Views Comments Previous Next Search

СтильКак возрождаются легендарные дома моды начала XX века

Paul Poiret, Vionnet, Schiaparelli, Charles James и другие дома моды, вернувшиеся из небытия

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века — Стиль на Wonderzine

закрытые по разным причинам легендарные марки по-прежнему таят в себе огромный потенциал, благодаря которому привлекают новых инвесторов. Так, дом моды легендарного Поля Пуаре, закрытый в 1930 году, недавно был выставлен на продажу. До 28 ноября потенциальные покупатели могут заявлять свои предложения цены через онлайн-аукцион, организованный нынешним владельцем бренда, французским предпринимателем Арно де Люмменом, за плечами которого успешное возрождение дома Vionnet в 2006 году и перезапуск старинного французского производителя сумок и чемоданов Moynat. Рассказываем подробнее о нем и еще о пяти домах, перезапуск которых стал долгожданным или, наоборот, неожиданным.

Автор: Жансая Толеухан

Paul Poiret

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 1.

 

Поль Пуаре — последователь и ученик родоначальников кутюра, двух главных модельеров XIX века: Чарльза Фредерика Ворта и Жака Дусе. Первый стремился упразднить кринолины, предлагая на замену им юбку со шлейфом, а Дусе цитировал искусство Востока и шил так называемые домашние чайные платья. Пуаре, начавший свою карьеру в их ателье, продолжил развивать их идеи, а свой дом моды основал в 1903 году.

Пуаре освободил женщин от корсета и стал важной фигурой для более раскрепощенных в одежде femmes libérées. Кутюрье изменил не только фасоны того времени, но и стандарты женской красоты. С желания женщин хорошо выглядеть в его платьях началась мода на тонкую спортивную фигуру, не скованную корсетом, — в 1905 году он предложил рубашечный покрой женского платья, а затем наряды с ориентальными мотивами. На волне ошеломительного успеха гастролей «Русского балета» в Европе с постановкой Дягилева «Шехерезада» Пуаре, большой поклонник театрального искусства, начал внедрять восточные мотивы.

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 2.

Яркие цвета, изящные узоры, шаровары и туники, расшитые золотыми нитями, тюрбаны, украшенные жемчугами и дорогими перьями, с восторгом были встречены европейскими женщинами. Среди клиенток прославленного мастера была и Айседора Дункан, которая называла его не иначе, как гением. Еще одно изобретение Пуаре — узкая «хромая юбка» (так называемая hobble skirt), напоминающая хвост русалки, которая позволяла передвигаться только мелкими шажками и вызвала ажиотаж среди клиентов. Носили ее с широкополой шляпой с перьями. Поль Пуаре еще и первый модельер, выпустивший собственную марку духов в 1911 году, назвав их в честь своей старшей дочери Розин. Вдобавок Пуаре был маркетологом: дизайн флакона, упаковку и рекламу он придумал сам.

После Первой мировой войны интерес к работам Пуаре угас. Его модели, символизировавшие вечный праздник, становятся неуместными для послевоенного времени, а бренд Пуаре не выдерживает конкуренции с новыми домами моды, среди которых и Chanel. Решительно не желавший создавать простую одежду, Пуаре был вынужден закрыть свой дом в 1930 году. Последние дни Пуаре провел в бедности и умер в 1944 году. Интерес к работам Пуаре возродился в 50–60-е годы с подачи его вдовы и музы Денизы Пуаре — винтажные вещи дизайнера начали расти в цене, выставки его творчества собирали толпы почитателей, а коллекционеры скупали всё, что было связано с его именем. Но о настоящем возрождении бренда можно будет говорить лишь после аукциона в конце ноября 2014 года. По словам его нынешнего владельца Арно де Люммена, называющего легендарные закрытые бренды «спящими красавицами», Пуаре настолько известен по всему миру, что может привлечь инвесторов даже с пока неизвестных нам рынков.

 

 

 

Jean Patou

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 3.

