Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

КиноПочему все спорят из-за «Аннетт»?

Почему все спорят из-за «Аннетт»?
 — Кино на Wonderzine

Женщины в тени Адама Драйвера, а он сам — режиссёрский объект

Недавно в широкий прокат вышел мюзикл «Аннетт», открывший в июле 74-й Каннский фестиваль. Сценарий и музыку для фильма написали братья Рассел и Рон Мэлы, известные как Sparks, а режиссёром выступил Леос Каракс — он и забрал главный приз в этой категории. Фильм, впрочем, как многие работы Каракса, вызвал неоднозначную реакцию критиков и зрителей. Мы решили посмотреть, из-за чего именно все спорят.


Внимание: текст содержит спойлеры!

анна третьякова

Грандиозный мюзикл «Аннетт» стал первой англоязычной работой для Леоса Каракса, а также одним из немногих фильмов, где сценаристом выступил не он сам. За музыку и сюжет отвечали братья Рассел и Рон Мэлы, известные как дуэт Sparks, — сейчас они переживают новый виток популярности, благодаря вышедшему недавно документальному фильму «Братья Sparks» Эдгара Райта. При этом Каракс посвятил фильм своей дочери Насте — она появляется в начале фильма вместе с режиссёром. Сначала Каракс отказывался от проекта из-за отношений отца и дочери в сценарии и возможных спекуляций о связи фильма и жизни режиссёра (ведь он неизбежно показывает в своих фильмах самого себя, считают критики). Но музыка Sparks понравилась его дочери, и он согласился на съёмки.

Фильм рассказывает о стендап-комике Генри Макгенри в исполнении Адама Драйвера и оперной певице Энн Дефрасну, которую сыграла Марион Котийяр. Пара противоположностей, дерзкий юморист и любимица публики, переживают публичный роман под пристальными взглядами папарацци, а затем у них рождается дочь Аннетт. Очевидно, любовь, семья, но в первую очередь невероятный успех жены влияют на Генри Макгенри и его творчество, он начинает саботировать свои отношения, его карьера начинает идти под откос, а заканчивается всё несчастным случаем. Однако затем он видит для себя второй шанс: заметив талант своей дочери к пению, он решает сделать из маленькой Аннетт звезду.

«Аннетт» — это экспериментальное кино, мюзикл, или рок-опера, одновременно сатира на знаменитостей и исследование порой губительной силы славы. Режиссёр и команда в первую очередь напоминают, что всё это — представление. Фильм начинается с требования не дышать во время время просмотра, а первая сцена ломает четвёртую стену: в ответ на вопрос Каракса «Можем ли мы начинать?» музыканты и актёры начинают петь песню «So may we start?» — одну из самых запоминающихся в фильме — и выходят из студии в город, готовясь к началу действия. В тексте этой песни авторы предупреждают зрителя, что они «здесь и немного тщеславны». В конце песни Марион Котийяр и Адам Драйвер переодеваются в своих персонажей и отправляются на их выступления.

Песни для фильма записывали прямо во время съёмок, только во время оперных выступлений звучит голос профессиональной певицы. Леос Каракс экспериментирует с жанром мюзикла — самыми обсуждаемыми, пожалуй, стали сцена с пением во время куннилингуса и энергичная песня, исполняемая медперсоналом во время родов героини Марион Котийяр. Впрочем, в фильме почти нет разговоров, и даже в туалете она поёт. Но несмотря на забавные моменты и самосознание картины, она затрагивает непростые темы, которые как раз и вызвали большое обсуждение.

Главный герой

Несмотря на то, что фильм рассказывает об отношениях Энн и Генри, а назван и вовсе в честь их дочери, главным героем является персонаж Адама Драйвера. Лента следует за ним в «бездну», о которой он говорит во время своих стендапов. По словам Леоса Каракса, он хотел показать комедию абсолютно по-новому, но это было невозможно, в итоге он придумал что-то интимное, но не очень смешное, а вдохновлялся такими комиками, как Энди Кауфман и Ленни Брюс. Шоу Генри Макгенри называется «Обезьяна бога» («Ape of god»), вероятно, отсылая к выражению «Дьявол — обезьяна Бога», Карл Густав Юнг использовал его для описания образа трикстера.

На первом выступлении Генри Макгенри провоцирует публику, но и говорит о своих переживаниях, рассказывает зрителям о романе с Энн и о том, что он вскоре «остепенится», ведь они помолвлены. В его словах проявляются искренние чувства к Энн и в то же время страх будто бы потерять самого себя. Затем начинается путь саморазрушения героя, им овладевают злоба и недовольство — и направлены эти чувства на его семью.

