Views Comments Previous Next Search Wonderzine

ЖизньКультура бана: Почему блокировать людей в соцсетях нормально

Блокировка — вполне нейтральное действие

Культура бана: Почему блокировать людей в соцсетях нормально — Жизнь на Wonderzine

Саша Савина

Практически каждый сталкивался с необходимостью (или по крайней мере острым желанием) кого-то забанить, заблочить или хотя бы замьютить чужие посты, чтобы больше не видеть их в ленте. При этом, кажется, практически так же часто можно встретить ровно противоположную реакцию: желание заблокировать кого-то в соцсетях воспринимают как оскорбление или проявление малодушия.

Сегодня в каждой соцсети или мессенджере есть инструменты, позволяющие ограничить общение с человеком или группой людей. Чаще всего они делятся на два типа: собственно блокировка и мьют (возможность отписаться от обновлений конкретного человека, не удаляя его из друзей). Первая при этом считается более жёсткой мерой, чем вторая. В Facebook, например, блокировка подразумевает, что человек не сможет видеть ваши публикации, отмечать вас в своих постах, приглашать вас на страницы мероприятий и в группы, переписываться с вами и добавлять в друзья. При этом у соцсети есть более мягкая опция — отменить подписку на человека, не удаляя его из друзей: так вы не будете видеть чужие посты, но человек об этом не узнает. Кроме того, Facebook предлагает «сделать паузу в общении» — это позволяет видеть меньше публикаций от другого человека и ограничить, какие из ваших постов видит он.

В Twitter можно добавить человека в чёрный список — оказавшись в нём, он не сможет к вам обратиться и читать ваши твиты, а вы не будете видеть, что пишет он. Кроме того, пользователя можно игнорировать: вы не будете видеть его твиты в своей ленте, но он останется в ваших подписках; кроме того, вы сможете видеть его упоминания. В сети «ВКонтакте» тоже есть возможность добавлять людей в чёрный список или запретить кому-то конкретному присылать вам личные сообщения. Существует блокировка и в Instagram — при этом заблокированный вами человек сможет упоминать вас в своих постах (но вам не придёт об этом уведомление) и увидеть ваши комментарии в других открытых аккаунтах.

В соцсетях блокировка и чёрные списки существуют в первую очередь как инструмент борьбы с травлей и издевательствами. Несмотря на то что крупнейшие соцсети много говорят о противостоянии буллингу, часто стандартных «общих» инструментов не хватает — они до сих пор не адаптировались к новым объёмам хейтерских сообщений, которые растут вместе с числом пользователей. Многое зависит от самих пользователей. Instagram, например, предлагает блокировать того, кто вас оскорбляет, и пожаловаться на травлю и преследование администрации соцсети. Администрация Twitter, известного особенно жёсткими ситуациями с оскорблениями и травлей (Amnesty International как-то назвала соцсеть «самым большим в мире массивом данных об онлайн-насилии в отношении женщин), неоднократно обещала изменить ситуацию и сделать площадку более комфортной и безопасной для пользователей. Но пока ситуация остаётся сложной, и многие пользователи прибегают в первую очередь к чёрным спискам.

За баном закрепилась сложная репутация — в том числе потому, что его используют и при личных конфликтах

По данным исследования 2017 года, около четырёх из десяти американцев сталкивались с издевательствами онлайн: оскорблениями, угрозами, сексуальными домогательствами, сталкингом и так далее. В такой ситуации дополнительные инструменты, которые помогают сделать онлайн-пространство более безопасным, кажутся логичным шагом. Но за баном закрепилась сложная репутация — в том числе потому, что его используют не только при массовой травле, но и при разных других личных конфликтах. Блокировка как результат конфликта или ссоры обрастает дополнительными смыслами — неудивительно, учитывая, что часто здесь задействованы сильные эмоции. Именно поэтому можно встретить, например, такое описание бана: «На самом деле во многих контекстах это мелочная и довольно абсурдная практика, которая помогает просто наклеить пластырь на сложные социальные взаимодействия онлайн». Блокировку могут посчитать проявлением трусости («Как будто ты позволяешь выиграть кому-то другому: они достали тебя и ты проиграл в соревновании „кого это волнует меньше“») или демонстрацией силы и власти (например, когда человек вместо прямого разговора о том, что его задело или обидело в общении офлайн, добавляет другого в чёрный список).

Именно поэтому в разговоре о бане нельзя абстрагироваться от того, о каких отношениях идёт речь: знакомы ли вы с человеком, которого хотите забанить, и насколько близко, много ли общались раньше и встречаетесь ли офлайн, как в принципе строятся ваши отношения. Добавить в бан незнакомого тролля или лучшую подругу со школьной скамьи — разные действия, которые будут с разной силой влиять на обе стороны.

Грейнн Кирван, психолог, специализирующаяся на киберпсихологии, говорит, что блокировка может быть «быстрой, эмоциональной реакцией на стрессовое событие, которое может превратить трудную ситуацию в отношениях в неразрешимую». Более того, когда речь идёт о блокировке близкого в настоящем или прошлом человека и эмоционально заряженной ситуации, эксперты считают, что теоретически это может, наоборот, негативно отразиться на нашем собственном состоянии. Заблокировав, например, бывшего партнёра или партнёршу, мы можем начать больше думать о том, чем занимается человек, посты которого мы больше не видим в соцсетях, — а также использовать блокировки как инструмент для подавления и избегания эмоций.

И конечно, в соцсетях, как и в любом другом общении, могут встречаться манипуляции — например, если человек в разгар конфликта уходит из разговора, бросив человека в чёрный список, а спустя некоторое время возвращает его обратно. Хотя вряд ли попытку манипулировать блокировкой можно считать проблемой самого инструмента. Она скорее отражает то, что и так может происходить в обычной жизни и как строится наша коммуникация: многие уходят от разговора и предпочитают гостинг, вместо того чтобы открыто поговорить об отношениях — логично, что такое происходит и в соцсетях.

