Views Comments Previous Next Search

Личный опыт«Это другой взгляд на то, каким может быть мужчина»: Я занимаюсь бойлеском

Эллайша Фокс о мужском бурлеске в России

«Это другой взгляд на то, каким может быть мужчина»: Я занимаюсь бойлеском — Личный опыт на Wonderzine

В России о бурлеске слышно не так много: большинство при разговоре о нём вспоминает Диту фон Тиз, пин-ап и на этом, пожалуй, всё. Бурлеск-шоу стали прообразом современного стриптиза, так что сегодня взгляды на них резко разнятся: одни обвиняют их в объективации и сексуализации женщин, другие видят в них возможность для самовыражения и эмпауэрмента. Тем не менее это большой жанр, в котором постоянно появляется что-то новое. Мы поговорили с Эллайшей Фоксом — первопроходцем жанра бойлеск (от «boy» и «burlesque» то есть мужского бурлеска) в России о том, как развивается это направление, сколько на него уходит сил и при чём тут бодипозитив.

александра савина

О пути в бурлеск

Наверно, всё пошло из детства. Однажды, когда мне было пять лет, в детском саду всех мальчиков нарядили зайчиками, а одну девочку — лисичкой. До сих пор помню её пушистый хвостик — мне тоже очень хотелось надеть не эти картонные уши, а наряд покруче. Со временем всё забылось, в школе я был обычным пацаном. Я из небедной семьи, и, может быть, поэтому со мной особо не дружили: я немного по-другому одевался, пытался выразить себя. Потом меня позвали в театральную студию — так мне досталась роль кота в школьном мюзикле. Дальше были институтский КВН и работа с ивентами. Я давно придумываю образы и перформансы: перебороть любовь к переодеванию, трансформации, самовыражению, к тому, чтобы показать себя с другой стороны, я не смог. Да и хорошо.

Лет десять-пятнадцать назад я осознал, что мне нравятся андрогинные образы, а ещё элементы косплея: ушки, хвостики и так далее. Я скакал по разным субкультурам — фетиш, фурри, — пока не познакомился с организаторами шоу, в котором сейчас участвую. Благодаря им я попал в бурлеск. Аня Павлова (московская и берлинская артистка бурлеска. — Прим. ред.) пригласила меня выступать: она сказала, что бойлеск у нас совсем не развит, но нужен. Я стеснялся — я вообще человек из спорта, из танцев, — но душа просила, и я решил этим заняться. Это новый жанр для России, а в Европе и США он существует уже тридцать лет точно.

В итоге бурлеск оказался именно тем, чего мне хотелось. Я очень люблю быть на сцене, показывать себя, люблю, чтобы меня замечали. При этом мне важно, чтобы всё выглядело профессионально. Может, с точки зрения обычного жителя Российской Федерации в некоторых образах я смотрюсь глупо, но я стараюсь выглядеть эстетично, интересно, чтобы самое плохое, что мне могли сказать: «Какой-то фрик идёт!» Выходя на сцену, я преодолеваю стеснение — и в этом ловлю кайф.

О жанре и эстетике

Можно сказать, что бурлеск — прародитель жанра, который позднее назвали стриптизом. Но это гораздо более сложная вещь: не просто танец, а история, рассказанная в движении. Бойлеск — это тот же самый бурлеск, но танцуют парни. В принципе, от бурлеска мы не отличаемся ничем, кроме того, что у нас мужчины. Есть свои каноны и правила: например, в дань уважения жанру мы тоже используем пэстис — наклейки на соски.

Есть более комедийные, есть более танцевальные выступления. Но в каждом из номеров мы, как и девушки, стараемся рассказать историю: заставить зрителя задуматься или, наоборот, посмеяться, порадоваться. Бывают мужчины, которые в выступлениях не стараются копировать «женское», а есть ребята, которые танцуют в более «женской» манере — используют каблуки, более пластичные движения.

У бурлеска и дрэга похожая ироническая подоплёка. Но дрэг, как мне кажется, это больше про обыгрывание утрированной женской манеры поведения, а бурлеск — это больше про танец. Тут уже кто во что горазд, более того, я не знаю ни одного бурлеск-артиста, который надевал бы накладки на грудь или бёдра, которые используют дрэг-королевы. У нас мужская грудь и костюмы, пусть даже в перьях и стразах. Дрэг — это отдельный вид искусства.

