Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Личный опыт«Бегаю по квартире и постанываю»: Как я болею оспой обезьян

«Бегаю по квартире и постанываю»: Как я болею оспой обезьян — Личный опыт на Wonderzine

Тату-художник Илья — о своём опыте этой редкой болезни

В перерывах между новостями о возможном столкновении Китая и США, о военных действиях российской армии в Украине и росте напряжённости в Косове мир незаметно переживает ещё одну чрезвычайную ситуацию — зарождающуюся эпидемию оспы обезьян: по данным на 2 августа, в мире подтверждены уже почти 25 тысяч случаев этой болезни. Пациенты прежде всего отмечают повышение температуры и появление характерной сыпи — чаще всего на лице и голове, реже — на теле и в паху. Как правило, обезьянья оспа проходит сама, но процесс выздоровления — как и с другими видами оспы — занимает много времени. Предотвратить заболевание поможет прививка против натуральной оспы, разработанная ещё 50 лет назад, — правда, сегодня не во всех странах и не во всех регионах её можно получить легко.

Наш сегодняшний герой — тату-художник Илья, который живёт в Лос-Анджелесе. Неделю назад у него появились симптомы оспы обезьян, которые осложнены сильной болью. В интервью Wonderzine Илья рассказывает о том, как протекает его болезнь, какой можно назвать ситуацию в США и какую роль в распространении болезни играет стигма.

О болезни

У меня есть несколько вариантов, как я мог заразиться оспой обезьян. Первый — от интимного контакта три недели назад. Все другие — от любых возможных социальных контактов. В Калифорнии ещё действуют ковидные ограничения, но они небольшие, по большей части остаточные: мы должны носить маски в публичных местах, в транспорте. При этом люди всё равно собираются группами, ходят на танцы. Плюс я работаю тату-художником, так что есть небольшой шанс, что я мог заразиться от кого-то из клиентов.

Первые две недели никаких симптомов не было, а неделю назад появилась сильная усталость. Я с удовольствием спал по 12 часов, но всё равно просыпался в крайне разбитом состоянии. Я не сразу подумал об этом как о болезни: мы живём в такое время, что так и не скажешь, от чего именно ты не высыпаешься. Потом я заметил, что у меня в паху вздулись лимфоузлы — настолько сильно, что было больно ходить. Сначала я подумал, что это реакция на недавно сделанный пирсинг, но нет.

А потом наступил полный ад: появилась боль в ректуме (прямой кишке. — Прим. ред.). В твиттере мне писали, что по описанию это похоже на синдром раздражённого кишечника, но это тоже не он. Потом я увидел маленькие бляшки между ягодиц. Боль была круглосуточной, и я разработал для себя систему, как с ней справляться: обезболивающее плюс горячая ванна. У меня высокий болевой порог, но даже для меня эта боль оказалась невыносимой. Когда у меня не получается убрать её, то я бегаю по квартире и постанываю. Не могу сидеть, не могу вообще ничего делать.

К сожалению, у нынешней волны обезьяньей оспы боль в прямой кишке — один из частых симптомов. Я читал на реддите, что у многих людей точно такое же течение болезни, причём до сих пор неясно, связано ли это с каналом получения инфекции. Но есть ещё более страшный вариант, когда бляшки появляются на веках или на глазах, в таком случае есть риск потери зрения.

Скорую помощь я не вызывал: на неё у меня нет денег. Обычный врач стоит 100 долларов, а чтобы тебя к нему отвезли — тысячи полторы. Я пошёл в обычную клинику, где у меня взяли анализы, посмотрели, пожалели. Сказали, что это плавает, выглядит и крякает как оспа обезьян. Сделали анализы, прописали обезболивающее. У меня есть маленькая страховка, которая почти полностью покрыла поход к врачу, — я заплатил всего пять процентов.

Врачи не могут точно сказать, когда болезнь закончится. Обычно в течение двух недель с момента появления папулы успевают лопнуть, после этого от них отваливается корочка и появляется слой новой кожи. Если их на теле больше не остаётся, то вы здоровы. Постепенно болевой синдром тоже снижается, но в моём случае об этом говорить рано.