 

История модного дома Jean Patou полна взлетов и резких падений. Основанный в 1912 году дом моды вынужден был прервать свою работу в 1914 году в связи с началом Первой мировой войны. Накануне военных действий Пату успел продать последнюю коллекцию практически целиком американскому байеру и уйти на фронт. Вновь дом Жана Пату был открыт в 1919 году. Как показала история, наиболее значимые изменения в моде (впрочем, как и в других сферах) происходят именно после войн: охваченные ликованием, люди жаждут больших перемен. И олицетворением таких перемен стал Жан Пату.

Именно вещи Пату стали основой гардероба девушек-флэпперов 20-х годов и подспорьем для появления андрогинных силуэтов. Укоротив привычные юбки в пол, он одним из первых выставил напоказ женские ноги и создавал не только красивую, но и удобную одежду, в том числе и спортивную: наряду с Коко Шанель и Эльзой Скиапарелли Пату работал над созданием женских вещей для игры в теннис. Именно в его плиссированной юбке французская спортсменка и чемпионка Сюзанн Ленглен выиграла золото в Антверпене в 1920 году. Пату как один из родоначальников спортивной одежды верил, что новаторский стиль заключается в атлетическом силуэте.

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 4.

Новаторские идеи Пату пользовались большой популярностью среди либеральных американцев, что пошатнуло стабильность его бизнеса после краха Уолл-стрит в 1929 году. Пережить экономический кризис компании Пату помогла его другая инновационная идея — парфюмерная линия, которая остается на плаву многие десятилетия спустя: его самый известный аромат Joy производят до сих пор. Вернуть же былое величие одежде под маркой Jean Patou в разные годы пробовали Марк Боан, Карл Лагерфельд и Жан-Поль Готье.

Возглавивший дом Jean Patou в 1981 году Кристиан Лакруа вернул компании известность и высокие доходы. Но и за этим взлетом последовало стремительное падение, а в 1987 году после ухода Кристиана Лакруа, решившего основать собственный бренд, дом Jean Patou был закрыт. Через 25 лет после закрытия бренду суждено было снова возродиться — за его реанимацию взялся нынешний вице-президент дома Бруно-Жорж Коттар. Правда, пока сложно предположить, насколько успешной будет деятельность марки, ведь, как известно, историческое наследие — еще не гарантия успеха.

 

 

 

Vionnet

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 5.

 

История дома Vionnet начинается в 1912 году. Основательница бренда француженка Мадлен Вионне совершила революцию в моде своим уникальным косым кроем платьев, благодаря которому ткань ложилась волнистыми складками, а вещи идеально повторяли изгибы женского тела. Прежде чем открыть ателье, она, как и Пуаре, набиралась опыта в ателье Жака Дусе. Не умевшая рисовать, Вионне создавала платья, которые строила с точностью архитектурного чертежа, драпируя каждый раз по-новому ткань прямо на манекене: первостепенным принципом кутюрье было создавать одежду по фигуре.

Ее вдохновляли античность и балетные наряды Айседоры Дункан, она хотела упразднить корсеты и утверждала, что концепция освобождения женского тела принадлежала именно ей, а не Полю Пуаре. Хотя, скорее всего, идея просто витала в воздухе: ее приписывали себе многие модельеры. В 1920-е годы в ее работах появляются отсылки к Востоку и кубизму, она цитирует кимоно и создает геометричные платья из трех основных форм: прямоугольника, квадрата и круга. Во многом благодаря тому, что Вионне одной из первых начала нанимать манекенщиц, профессия моделей стала престижной. Дефилировали модели без корсетов, босиком или в сандалиях. На время Первой мировой войны бизнес был свернут и возобновлен уже с новым размахом в 1922 году. Вслед за парижским ателье на авеню Монтень Вионне открыла собственный магазин в Нью-Йорке на Пятой авеню, где готовые платья клиенткам подгоняли по фигуре. В 1929 году численность сотрудников дома достигала 1200 человек.

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 6.