Мужской бурлеск может быть связан с представлениями о типично мужском и маскулинности, но это не обязательно. В номерах я всегда стараюсь идти по грани: мне важно показать парня, но в экстравагантных нарядах и, возможно, с «женской» пластикой. Я предлагаю другой взгляд на то, каким может быть мужчина. Любой бурлеск — это в том числе эротика и эстетика. В моём идеальном представлении, если говорить об эротике, мужчина выглядит как раз так: красивое тело, мейкап и интересный наряд.

О номерах

Бурлеск — абсолютно бодипозитивный жанр. Например, к нам из Канады приезжала Вив Клико — это большая, статная женщина, ей уже за пятьдесят, и у неё такая харизма и пластика — закачаешься! Она так взрывает зал! Но чтобы заниматься бурлеском, нужно уметь двигаться, учиться танцевать, заниматься своим телом. Оно может быть любым, но если у тебя будут слабые мышцы, ты не сможешь подняться на сцену и выступать.

Когда в сентябре 2017 года меня пригласили участвовать в шоу, я сразу купил абонемент в зал, договорился с другом-хореографом и начал усердно тренироваться. Мне было важно, чтобы зрители не сказали: «Ну, ладно, это первый чувак, который вышел на сцену на каблуках, мы можем ему простить те или иные вещи». За месяц до выступления я тренируюсь по четыре-пять, иногда шесть дней в неделю, включая танцевальные занятия. В зал хожу минимум три раза в неделю.

Бойлеск можно танцевать и с голыми ногами, и на каблуках. А есть, например, очень известный бурлеск-артист Крис О’Хара — он из балета и выступает на пуантах. Я танцую на каблуках: мне нравится стиль вог, так что я включаю его в выступления.

Мейкап все делают сами, как и дрэг-куин. Этому тоже надо долго учиться: знать, как подчеркнуть черты лица, как правильно накладывать тени, и так далее. Мне это важно — но есть и бойлеск-артисты, которые особенно не парятся с макияжем. Артистов, которые приглашают на выступления гримёров, в России я не видел.

Что-то из костюмов я делаю сам, что-то заказываю — на всё не хватает ни умений, ни времени. У меня есть ещё и основная работа: занимаясь в России только бойлеском и танцами, прожить сложно, а хочется иметь возможность куда-то поехать, ходить в рестораны и так далее. Поэтому с костюмами мне помогают. Дизайн мы, естественно, предварительно обсуждаем. Иногда идея наряда вырастает из музыки — слышишь трек и понимаешь, что под него есть образ. Но бывает и по-другому: сейчас я готовлю номер и там вся музыка родилась, наоборот, из одежды. В танцевальном мире сделать хороший костюм меньше чем за двадцать-тридцать тысяч не получится — и это если брать совсем по минимуму, например с дешёвыми стразами и перьями с AliExpress. Как хобби это достаточно дорогое удовольствие.

На подготовку номера уходит полтора месяца — хотя если делать всё плавно, то с костюмом и хореографией нужно не меньше трёх. Правда, есть и выход, который я подготовил за сутки. Иногда я выступаю в образе пуделя, и нужно было сделать под него арт-перформанс с элементами танца и бурлеска. Хореографию и действия на сцене я придумал буквально за вечер — и на следующий день погнал выступать.

Я не умею рисовать, но ещё со школьных лет мне хотелось показать всё, что происходит у меня в голове. Моё средство самовыражения — я сам: я могу быть картиной, инсталляцией. Номер получается хорошим, когда ты либо испытываешь те переживания, которые отыгрываешь на сцене, либо зацепил их у кого-то — тогда ты можешь рассказать действительно вдохновляющую историю.

Сейчас у меня три основных номера. Тот, с которого всё началось, называется «Белый принц». Это шоу о солисте, который уже давно выступает, покоряет зрительные залы, ему рукоплещут самые большие площадки мира. Первая часть в стиле вог: герой выходит на сцену и танцует. После этого он уходит в гримёрку, садится в достаточно «мужскую» позу, наливает себе стаканчик виски, читает газету, где написано, что Эллайша Фокс покорил зрительный зал Лас-Вегаса. Герой думает: зачем всё это? Постоянно одно и то же, зрители, выступления — ему, как и любому артисту, может это надоесть. Он подходит с бокалом к большому зеркалу и, видя свое отражение, вспоминает, что хотел быть именно таким, какой он сейчас.

