Star Views + Comments Previous Next Search Wonderzine

МнениеMy person: Как дружба в поп-культуре вытесняет секс

My person: Как дружба в поп-культуре вытесняет секс  — Мнение на Wonderzine

Дружите — и полюбите

Любовь не равна сексу, в семейных отношениях секс тоже необязателен. Квир-обозреватель Константин Кропоткин, насмотревшись современных фильмов и сериалов, пришёл к выводу, что место секса в поп-культуре отдано дружбе. 

текст: Константин Кропоткин

В нашумевшем «Психе» о любви сообщают странно: секс возможен, а любви нет. В сериале о психоаналитике, который зарабатывает на консультациях богатых обитателей Москвы внутри Садового кольца, есть сексуальное взаимодействие между «возрастными» категориями граждан, представлено сожительство сорокадвухлетней женщины с мужчиной на двенадцать лет её младше, показан брак как имитация, семья как неравнозначное по вкладу союзничество — парность как синтаксическое отсутствие, где у предложения любви нет адекватного сказуемого. Разнообразные обитатели этого «элитного» универсума могут спать друг с другом, но каждый из них существует автономно, он в той или иной степени изолирован от внешнего мира — агрессивного, принуждающего к самообороне. Такова жизнь.

Коллизия, кажется, не новая и, судя по всему, глобальная. Две трети американцев старше 45 лет жалуются на одиночество. В Британии четыре миллиона жителей из 68 осознают одиночество как проблему. О том же говорят 41 миллион (8 %) всех европейцев — это данные опроса, по заказу Еврокомиссии проведённого в ЕС в 2018 году. Тенденция нарастающая — опыт пандемии показал, насколько тотальной может быть социальная изоляция, но пока неясно, как уменьшить неизбежные риски. Немецкий нейрофизиолог Манфред Шпитцерс ещё в 2018 году утверждал, что в современном обществе одиночество — главная причина смерти. 

Примечательно, что «Псих», будучи московской имитацией западного образа жизни, нигде не проговаривает любовь как дружбу. По мысли авторов, и это заинтересованное эмоциональное соучастие возможно только там, где нет сексуального интереса. Психоаналитик разговаривает, а не симулирует интерес лишь с приятельницей, физически ему неинтересной, — только с ней у него происходит нечто вроде диалога. Герои «Психа» не дружат, если хотят секса. Они готовы помочь словом и делом, если это желание исчезает.

А что если описанные столичные жители, проживающие свои дисфункциональные жизни, ошиблись в самой точке отсчёта? Если отнюдь не секс — условие счастливой совместной жизни? А что если любовь — взаимная, полнокровная, подлинная — требует в первую очередь дружбы?

В отличие от любви — суммы со множеством неизвестных, — рамки дружбы обозначены ясно, в основе дружбы всегда эмоциональная близость. И за примерами можно сходить в кино советское, которое, репрессировав сексуальность, дало немало образцов близкой дружбы. Дружит Надя Берестова в «Неподдающихся», в первую очередь родство душ связывает советских Ромео и Джульетт: Ксению и Бориса («А если это любовь»), Катю и Рому («Вам и не снилось…»). Из дефицита эмпатии вырастает и центральный конфликт «Тани»: героиня знаменитой пьесы Арбузова, внешне счастливая в браке, страдает от непонимания, душевной изоляции.

Коллективное тело советских романтических сюжетов, вычитавших секс из публичного разговора о любви, кажется очень современным, будучи помещённым в контекст постсексуального мира. В эпоху порнхаба и тиндера секс не отменяется, но благодаря доступности становится фигурой умолчания: мы принимаем душ, мы едим, мы занимаемся сексом — именно так, через запятую.


В отличие от любви — суммы со множеством неизвестных, — рамки дружбы обозначены ясно, в основе дружбы всегда эмоциональная близость

Другое дело — дружба, занимающая в эмоциональном багаже нынешних молодых людей всё больше места. В прошлогодней американской комедии «The Наlf of It» дружба перетекает в любовь, которая становится дружбой, усложняя конфигурацию «вместе» до внутренне непротиворечивого «втроём». Девушка-лесбиянка влюблена в стрейт-девушку, а медиатором между ними оказывается парень, и это современным образом оформляет классический сюжет о Сирано де Бержераке, влюблённом в Роксану.

Любовь или, если угодно, влюблённость — это хорошо, но дружба в жизни куда важнее. С таким тезисом выступают героини другой школьной комедии из США — «Booksmart». Разнообразно повеселившись, закадычные подружки-выпускницы, лесбиянка и стрейт, приходят к мысли, что какими бы ни были наши влечения, страсти, увлечения — душевную интимность невозможно заменить; она и есть квинтэссенция счастливой совместности.

