обязательном порядке слушать лекции, то ли можно всё осваивать самостоятельно. Зум постоянно зависал, прошлым летом я подумала, что не вижу во всём этом смысла и лучше буду просто писать диплом. Взяла ноутбук и уехала. Сначала я немного пожила в Новосибирске, потом был Северобайкальск, потом к осени я поняла, что надо перебираться куда-то, где теплее: уехала в Самару, потом провела зиму в Краснодаре и весной наконец остановилась в Осетии. Мне не было это сложно финансово: я подрабатываю в онлайн-магазине, достаточно экономно живу. Если не хватает на билеты — всегда могу доехать стопом. У меня много друзей, у которых можно пожить. Сейчас, например, я снимаю огромную комнату в пригороде Владикавказа за три тысячи рублей, дружу с хозяевами дома, так что в эту сумму, можно сказать, входит еда. Иногда я помогаю им по хозяйству, но только если мне самой этого хочется.

Здесь, на природе, я чувствую себя немного в параллельном мире — очень свободной, мне совсем не нужны сериалы и алкоголь, чтобы как-то расслабляться. Недавно я каталась на лошади и потеряла эирподс, подумала только: «Классно, пусть их найдёт кто-то, кому нужно», — у меня самой пропала зависимость от вещей. Иногда просто по фану я пытаюсь перевести свою жизнь здесь на московские деньги: вот, например, вчера я пять часов ездила на соседской лошади, выпила три стакана парного молока, потом ела фрукты и аутентичные сыры. Наверное, дома это всё было бы дороговато. Я не могу, конечно, сказать, что жизнь здесь только про сплошные плюсы. Например, я много знакомлюсь с людьми и они радуются, когда узнают, что я из Москвы, но не очень понимают, когда я говорю, что не планирую отсюда уезжать. Разный культурный код тоже нельзя отрицать. Я пробовала устроиться здесь на работу в детский центр педагогом. Единственное, что меня спросили при трудоустройстве, — не могла ли я нормально одеться. Я была в толстовке, жилетке и джинсовой юбке. Здесь всё-таки принято больше краситься и украшать себя, в это влиться достаточно сложно, в Москве совсем к такому не привыкла. Летом я получу диплом и надо будет принимать какое-то решение. Я отчётливо понимаю, что настоящая жизнь здесь — среди людей, которые не говорят фразами из интернета, среди гор, природы. Но, с другой стороны, вроде надо будет попробовать начать карьеру в мегаполисе. Не обязательно, конечно, в Москве, но всё же. А пока я веду достаточно расслабленную жизнь, что, мне кажется, круто сказывается на ментальном здоровье.

ФОТОГРАФИИ: Hanna Alandi — stock.adobe.com, polsen — stock.adobe.com

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.