Леос Каракс заинтересовался Адамом Драйвером, увидев его в сериале «Девочки» Лены Данэм — первой большой роли актёра. Однако начать работать вместе они могли только после того, как Драйвер завершил бы съёмки «Звёздных войн». За это время актёр успел появиться во многих других фильмах именитых режиссёров и стать настоящей звездой, а в «Аннетт» уже не только сыграл, но и выступил продюсером. Это, по мнению обозревателя The New Yorker Ричарда Броди, сказалось на фильме. «Персонаж Генри может быть насмешливым, нечестивым, сварливым, даже презрительным, но Каракс относится и к истории, и особенно к актёру, почтительно, — считает Броди. — В результате он будто показывает Драйвера, не преображая его».

Броди также отметил, что арии Генри Макгенри раскрывают только поверхностные мотивации персонажа, исключение составляют лишь упоминания неизвестной «бездны», которая отчасти упрощает антигероя. Эту точку зрения разделяет и Майк Деанджело из AV Club, хотя и не отрицает «смелых, творческих и бесстрашных» составляющих фильма: по его словам, это «ещё один полусочувственный портрет токсичной маскулинности, который не очень глубоко проникает в извращённую психику главного героя». А. О. Скотт, один из главных кинокритиков The New York Times, считает, что, наоборот, персонаж Генри правдоподобен именно из-за того, что его психологический портрет зрителю непонятен. «Его мания величия всё искажает. Он думает, что он невероятный, но это не так, и игра Драйвера идеально соответствует этому противоречию», — пишет Скотт.

Адаму Драйверу правда хорошо удаётся изобразить эгоистичного и самовлюблённого персонажа — его актёрскую игру хвалят почти единогласно. Как считает Дэйна Стивенс из Slate, «напряжённость» Драйвера — это единственное, что удерживает зрителей вместе с персонажем. «Беспроигрышный приём: рассказать историю мудака и снять в главной роли Адама Драйвера с тем, чтобы наверняка заручиться симпатией зрителей», — говорит о режиссёрской манипуляции Каракса и кинокритик Мария Кувшинова. Режиссер, по её мнению, «инструментализирует» даже тело актёра — «грубо, с позиции имеющего право, пересекая границу между любованием и объективацией».

При этом сложно утверждать, что харизма актёра реабилитирует героя, как это, например, получилось с персонажем Беном Соло в новых «Звёздных войнах», если можно их сравнивать. Почти с самого начала Генри Макгенри перестаёт вызывать сочувствие. Кэсси да Коста из Vanity Fair назвала фильм «бодрящей гонкой через мужское саморазрушение». Однако за чей счёт открывается зрителю главный герой «Аннетт»?

Жена, муза, любимица публики

Критики сходятся во мнении, что Марион Котийяр в роли певицы, любимицы публики и приятной (особенно на контрасте с главным героем) знаменитости — это идеальный кастинг. В то же время сложно не заметить, что героине актрисы, Энн, уделяется гораздо меньше внимания, а её личные внутренние переживания остаются нераскрытыми. Зритель встречает её уже влюблённой в персонажа Адама Драйвера, а затем видит только в контексте их отношений и семьи. Фоновые нарезки сообщают, что карьера героини стремительно развивается, но сама Энн о ней особо не говорит.

В позитивных рецензиях на фильм критики либо не заостряют внимания на персонаже Энн, либо вскользь замечают, что хотелось бы видеть побольше Марион Котийяр. Более критичные обзоры, однако, говорят о перекосе в сторону Генри Макгенри в этой истории и «тусклом присутствии» одной из самых ярких французских актрис в фильме. Главный кинокритик Variety Питер Дебрюж подчёркивает, что Энн беременеет, рожает, а затем возвращается к пению — и переживает на самом деле гораздо большее, чем Генри, но «фильм остаётся укоренённым в сознании мужчины». Мария Кувшинова справедливо замечает, что в голливудском проекте такая героиня, упрощённая идеализированная женщина, точно подверглась бы критике.