В сериале «Бриджертоны» Дафна и Саймон прежде, чем испытать на прочность кровати и лестницы, прошли этапы союзничества, партнёрства и дружбы. Причём именно дружба, допустив максимально открытый разговор (чего стоит гимн мастурбации), чудесным образом меняет саму структуру их взаимоотношений. Душевный порыв становится эквивалентом любовной страсти: интимная дружба равна любви.

«Мужчина, который не уважает женщину, просто не может быть сексуальным», — приводят создатели сериала слова Джулии Куинн, по романам которой и был создан новейший хит Netflix. С этим идеалистическим допущением можно не согласиться, но оно, безусловно, выражает время. Концепция любви, со времён Дафниса и Хлои много раз перелицованная, допускает неравенство — неравенство же разрушает само понятие дружбы. Но если интимная дружба и есть настоящая любовь?

Сейчас любовь не та, что прежде. Эта интенция всё ощутимее в западной массовой культуре, раз за разом выстреливающей примерами неконвенционального романтического чувства. Трудно в привычных терминах обозначить связь между главными героинями сериала «Эйфория», Ру и Джулс, цис- и трансдевушки, — это любовь? Дружба? Что-то ещё? Если использовать центральную метафору «Аргонавтов» американской писательницы-исследователя Мэгги Нельсон, это попытка перестроить корабль по пути, не меняя ни имени его, ни формы. Мы говорим «я тебя люблю», но обозначаем уже нечто другое, чем подразумевалось прежде.

В основе дружбы всегда лежит доверительный разговор. Проговаривание чувств — отличительная черта современного поколения. Любовь и дружба, таким образом, сближаются, порой до неразличения. В американской комедии «Straight Up» отрефлексированное до мелочей счастье вдвоём случается, возможно, только потому, что один из невротиков гомосексуален.

Любовь не знает гендера, человек важнее признаков, которыми его наделяют. В этой мысли чрезвычайно обаятельно невольное сближение с героями эпохи романтизма. Так ли важно, был ли геем Шопен, композитор-виртуоз, писавший мужчинам нежные письма? Нужно ли гадать, сколько плотского влечения могло быть между Гёте и Шиллером, образцовыми немецкими романтиками?


Концепция любви, со времён Дафниса и Хлои много раз перелицованная, допускает неравенство — неравенство же разрушает само понятие дружбы

Best soul friend, my person, big friendship — в английском заметны мучения языка, пытающегося описать новую любовную реальность. Насколько близки любовь и дружба в наше время, показывает сериал «Soulmates», где буквально реализована платоновская идея о разлучённых «половинках»: представим, что у нас будет техническая возможность найти «родственную душу», как это изменит общество? МЖ, ММ, МЖМЖ — вариаций совместной жизни оказалось куда больше, чем это описано в официальных семейных кодексах.

Заход в семью из дружбы избавляет от вопросов о количестве участников — их может быть сколько угодно. Возможность семьи как равнобедренного треугольника обсуждается в британской «Тригонометрии». Авторы сериала настаивают, что равнопритяжение троих — ЖМЖ — возможно и даже желаемо и куда больше проблем доставляют не тонкие настройки внутри тройственного союза, а предубеждения внешнего, привыкшего к бинарности мира. 

Клюфт между растущим запросом на максимально индивидуализированное личное счастье и не поспевающей за ним общественной нормой способен вызвать тревогу. Терминологическая неразбериха, смятение ума и сердца, желающих любви безусловной, но только на своих условиях, составляют главную движущую силу «Нормальных людей» — как книги Салли Руни, так и одноимённого сериала, где герои, формулируя личную норму, фактически реализуют популярную в гей-среде модель «сексуальной дружбы» — friends with benefits. Дружба на первом месте, секс возможен, но не обязателен.

Насколько пестра может быть современная ненуклеарная семья, показывает «Tales of the City» — вышедшее в 2019 году на Netflix бравурное завершение экранного ЛГБТК-цикла по романам Армистеда Мопина: там буквально все цвета радуги. 

Поиски новых точек опоры то и дело заводят на территорию квир-чувств. Эксперименты ЛГБТ-субкультуры, годами существовавшей в ситуации свободного поиска, отточили формы гармоничного сожительства, в которых связующую роль исполняет единство по признаку душевного родства, этической общности. Дружите — и полюбите. Почему бы не взять это за правило?

ФОТОГРАФИИ: More tv, НМГ Студия, Студия Видеопрокат, Annapurna Pictures, HBO

Рассказать друзьям
25 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.