Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Жизнь«Теперь я не принадлежу себе»: Почему каминг-аут — это до сих пор привилегия

«Теперь я не принадлежу себе»: Почему каминг-аут — это до сих пор привилегия — Жизнь на Wonderzine

Почему не все ЛГБТ-люди могут или должны его совершать

73 страны преследуют гомосексуальных людей по закону — например, в Саудовской Аравии им грозит смертная казнь. В других, даже самых либеральных государствах проблема гомофобии тоже решена не до конца — даже несмотря на заметный прогресс в отношении к ЛГБТ-людям. О нападениях на гомосексуалов и трансгендерных людей известно не только из условной Саудовской Аравии, но и из стран Западной Европы или США. Именно поэтому каждый каминг-аут — это шаг, который требует огромных сил и храбрости. Каждое признание делает ЛГБТ-сообщество ещё более видимым. Но вместе с этим сама возможность каминг-аута — это большая привилегия, которая доступна не каждому квир-человеку.

антон данилов

Жительница Тюмени Лана год назад сделала каминг-аут как бисексуалка. О своей сексуальности она рассказала друзьям, а потом и родной маме. Сначала реакция на признание была нормальной, но потом мнение родительницы поменялось. «У нас всегда были с мамой близкие отношения, но после каминг-аута они стали чересчур сложными, — рассказывает Лана. — Мама уговаривала меня выбирать мужчин, она даже слышать ничего не хотела про женщин. Она боялась, что девушка „перетянет“ меня на лесбийскую сторону. Теперь постоянно говорит, что я её оставляю без будущего. Что я подавала надежды, а теперь всё поменялось. Добавилась и гиперопека — мама заставляет меня включать трекер передвижений на телефоне и следит за мной».

Лана рассказывает, что каминг-аут изменил её жизнь к худшему: сейчас из-за испортившихся отношений с мамой у неё обострилась депрессия, начались частые панические атаки, бессонница и вернулся селфхарм. Она отмечает, что если бы могла отмотать время назад, то не рассказывала бы о своей бисексуальности. «Из успешного ребёнка я превратилась в „ну, что получилось“, — продолжает Лана. — Большинство друзей перешли в категорию приятелей. Мой уклад жизни полностью изменился. Сейчас это очень усложняет мою жизнь. Я не принадлежу себе, я не могу в полной мере наслаждаться отношениями, не испытывая при этом чувства вины».

Случай Ланы сложно назвать исключительным — не только в России, но и вообще в любой стране. ЛГБТ-люди боятся совершать каминг-аут во многом из-за непредсказуемой реакции близких — и не зря: у этих опасений есть научно доказанная база. В целом молодые ЛГБТ-люди довольно часто открываются в своей сексуальности или гендерной идентичности близким: примерно 80 процентов американских подростков рассказывает о своей сексуальности хотя бы одному родителю, ещё две трети — брату, сестре или другому члену семьи. Исследование 1998 года подтверждает, что после каминг-аута они чаще сталкиваются с домашним насилием, если сравнивать его с насилием над цисгендерными и гетеросексуальными людьми. Оно может быть настолько тяжёлым, что часть ЛГБТ-подростков не выдерживает и кончает жизнь самоубийством — число суицидов ЛГБТ-подростков в несколько раз выше, чем у их цис-гетеросверстников.

Страх перед каминг-аутом может быть вызван опасениями за базовые человеческие потребности в еде, защите, общении и крыши над головой

Конечно, за двадцать лет с момента публикации исследования об уровне гомофобии в семьях многое изменилось. Отношение к гомосексуальным и трансгендерным людям в США и других западных странах значительно улучшилось — The Washington Post говорит, что количество толерантных и нетолерантных американцев буквально поменялось местами. По данным 2010 года, большинство ЛГБТ-людей (от 89 до 97 процентов) сталкиваются с положительной реакцией родных и близких, однако даже сейчас эти цифры вряд ли можно считать корректными до конца: как верно замечают авторы статьи в журнале Pediatric Clinics of North America, мы не знаем, сколько ЛГБТ-людей не рассказывают своим родным о сексуальности или гендерной идентичности. Очевидно, что многие ЛГБТ-люди, особенно в окружении консервативных родственников, каминг-аут не совершают из соображений собственной безопасности и психического здоровья.

Кроме того, после каминг-аута ЛГБТ-подростки могут остаться без дома. По данным американского фонда True Colors, который борется с бездомностью ЛГБТ-людей, примерно каждый четвёртый американский подросток оказывается на улице после того, как сделает каминг-аут; аналогичная статистика есть и у Великобритании. В других западных странах ЛГБТ-люди составляют рекордные 40 процентов от числа всех бездомных людей. Аналогичной статистики в России пока просто не существует — но едва ли можно предположить, что она отличается от американской или европейской в лучшую сторону. Каминг-аут неизбежно сопряжён с осязаемыми рисками, потому что узнать истинное отношение родителей до признания невозможно. Именно поэтому страх перед каминг-аутом может быть вызван опасениями за базовые человеческие потребности в еде, защите и общении и крыши над головой. И именно поэтому принимающие родственники — это привилегия, которая есть далеко не у каждого ЛГБТ-человека.