В материале The New York Times отмечают, что персонаж Энн — намеренно архетипическая фигура, напоминающая «хрупких девушек» из истории кино. По словам Марион Котийяр, Леос Каракс призывал её изучить поведение актрисы Роми Шнайдер, то, как «в один момент она уверена в себе и говорит о своём искусстве, а в следующий полна любви и уязвимости». Энн и правда больше похожа на некую идею, главная её черта — это её прекрасный голос, который и покорил Генри Макгенри. Он будто бы относится к ней как и её поклонники, попутно переживая, что она, в отличие от него, занимается настоящим искусством. В одном из своих выступлений Генри буквально объективирует её, хвастаясь зрителям, что у него «есть свой собственный сопрано». Энн кажется фантазией главного героя, против которой он сам же и бунтует.

Вполне справедливо Генри Макгенри задаётся в своих выступлениях вопросом, что идеальная Энн в нём нашла. Вначале ей явно просто хорошо с ним, затем же, хоть её чувства к нему не угасают, она начинает чувствовать, что «что-то не так». Её опасения отражаются в текстах оперных арий, которые она исполняет: героиня поёт о близком мужчине, который теперь кажется незнакомцем, и тревоге о неминуемой катастрофе.

По пути на очередной концерт ей будто бы снится пресс-конференция, на которой несколько женщин рассказывают, что пережили абьюз со стороны Генри Макгенри. На вопросы журналистов, почему они решили рассказать об этом только сейчас, женщины отвечают, что переживают за Энн. Возможно, это подсознание Энн транслирует её опасения и догадки, возможно, скандал был реальностью, однако тема харассмента своего развития дальше не получает.

Партнёрское эмоциональное насилие в семье Генри и Энн не показывают напрямую, но выступления главного героя намекают на него (на втором стендапе фильма Генри позволяет зависти поглотить себя и «шутит», что убил жену, вызывая гнев публики), а дома Энн с большой тревогой встречает возвращающегося в нетрезвом состоянии мужа. Кульминацией становится конфликт пары на яхте во время шторма — в результате которого Энн погибает. Формально произошёл несчастный случай, однако поведение нетрезвого главного героя ему способствовало. Именно эта сцена стала основой для постера фильма и явно преподносится на нём иначе, в фильме же главный герой избегает какого-либо наказания из-за отсутствия доказательств. А жизнь Энн буквально подражает её искусству — она трагически погибает, как и большинство её героинь в операх.

«Аннетт» будет сложно смотреть людям, столкнувшимся с абьюзом или просто хорошо знающим об этой проблеме. Опять же фильм не оправдывает главного героя, он, несомненно, плохой человек, однако такого комментария явно недостаточно в современных условиях.

Аннетт

Маленькая Аннетт, в честь которой назван фильма, проявляет себя ближе к его завершению. Она начинает напевать мелодии, а её отец осознаёт, что Аннетт унаследовала музыкальный дар матери. Он решает сделать из неё звезду — его собственная карьера к этому времени сошла на нет. Помогает ему в этом герой Саймона Хелберга, «друг-дирижёр», не удостоенный имени. Он раньше аккомпанировал Энн и был в неё влюблён, до появления Генри Макгенри между ними был роман. Дирижёр сразу замечает, что устраивать концерты с маленькой Аннетт — это эксплуатация, но всё же соглашается стать её учителем и выступать с ней с оркестром. Аннетт обретает мировую славу, однако наряду с возгласами её преданных фанатов слышны и порицания действий её отца, эксплуатирующего её талант. Последняя треть фильма затрагивает тему эксплуатации, особенно актуальную в связи с развитием дела об опекунстве Бритни Спирс.

При этом фильм не посвящает зрителя во внутренний мир Аннетт, она и вовсе кукла — но о её эмоциях всё же можно догадываться. Творческое решение сделать Аннетт куклой-марионеткой интерпретируют по-разному. Некоторые критики предположили, что кукла символизирует темы фильма и напоминает, что для её родителей мир — это сцена. Другие, среди них кинокритики Кристи Пучко и Мария Кувшинова, уверены, что Энн и Генри воспринимают ребёнка как проект или предмет, а не живого человека.

Невероятный дар Аннетт становится для неё обузой, но в то же время парадоксально освобождает главную героиню. Приковав к себе внимание всего мира, девочка получает возможность рассказать обо всём, что она видела (её отец совершил преступление), — как только научится говорить.

Обретая речь, Аннетт получает независимость и возможность постоять за себя, она откровенно говорит с отцом. Их диалог — заключительная и самая сильная сцена фильма — укрепит впечатление тех, кому просмотр принёс удовольствие, и может переубедить тех, кому лента сначала не понравилась.

ФОТОГРАФИИ: ARTE

Рассказать друзьям
2 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.