В этом номере я смешал свою историю, какие-то мечты и переживания человека, который давно выступает. Артистическая жизнь — это сложная, в некотором роде просто убийственная вещь. У меня есть знакомые, которые гастролируют по миру, та же Аня Павлова — у неё могут быть марафоны, когда из тридцати дней в месяц она выступает двадцать пять. И это жёстко: практически каждый день ты переодеваешься, красишься, выступаешь, четыре часа поспишь — и гонишь дальше. Но тем не менее ты вспоминаешь, что тебе это нравится, думаешь о том, что тебя вдохновляет, и двигаешься дальше — танцуешь и доставляешь удовольствие зрителям.

Второй мой номер — танец феникса. Он о стремлении постичь что-то новое и перевоплотиться в другое существо: феникс, магическая птица, колдует и в конце перерождается в человека. Это выступление больше про хореографию, пластику. У меня очень красивый костюм: головной убор из перьев, крылья. Сейчас этот выход трансформировался в какой-то шаманский танец, в историю о внутренней свободе.

Третий номер — про пуделя. Это история о том, что с детства мы стремимся к чему-то, что мы считаем хорошим и правильным — но добиваясь этого, теряем детскую радость, непосредственность. В этом номере я выхожу на сцену в образе щенка, сбежавшего от хозяйки. Пудель вдруг понимает, что может ходить на ногах, перерождается в человека, снимает костюм — то есть танцует бурлеск. На мне остаётся только мейкап, ушки, хвостик. И тут герой начинает задумываться, почему он стал таким: может, он никогда не хотел танцевать на сцене и раздеваться? Я беру белую рубашку и надеваю её — это аллегория того, как я пытаюсь изменить свою жизнь и стать офисным работником. Но я осознаю, что единственное, что в жизни было важным, — путь, который я выбрал. Я должен быть тем, кем родился.

О будущем жанра и бурлеске в России

Бурлеск очень разнообразен, но есть две основные ветви: бурлеск и необурлеск. Бурлеск — это всё, что относится к классике. Дита фон Тиз — икона именно этого стиля: корсет, классические чёрные волосы, статность, точёное тело. Необурлеск — это всё, что мимо классики, ты можешь выйти хоть в костюме огурца. Каждый пытается изобрести что-то своё. Например, в России есть девушка Blanche de Moscou, она танцует кинки-бурлеск — там можно использовать, например, кожаную маску, лить молоко на тело.

В России небольшая бурлеск-тусовка, все друг друга знают. Заметных девушек, артисток, танцующих бурлеск, наверное, пятнадцать-двадцать. Есть шоу Ladies of Burlesque — они много вкладывают в развитие бурлеска в России, в то, чтобы сделать его более узнаваемым.

Я первопроходец бойлеска, и мне важно задать этому жанру тон — притом что публика в России достаточно сложная. Представьте: парень выходит на сцену в женском шоу, в зале сидят гетеросексуальные люди, которые думают: «Да что это вообще такое?» Мне было очень важно делать номера так, чтобы любому человеку это понравилось. Эту грань тоже нужно чувствовать: российское общество другое, не такое, как в Европе. Я не говорю, что мы вообще нетолерантны, но мы менее привычны к такому. Я считаю, что у меня всё получилось, потому что после выступления ко мне подходили мужики, жали руку, говорили: «Спасибо тебе за то, что ты делаешь!»

Чтобы показывать российской, да и любой публике что-то новое, её нельзя испугать — так бывает с любым продуктом, который выводят на рынок. Когда мы готовили костюм для первого номера, я думал, сделать ли стринги, но решили, что в первый раз, наверное, не будем — взяли шортики, чтобы сразу не травмировать зрителей.

Практически все друзья знают, чем я занимаюсь. Очень сложно быть бурлеск-артистом, не подготовив друзей и окружение к тому, что ты делаешь: чтобы скрыть это, уходит слишком много времени. Мне кажется, у меня получилось сделать так, чтобы моё окружение — друзья и даже коллеги на основной работе — относились к этому как к искусству. При этом поехать с концертом куда-нибудь в Сибирь я бы не рискнул — хотя вот Киркоров ездит.

Фотографии: Личный архив

Рассказать друзьям
6 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.