Но это, конечно, не значит, что за каждым баном стоит манипуляция или попытка показать другому, «кто главный» в сложившейся ситуации. Блокировка может быть вполне нейтральным действием — попыткой сформировать для себя более комфортную среду и круг общения онлайн. «Вот стоит человек и кричит на меня, унижает, игнорирует просьбы перестать, нарушает мои границы общения. Что я сделаю? Отменю все планы, прочитаю ему лекцию про экологичное общение, отведу на психотерапию и куплю мороженое? Может быть, с кем-то одним да, но в остальных случаях просто уйду, если есть такая возможность, и вообще не буду с этим токсом больше видеться, — говорит активистка и иллюстраторка Ника Водвуд. — Возможности, конечно, часто нет, мы живём с токсичными родственниками, терпим унижения от начальства, но она очень нужна — как офлайн, так и онлайн. Баны — это функция, которая даёт возможность отказаться от неприятного присутствия другого человека в нашем личном пространстве и позволяет защищать свои личные границы».

«Я думаю, что представление, что бан — агрессивное действие, связано с непониманием того, что каждый человек имеет право защищать свои личные границы», — считает блогерка и журналистка Аня Сахарова. По её мнению, такое нередко происходит и в обычной жизни. «Я не считаю баны агрессивным действием, наоборот, бан — это часто самозащита, реакция на агрессию, — говорит Ника Водвуд. — Это не значит, что забаненный человек не испытает негативных эмоций по поводу ситуации! Отказ от секса может разозлить абьюзера, закрытая дверь магазина разозлит покупателя, даже если всё соответствует часам работы. Человек испытывает раздражение, например, когда не получает „заслуженного“ желаемого или когда всё идёт не по плану, вариантов тут много. Ни в бане, ни в отказе заниматься сексом, ни в ограниченных часах работы магазина нет ничего агрессивного. Да, неприятно, но это можно пережить».

В интернете у пользователей нередко возникает чувство, что общение с любым человеком полагается тебе по умолчанию

Аня Сахарова считает, что многое в практике блокировок объясняется тем, что ответственность за слова, оставленные в Сети, размывается: «В жизни мы не очень часто натыкаемся на грубость, но в социальных сетях люди становятся обезличенными и не несут ответственности за плохие слова. Соответственно, невежливости и нарушения личных границ становится гораздо больше. Особенно если ты блогер или публичная личность — каждый может прийти и, грубо говоря, плюнуть тебе в лицо». Аня рассказывает, что отрезает контакты офлайн с токсичными для неё людьми и поступает так же и онлайн: «Если кто-то приходит и говорит мне что-то плохое, я блокирую этих людей». При этом она подчёркивает, что пользуется инструментом бана нечасто: «Я не блокирую тех, кто со мной не согласен, — только тех, кто говорит гадости, или в ситуациях, когда люди вежливо делают вид, что пытаются выйти на диалог, но на самом деле хотят доказать, что моё мнение ничего не значит и ничего не стоит. Я считаю важным сохранять своё достоинство и не пускать в своё пространство людей, которые пишут откровенные гадости».

Автор подкастов Blitz & Chips Гриша Пророков в подкасте «Извини, что голосовым» отмечает, что в интернете, который в теории даёт возможность общаться с кем угодно и когда угодно, у пользователей нередко возникает чувство, что общение с любым человеком полагается тебе по умолчанию — человек обязан выслушать всё, что ты хочешь ему сказать. Но это, конечно, иллюзия — так же как в офлайн-общении странно ожидать, что любой человек, к которому вы подойдёте, захочет поддержать беседу. Блокировка здесь сигнализирует лишь об одном: человек не хочет продолжать разговор и имеет на это полное право.

Один из самых частых страхов по поводу блокировок — что в них проявляется цензура: человек будто бы лишает права голоса того, с чьим мнением или поступками не согласен. Но это, конечно, не так — даже если отставить в сторону, как легко обойти блокировку и посмотреть чужой открытый аккаунт в соцсетях. Ничто не мешает ему или ей продолжать высказывать мнение, обсуждать другого и публично не соглашаться с тем, что он делает. Бан — это просто возможность перестать слышать то, что неприятно автору блока.

К тому же блокировка касается только аккаунта, а не самого человека. Ничто не мешает ему или ей завести новый профиль или узнать, что происходит в ваших соцсетях, от других — а если вы регулярно встречаетесь вживую, вряд ли это изменит блокировка. Более того, блокировка конкретных аккаунтов не поможет избежать всех мнений, с которыми вы не согласны — например, вряд ли в России удастся не сталкиваться с людьми, выступающими против закона о домашнем насилии, как часто вы бы ни проводили чистки в социальных сетях.

К тому же чёрные списки и индивидуальные блокировки не помогут справиться с популярной в среде онлайн-троллей идеей, что бан — это своего рода «знак почёта». С последним, например, много сталкивалась писательница Селеста Инг, регулярно получающая в твиттере расистские и сексистские сообщения. Она блокировала пользователей и жаловалась на них в поддержку, но в ответ те создавали новые аккаунты и прибегали к помощи друзей. В конце концов Инг решила применить совсем другую стратегию: на каждый оскорбительный твит она стала писать, что пожертвует десять долларов некоммерческой организации Американский союз защиты гражданских свобод, а также Planned Parenthood, помогающей американцам в планировании семьи. За год получилось порядка двухсот долларов — по её словам, не такая уж высокая цена.

ФОТОГРАФИИ: revers_jr — stock.adobe.com

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.