С началом Второй мировой войны в 1939 году дом моды Vionnet был закрыт. Спустя 49 лет компания была куплена бизнесменом Ги де Люмменом, а в 2006 году его сын Арно де Люммен предпринял попытку возрождения былого величия бренда. К работе над маркой привлекли греческого дизайнера Софию Кокосалаки, которая известна мастерством драпировки. Затем на ее место пришел Марк Одибе с опытом работы в Prada и Hermès. Однако нанятый для этой цели арт-директор Марк Одибе не смог добиться поставленной задачи. Не справился с ней и следующий дизайнер марки — Родольфо Пальялунга, который сейчас возглавляет дом Jil Sander.

В 2009 году дом моды у семейства де Люммен приобрел наследник итальянской династии Маттео Марзотто, на счету которого уже был перезапуск Valentino в начале 2000-х. В 2012 году бренд выкупила Гога Ашкенази и лично заняла кресло дизайнера, пригласив в кутюрную линию Хуссейна Чалаяна, который параллельно работает над собственной маркой. Видение Чалаяна во многом похоже на стиль Мадлен Вионне. «Есть вещи, которые нужно сначала создать, а потом зарисовать», — говорит Чалаян, использующий в своих моделях сложный многослойный крой и многочисленные драпировки.

 

 

 

Schiaparelli

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 7.

 

Работы основательницы Schiaparelli и создательницы понятия коммерческой готовой одежды, итальянки Эльзы Скиапарелли можно назвать реформаторскими. Соперница Коко Шанель изменила отношение к трикотажной одежде — ее черный вязаный пуловер с геометричными рисунками (от банта до черепа) совершил революцию в моде в 1927 году и стал бестселлером в Америке, где Эльза впоследствии открыла множество бутиков. Наравне с Жаном Пату и Коко Шанель она развивала идею спортивной одежды и ready-to-wear в моде, показывая в своем бутике Pour le Sport в конце 20-х годов теннисные платья, юбки-брюки, купальники и наряды для катания на лыжах. Кроме того, она одной из первых использовала застежку-молнию для своих платьев. К 30-м годам на нее трудилось более двух тысяч сотрудников.

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 8.

Эльза более всего известна как дизайнер-сюрреалист, чьи экстравагантные идеи используют до сих пор. Увлечение сюрреализмом и дадаизмом в 30-е годы находило у нее отражение то в пуговицах в виде леденцов и арахиса, то в сумках в виде музыкальных шкатулок или шелковом платье с лобстерами, нарисованными Сальвадором Дали. Этим сотрудничество с Дали не ограничивалось: он рисовал для нее рекламные афиши помад и духов, а Эльза конструировала вещи по его эскизам — например, шляпу-ботинок. К послевоенным требованиям ей, как и многим дизайнерам того времени, было непросто адаптироваться. И хотя основанная ею в 1928 году парфюмерная линия имела успех и некоторое время помогала развивать дом, в 1954 году дом моды Schiaparelli был закрыт.

В 2007 году бренд купил владелец Tod’s Диего Делла Валле, но камбэк Schiaparelli отложился вплоть до 2014 года, хотя одна из попыток возрождения Schiaparelli была на счету Кристиана Лакруа. В итоге лишь в прошлом январе на Неделе высокой моды в Париже новый креативный директор дома Марко Занини представил первую кутюрную коллекцию возрожденного дома
весна-лето — 2014. Марко Занини умело работает с архивами дома (monkey fur пришел в моду благодаря Скиапарелли, и с ним же работает Занини) и уже в двух коллекциях доказал, что сюрреализм и театральность — именно то, чего не хватает современной моде. Как минимум симпатии Тильды Суинтон обновленный дом моды уже заработал.

 

 

 

Charles James

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 9.

