Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

Кино«Transhood»: Честная документалка
о взрослении трансгендерных детей

«Transhood»: Честная документалка 
о взрослении трансгендерных детей — Кино на Wonderzine

Новый фильм HBO, снятый в сердце трамповской Америки

Сегодня, 12 ноября, на HBO выходит «Transhood» — документальный фильм о взрослении четырёх трансгендерных и гендерно-неконформных детей. Все они живут в Канзас-сити — крупном городе американского штата Миссури, окружённые консервативными представлениями о жизни в общем и гендере в частности. Режиссёр фильма Шэрон Лизе снимала его пять лет — так у зрителя появляется шанс проследить, как с течением времени меняется жизнь каждого из героев. Название документалки, очевидно, отсылает к «Отрочеству» («Boyhood») Ричарда Линклейтера, с той разницей, что двигатель перемен здесь не просто ещё одна свеча на праздничном торте, а конкретные этапы трансгендерного перехода.

Антон Данилов

Самая известная героиня фильма — трансгендерная девочка Эйвери Джексон. В 2019 году ей исполнилось двенадцать лет, но активизмом она начала заниматься в семь: при поддержке родителей она записывала шоу на радио, снимала видео на ютьюбе и даже написала книгу. В 2017 году она появилась на обложке журнала National Geographic за выносом «Gender Revolution». Сейчас Джексон уже отошла от активизма: девочка хочет заниматься анимацией или дизайном компьютерных игр. «Лучшая часть быть девочкой в том, что ты больше не должна притворяться мальчиком», — говорит она в фильме.

Самой взрослой героиней фильма стала трансгендерная девушка Лина. Она мечтает о карьере модели, и близкие поддерживают планы Лины. При этом её жизнь — будни обычной девушки: она переживает из-за романтических отношений, папа не разрешает ей выбирать «слишком открытый» купальник, а бабушка критикует цвет лака для ногтей: «Какой-то он слишком взрослый для тебя».

Джей — трансгендерный парень, который должен сделать каминг-аут перед своей возлюбленной. О Джее с какой-то невероятной любовью заботится мама, и мальчик отвечает ей взаимностью: на одном из приёмов у врача, когда родительница в очередной раз заплакала, он протянул ей руку и сквозь слёзы сказал «всё в порядке». От Джея и его мамы отказались все их родственники: в одном из синхронов женщина рассказывает, что бабушка считает её «насилующей ребёнка» (в оригинальной озвучке прозвучала фраза «child abuser». — Прим. ред.).


Её жизнь — будни обычной девушки: папа не разрешает ей выбирать «слишком открытый» купальник, а бабушка критикует цвет лака для ногтей

И наконец, четвёртый герой — гендерно-неконформный Феникс, которому в начале фильма было всего четыре года. Тогда он описывал себя словом «гёрлбой» — мальчик, который хочет быть девочкой. «Когда он играет, он всегда говорит, что он королева, принцесса, мать или сестра. А потом добавляет: „Но я всё ещё мальчик“. У нас нет хорошего термина для описания его или её гендера», — объясняет мама. С течением времени у Феникса меняется ощущение идентичности, но родители поддерживают ребёнка во всём. «Мне не важно, будет ли Феникс мальчиком или девочкой. Я люблю его или её просто как Феникса», — рассказывает папа ребёнка.

Канзас-сити в документалке появляется фоном: кажется, что такую историю можно было снять в любом другом американском городе. Но не стоит забывать, что консервативный Миссури — оплот республиканцев, и нравы администрации экс-президента показаны довольно хорошо. Дональд Трамп много сделал для того, чтобы трансгендерные люди в Америке считались людьми второго сорта. Тут можно вспомнить закон, который запрещает открытым трансгендерным людям служить в армии. Или предложение запретить трансгендерным студентам посещать туалеты или раздевалки согласно гендеру, а не приписанному при рождении полу. В самом начале мама Эйвери едет на поминки убитой трансгендерной латиноамериканки, и в каком-то смысле ненависть к транслюдям — это рутина, фон всего происходящего. «Transhood» демонстрирует, каково это — не только отличаться от девяноста процентов людей, но и быть объектом ненависти государственного масштаба просто из-за факта гендерной идентичности.

Впрочем, «Transhood» обращается не только к проблемам гендерного самоопределения, но и к бытовым трудностям — они не заканчиваются, даже когда трансперсона получает обновлённое свидетельство о рождении с изменённым гендерным маркером. Одна из главных бытовых проблем трансгендерных людей связана с поиском работы. Бренд купальников отказывает Лине в съёмке, когда узнаёт о её трансгендерности, — на что она, к слову, реагирует со стоическим спокойствием: «Transhood» показывает, как с течением времени кожа героев становится всё толще. При этом Лизе поднимает и совсем неочевидную проблему — границу между добровольным активизмом и родительской эксплуатацией, основанной на объективации и экзотизации. Маленькая Эйвери стала популярной стараниями мамы, но в какой-то момент девочка больше не хочет раздавать автографы и улыбаться в камеру незнакомым людям. Родительница давит: так нужно. «Почему вообще эти люди будут со мной фотографироваться?» — «Потому что ты особенная».


Мать Эйвери едет на поминки убитой трансгендерной латиноамериканки, и ненависть к транслюдям — это рутина, фон всего происходящего

Другая проблема — доступ к качественной медицинской помощи: американская система здравоохранения держится на многочисленных страховках, каждая из которых может не покрывать медицинские составляющие трансгендерного перехода. Им в принципе уделяется много внимания, но акцент на первом приёме гормональных препаратов или первом уколе тестостерона нельзя назвать лучшей репрезентацией. Так у зрителя появляется ощущение, что трансгендерный переход неотделим от изменений на физиологическим уровне, откуда рукой подать до трансмедикализма — мнения, что транслюди могут идентифицировать с себя со своим гендером только после медицинского вмешательства.

Но нельзя сказать, что «Transhood» сделан плохо: западные критики отмечают, что создатели фильма подходят к этой теме с любовью и деликатностью. Документалка будет полезна тем, кто мало чего понимает в трансгендерности — а особенно родителям, дети которых растут гендерно-неконформными. Фильм деликатно отвечает на все вопросы, оставляя мало пространства для домысла. Например, мать Эйвери в самом начале фильма чётко объясняет, что дети не принимают гормональных или других препаратов в детстве. В пубертате же они могут начать пить гормоноблокирующие таблетки, с отменой которых растущий организм сможет и дальше развиваться так, как развивался. И родители же в документальном фильме вовсе не монстры, которые хотят разрушить жизнь или испортить тело своих детей. Они становятся источником абсолютной, безусловной поддержки в любой ситуации — даже такой непростой, как осознание трансгендерности в очень юном возрасте.

«Transhood» — это основательно проделанная работа, в которой жизнь трансгендерных людей показана такой, какая она есть, — и в ней, конечно же, есть место не только страданиям. «В конечном счёте все мы люди, — говорит в конце фильма повзрослевшая Эйвери. — Мы делаем все те же самые вещи. Разница только в том, что мы родились немного другими». Актуальным «Transhood» будет и в России: фильм помогает понять жизнь трансгендерных людей и что им угрожает. В условиях растущей трансфобии, которую поддерживают даже на государственном уровне, этот фильм превращается в каплю эмпатии, которой достойны все люди на земле вне зависимости от гендера.

ФОТОГРАФИИ: HBO

Рассказать друзьям
6 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.