Страх перед каминг-аутом может быть вызван опасениями за работу или карьеру — если реакцию родственников можно хотя бы попробовать предугадать, то с начальником или коллегами итог такого рассказа может быть бесконечно грустным. Почти половина (46 процентов) ЛГБТ-людей в Соединённых Штатах не рассказывает о своей сексуальности коллегам, при этом чуть больше ЛГБТ-людей (53 процента) слышали от них гомофобные и трансфобные шутки. 56 процентов гетеросексуальных людей в американских офисах считают, что обсуждать сексуальность на рабочем месте «непрофессионально» — но при этом совершенно спокойно рассказывают о своих гетеросексуальных отношениях. Конечно, всегда можно сказать, что в случае чего можно сменить работу или профессию — но такая возможность и есть классический пример привилегий. В силу разных жизненных обстоятельств — из-за нехватки денег, денежных обязательств или невозможности сменить место жительства — десятки миллионов людей терпят свою работу, втайне ненавидя и её, и своих коллег.

Вместе с этим в США и странах Западной Европы существуют специальные законы, защищающие от дискриминации по признаку сексуальности или идентичности. Они работают — список конкретных законов и практик их применения есть даже в Википедии. В России никаких охраняющих мер нет — как и нет и, например, статистики дискриминации при приёме на работу. «На одной временной работе я запустила правду о себе через одну сплетницу, и вся команда узнала за два дня, — рассказывает о себе программистка из Москвы Ольга. — Я знала, что проект всего на три месяца — нечего терять, и мне хотелось посмотреть, к чему это приведёт. После моего рассказала отношение ко мне сильно изменилось. Люди шептались, были нарочитыми. А на совещаниях у коллег иногда на лице повисал вопрос: „Как вы это делаете?“ Приходить в офис стало в тягость. С тех пор я никому на работе о себе не рассказываю».

Иногда представители ЛГБТ-сообщества должны делать несколько каминг-аутов — например, и как негетеросексуальные, и как трансгендерные люди. Тогда страх быть непонятым и отвергнутым увеличивается, потому что реакция на гомосексуальность и трансгендерность в принципе может быть разной. Тадеуш из Москвы рассказывает, что впервые о своей бисексуальности он рассказал матери в тринадцать лет — на этот шаг он решился, потому что искал у неё поддержки. «Я получил в ответ тонну оскорблений. Она сказала, что мой каминг-аут равносилен признанию о том, что я расчленяю детей. Мне запретили гулять, удалили мои страницы в интернете и выдавали телефон на три СМС в день. Я постоянно плакал и плохо спал. Из-за этого начал пить — так, как может позволить себе подросток, конечно», — рассказывает он.

Второй каминг-аут Тадеуша пришёлся на начало лечения от психических расстройств: герой говорит, что именно психологическая помощь помогла ему открыться. «Я бы не выдержал. У меня бы сдали нервы, и я бы просто убился. Тогда мне было семнадцать лет, и это было уже более осознанное решение, которое я принял благодаря психологине. Я помню, как она сказала мне отложить деньги и документы на случай, если придётся бежать и жить в хостеле. Когда о трансгендерности я рассказал маме, она сначала пыталась успокоить меня, а потом начала кричать. Отец угрожал мне ножом, а потом избил меня — в процессе он кричал, что я ё****ся. Оба каминг-аута оставили огромные травмы, которые мешают мне по сей день нормально жить — даже несмотря на то, что родители извинились. Если бы у меня была возможность, о своей сексуальности я бы вообще не говорил никогда», — говорит Тадеуш.

Причины, по которым ЛГБТ-люди делают каминг-аут, понятны: никто не хочет жить в бесконечном вранье себе и другим людям. Кроме того, открытое признание в сексуальности или идентичности — это ещё и политический шаг, как минимум в тех странах, где права ЛГБТ-людей игнорируются или ущемляются. Но базовое правило для всех, кто хочет сделать каминг-аут, — это обеспечить финансовую и психологическую безопасность. Психолог и правозащитник Кир Фёдоров добавляет, что в этой ситуации важно принимать свою сексуальность или идентичность до конца, положительно относиться к ЛГБТ-сообществу в целом. «Это мощный ресурс и опора в ситуации непростого каминг-аута. Большую роль в этом процессе играет общение с другими представителями ЛГБТ и квир-сообщества. Чувство, что вы не одиноки в своём опыте», — говорит он.