Об изоляции

Я живу с партнёром, и он не болеет: мы внимательно следим за его здоровьем. Мне очень повезло, что мне есть где изолироваться: грубо говоря, я отделил себе половину жилища. При этом партнёр страшно тактильный человек, ему нравится обниматься, а я ему говорю, чтобы он не трогал меня и сидел на другой стороне дивана, чтобы он не испытывал всю эту боль. Плюс у меня есть друзья, которые готовы привезти всё что надо.

Первые дни было не только больно, но и страшно. Плюс есть стигма. В первый день симптомов я никому о них не рассказывал — просто отменил работу и приехал домой. Мне было страшно рассказать о болезни даже партнёру или написать друзьям. Наверное, это влияние внутренней гомофобии: другие люди живут своей жизнью, а ты — вот такой паршивенький — где-то нашёл заразу.

Я болел COVID-19 два раза, поэтому сейчас изоляция переносилась легче. Часть моего сознания даже рада, что можно посидеть дома. При этом я понимаю, что это привилегия: многие люди не могут себе позволить остаться дома, а если они не пойдут на работу, то останутся без денег. Я не знаю, сколько ещё я просижу — наверное, ещё больше недели. Но я знаю, что дома наедине с собой бывает круто, в этом смысле я эмоционально стойкий.

Когда у меня получается справляться с болью, я могу думать о чём-то другом. Думаю о том, как я выйду на улицу, к людям. Знание, что это не навсегда, вселяет оптимизм.

О ситуации в США

Сейчас в США нет специальных ограничений, связанных с оспой обезьян, но губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом уже признал ситуацию чрезвычайным положением (по данным на 2 августа, в США зафиксировано 5793 случая обезьяньей оспы. — Прим. ред.).

Среди моих знакомых, на удивление, нет других заболевших оспой обезьян. При этом официальное число заболевших в США сильно отстаёт от реального. Чтобы поставить диагноз, нужен положительный результат теста, а чтобы сделать анализ, нужно сходить в клинику. Не все могут себе это позволить, не у всех есть страховка, которая покроет эти расходы. Результат анализа нужно ждать неделю, только после него случай добавляют в официальную статистику. Плюс обезьянья оспа по-разному проявляется: у кого-то полный карнавал на всё лицо и тело, а у кого-то маленькая шишка и отсутствие симптомов болезни. При этом люди, которые переносят болезнь легко, также могут заражать других, если не ограничивают социальные контакты.

Инициатива активистов, как я мог заметить, сейчас направлена на то, чтобы повысить доступность прививок — это облегчит страдания очень многих людей. Плюс они борются со стигмой, ведь наибольшей опасности заражения подвержены ЛГБТК-люди, МСМ (мужчины, имеющие секс с мужчинами. — Прим. ред.) и другие уязвимые категории. Активисты много информируют, рассказывают, что такое обезьянья оспа и почему она рискует стать стигматизированной, скрытой от «обычных» людей.

Почему ЛГБТК-люди в группе риска? Я не вирусолог, но понимаю, что подобные эпидемии быстрее распространяются в тесных комьюнити и бьют по тем, кто часто общается друг с другом. Оспа обезьян имеет много способов передачи, но телесный контакт — самый рискованный. Сейчас лето, в Лос-Анджелесе люди часто ходят на мероприятия, дресс-код которых позволяет соприкасаться разными частями тела с открытой кожей. Ещё недавно я слушал подкаст публициста и ЛГБТК-активиста Дэна Сэвиджа про оспу обезьян, где он разговаривал с врачом, там они предостерегали именно ЛГБТК-людей с высокой сексуальной активностью.

Я знаю, что, когда переболею, могу быть полезен своему комьюнити: я смогу делиться знаниями и опытом. Когда я заболел, у меня не было ни одного знакомого, который бы через это прошёл. Мне пришлось самостоятельно смотреть в глаза этому чудовищу, чтобы потом жить с ним. Но впоследствии я смогу помогать, советовать, как облегчить течение болезни.

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.