Views Comments Previous Next Search

ЖизньЖенщина в ярком платье: Почему уход Натальи Тимаковой — это символично

Не только пресс-секретарь

Женщина в ярком платье: Почему уход Натальи Тимаковой — это символично — Жизнь на Wonderzine
Женщина в ярком платье: Почему уход Натальи Тимаковой — это символично. Изображение № 1.

дмитрий куркин

В этот понедельник, 17 сентября, премьер-министр Дмитрий Медведев подписал указ об отставке своего, казалось, бессменного пресс-секретаря Натальи Тимаковой. После девятнадцати лет, проведённых во власти, Тимакова переходит на работу во Внешэкономбанк. И это тот самый редкий случай, когда можно говорить об уходе из власти не только чиновницы, но и женщины. Пусть сама Тимакова и считает, что власть на таком уровне становится бесполой.

«Некоторые коллеги так увлекаются, что в какой-то момент их начинают знать в лицо чуть ли не лучше, чем руководителя. Конечно, есть ситуации, когда пресс-секретарь должен принимать на себя определённый публичный удар. Но он не должен иметь собственные политические амбиции, широко транслировать личную точку зрения», — объясняла Наталья Тимакова четыре года назад в одном из интервью. Задача пресс-секретаря — говорить вторым голосом, не перекрикивая шефа, среди пресс-секретарей поэтому больше женщин, им в общественном сознании «проще уйти в тень». В этой оценке своей политической роли, конечно, есть доля кокетства.

И дело не только в том, что в рейтинге самых влиятельных женщин страны Тимакова одно время занимала третью строчку. Для женщины в российской политике Тимакова, при всех формальных атрибутах — она ведь работала всего лишь «рупором» топ-власти, — сохраняла позицию достаточно неподчинённую. Особенно в сравнении с российскими женщинами-парламентариями или женщинами-министрами, чьи должности хоть и подразумевают власть, на практике чаще представляют собой позицию завхоза. «Всегда обидно осознавать, что костяк государственной службы — это женщины, но чем выше позиции — тем их меньше», — говорит Тимакова в одном из прощальных интервью

 

Для женщины в российской политике Тимакова, при всех формальных атрибутах — она ведь работала всего лишь «рупором» топ-власти, — занимала позицию достаточно неподчинённую

Тимакову, десять лет говорившую от имени президента и правительства, запомнят прежде всего как лицо «медведевской оттепели». Той самой, в которой президент увлекается не только военной техникой, но и айфонами. В которой может появиться либеральный телеканал, а глава государства разговаривает с его журналистами. В которой этим самым журналистам не угрожают от лица власти. А если нападение на политического репортёра всё-таки случилось, то президент (с подачи пресс-секретаря) считает это событие чрезвычайным происшествием, а не платой за «подслушивание и подглядывание». Где общение с журналистами и страной вообще возможно не только в формате длинной и до зубовного скрежета предсказуемой «прямой линии», но и в рамках встреч, где задают неудобные вопросы и звучат фамилии «запрещённых» политиков. В которой первое лицо страны может быть не только стальным суперменом, но и человеком, которому не чуждо человеческое. Главные пиаровские успехи и промахи Тимаковой (например, ролик, окончательно убедивший всех в том, что Дмитрий Медведев скорее бадминтонист, а не лидер новой, более свободной страны) тоже связаны с попытками чуть-чуть российскую власть очеловечить.

Мнения о том, в какой степени Тимакова была соучастником «оттепели», сильно расходятся и даже обросли мифами с оттенком компромата. Пресс-секретарю Медведева приписывали едва ли не подготовку «либерального заговора» с целью выдвижения Медведева на второй президентский срок или «финансирование из собственных средств» того самого либерального телеканала (через несколько лет после Болотной Алексей Навальный пересчитывал комнаты в юрмальском доме пресс-секретаря, а Тимакова называла его расследование про Медведева «пропагандистскими выпадами оппозиционного и осуждённого персонажа»).

На самом деле, не преувеличивая и не принижая политического веса пресс-секретаря президента Медведева, можно сказать одно — свою должность в новых условиях она переизобрела настолько, насколько позволяли время и ситуация, добавив себе функции личного советника, с одной стороны, и имиджмейкера — с другой. Тимакова и сама была частью этого «модернизационного» образа власти. Женщина — пресс-секретарь — это и прогрессивно, и по-европейски, и просто по-человечески. К тому же это была женщина в ярком платье (тёмный костюм в день ухода выглядел даже символично) — никакого пауэр-дрессинга, и так ясно, чьи слова тут имеют значение.

 

Женщина — пресс-секретарь — это и прогрессивно, и по-европейски, и просто по-человечески. К тому же это была женщина в ярком платье — никакого пауэр-дрессинга

До сих пор до конца неизвестно, почему именно Тимакову в конце 1999-го позвали быть временным пресс-секретарём Путина. Версий хватает, и одна красочнее другой — вплоть до предположения, что Тимакову выбрали из-за её роста (к ней Путин мог обращаться сверху вниз не только фигурально). Но самая популярная сводится к тому, что молодая женщина должна была смягчать имидж бывшего сотрудника КГБ, у которого в то время всё ещё проскакивали выражения вроде прозвучавшего позже «мочить в сортире». Зато понятно, почему эта затея провалилась, а пресс-секретарями Путина в дальнейшем были только мужчины: представить себе женщину, да ещё в меру самостоятельную, в путинском окружении нереально — такое просто не вписывается в его картину мира.

«Я не создавала образ либерального пресс-секретаря у либерального президента. Я была вполне либеральным пресс-секретарём», — считала Тимакова. Рассуждая теперь о причинах своего ухода, она говорит о профессиональном выгорании и о том, что покинуть пост пресс-секретаря была готова давно. Вряд ли это лукавство, но очевидно и то, что не только женщины, но и просто «люди» в Кремле выглядят сейчас куда большей аномалией, чем пять, а тем более восемь лет назад. Тогда Тимакова, открыто поддержавшая режиссёра Кирилла Серебренникова в «деле „Седьмой студии“», выступившая на стороне журналисток в разбирательстве по поводу думского харассмента, вступившая в клинч с Никитой Михалковым в Фонде кино, не показалась бы настолько чужеродным элементом во власти. По слухам, министром культуры в какой-то момент тоже планировали сделать женщину. Но оставили всё как есть.

Обложка: Дмитрий Астахов/ТАСС

Рассказать друзьям
1 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.