Всё это только подчёркивает тот факт,
что каминг-аут возможен, важен и нужен —
в конце концов, отношение к ЛГБТ-сообществу изменилось благодаря публичным признаниям и активизму

В непростых ситуациях ЛГБТ-люди могут обратиться за помощью к специалистам — тем более что все правозащитные организации готовы помогать бесплатно. Френдли-психолог будет работать с мотивацией — и выстраивать конкретные шаги в соответствии с причинами для каминг-аута конкретного ЛГБТ-человека. Кир Фёдоров говорит, что психолог вместе с клиентом должен исследовать жизненный контекст и отношения с теми, перед кем планируется каминг-аут. «Это поможет понять клиенту, насколько цель каминг-аута соотносится с реальностью, в которой он или она живёт, — рассказывает Кир. — Например, если выясняется, что человек регулярно сталкивается с насилием и оскорблениями со стороны родителей, то каминг-аут не сделает семью любящей, а лишь обострит те проблемы, которые в ней уже существуют. Только полная картинка возможных результатов даст возможность человеку принять взвешенное решение. Третьим шагом является поиск ресурсов, которые помогут клиенту или клиентке справиться с негативными последствиями каминг-аута. Правозащитные организации могут помочь с местом, где можно пожить, если вдруг придётся уйти из дома, юридической и другой помощью».

Важно сказать, что принятие ЛГБТ-людей их близкими может занять какое-то время и ЛГБТ-человек может попробовать ускорить этот процесс. После каминг-аута у друзей и близких могут появиться вопросы, и конструктивный диалог в таком случае может быть решением проблемы. «Важно быть готовым на них ответить или рассказать, где люди могут найти ответы на интересующие их вопросы, — говорит Фёдоров. — Здесь могут быть полезны книги, брошюры, статьи, фильмы на ЛГБТ-тематику. Я часто говорю клиентам, что принятие — это путь, который вы сами совершили, и что необходимо дать время на этот путь другим. Но при этом нужно помнить, что никто не должен терпеть никакие оскорбления, даже со стороны родителей. У вас всегда есть право сказать: „Я не хочу это слушать. Я не заслужил такого отношения к себе!“ — и уйти после этого».

Официант Иван из Калининграда (имя изменено по просьбе героя. — Прим. ред.) рассказывает, что его мама не сразу приняла гомосексуальность. Он сделал каминг-аут почти десять лет назад, и за это время его родительница прошла все стадии, от ненависти до принятия. «У меня не было физического насилия, но было психологическое: обесценивание, оскорбления, угрозы. Мне казалось, что мама — точно тот человек, который не отвернётся от меня. Но когда я рассказал ей о своей сексуальности, она как будто перестала меня замечать. Я ходил по дому как тень — и если говорил с матерью, то она отвечала односложно. Помню, через несколько месяцев после того, как в Санкт-Петербурге приняли первый закон о "запрете пропаганды гомосексуализма", я обсуждал его с матерью. Тогда она поддерживала его и говорила, что благодаря этому закону таких как я будет меньше. Я не отказывался от общения с ней, хотя это было тяжело. Давал ей литературу, скидывал статьи, рассказывал про знаменитых ЛГБТ-людей и вообще всячески старался подчеркнуть, что её гомофобия — приобретённая, а не врождённая. Кажется, это помогло: сейчас моя мама принимает меня, моего парня. Она настроена очень дружелюбно. Недавно мы говорили с ней о процессе над Юлией Цветковой, и она сказала, что это полный беспредел. Сейчас я понимаю, что мне очень с ней повезло — и не могу думать об этом как-то иначе, чем как о привилегии». 

Впрочем, всё это только подчёркивает тот факт, что каминг-аут возможен, важен и нужен — в конце концов, отношение к ЛГБТ-сообществу изменилось благодаря публичным признаниям и активизму. Однако мысли о каминг-ауте тревожат каждого ЛГБТ-человека, и это абсолютно нормально. Каминг-аут ставит много вопросов, и они тоже очень естественны: все мы хотим жить в мире, в котором нас принимают. Тем не менее благополучие конкретного человека всегда важнее: даже если прямо сейчас вы не можете сделать каминг-аут, это не значит, что вы не заслуживаете принятия и уважения; это не значит, что вам не хватает смелости. «Эти переживания всегда будут идти рядом, пока мы живём в гетеронормативном мире, — считает Кир Фёдоров. — Заявление о том, что вы „другой“ или „другая“, — это всегда риск. Но важна не тревога, а ваша решимость прожить ту жизнь, которую вы хотите прожить и которую вы заслуживаете».


Если вы хотите сделать каминг-аут, но переживаете за своё благополучие, обратитесь за помощью в «Российскую ЛГБТ-сеть» — здесь можно заполнить специальную форму и описать свою ситуацию

ФОТОГРАФИИ: Onehundredtoys, Bellalunatoys

Рассказать друзьям
2 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.