 

Несмотря на свое британское происхождение, Чарльз Джеймс известен как первый американский кутюрье. Начав карьеру с маленького шляпного магазинчика в 1926 году, Чарльз Джеймс заслужил звание одного из величайших дизайнеров всех времен. Не последнюю роль в этом сыграла Великая депрессия. После кризиса Уолл-стрит многих парижских кутюрье в Америке обложили 90-процентной пошлиной и им пришлось свернуть свой бизнес, а их место заняли местные дизайнеры. Среди них был и Чарльз Джеймс, и еще ряд знаковых кутюрье эпохи: Мэйн Бохер, Элизабет Хоз и Мюриэл Кинг.

Чарльз был не просто модельером или скульптором, но архитектором. К примеру, стеганый жакет, созданный дизайнером в середине 30-х годов в дополнение к вечернему костюму и названный Сальвадором Дали «мягкой скульптурой», стал прародителем современных стеганых курток, присутствующих даже в гардеробах людей, далеких от моды. Помимо стеганых курток визитными карточками Джеймса стало бальное платье «Четырехлистный клевер», которое было практически инженерным сооружением. Платье состояло из четырех слоев: подъюбника из тафты, жесткой нижней юбки, нижний юбки клиньями и верхнего платья. Двигаться в нем было затруднительно, но выглядело оно умопомрачительно.

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 10.

Дискомфорт женщин не останавливал дизайнера, скрупулезно создававшего предметы искусства из ткани: его бальные платья могли весить до 8 кг. Чарльз Джеймс в какой-то степени был фанатиком и перфекционистом: он мог переделывать одну и ту же модель по несколько раз, выверяя с математической точностью каждую деталь, подолгу работать над идеальным кроем рукава и потратить на это кучу денег. В 50-х годах карьера Чарльза Джеймса пошла на спад, и причиной тому стало его нежелание принимать изменения в моде. Джеймс не смог смириться с наступлением эры массового производства и отказаться от сложного кроя ради удешевления моделей. А долги и неуплаченные налоги заставили его окончательно покинуть мир моды в 1958 году.

В 2014 году мир снова заговорил о марке Charles James. После бала, организованного Институтом костюма Met Gala в честь легендарного кутюрье, было объявлено, что возрождением марки займется американский кинопродюсер и сооснователь Miramax Films Харви Вайнштейн — он заключил договор с детьми Чарльза Джеймса на покупку лицензии с возможностью последующего приобретения бренда. Возвращение марки планируется под управлением креативных консультантов: сооснователя и дизайнера Marchesa Джорджины Чапман и ее брата, президента Marchesa, Эдварда Чапмана.

 

 

 

IRFE

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 11.

 

Бренд IRFE основан в Париже в 1924 году русскими эмигрантами: племянницей Николая II Ириной и ее мужем Феликсом Юсуповым. Сложенные начальные буквы их имен и дали название аристократическому во всех смыслах дому. Будучи когда-то клиентами парижских модных домов, чета Юсуповых знала секреты высокой моды, а в создании коллекции принимали участие их друзья и родственники. Несмотря на классический дизайн, их наряды в Париже демонстрировали андрогинные модели à la garçon, а на уме у кутюрье была разработка спортивной одежды. В 1926 году IRFE представил собственную парфюмерную линию из четырех ароматов: Blonde — для блондинок, Brunette — для брюнеток, Titiane — для шатенок и Grey Silver — для женщин «элегантного возраста». В отличие от других домов IRFE прямо назвал цвет волос и уделил внимание немолодым женщинам, посвятив один из ароматов императрице Марии Фёдоровне.

Как возрождаются легендарные дома моды начала XX века. Изображение № 12.

Экономический кризис конца двадцатых сказался на многих секторах мировой экономики, и в 1931 году IRFE, вслед за многими другими компаниями, пришлось объявить о банкротстве и закрыть все свои филиалы. Однако парфюмерная линия бренда просуществовала вплоть до начала 60-х, а одно из платьев дома попало в Институт костюма музея Метрополитен в Нью-Йорке.

Возвращение марки после 90-летнего перерыва произошло в некоторой степени благодаря историку моды Александру Васильеву. Из его книги «Красота в изгнании» о доме узнала Ольга Сорокина, а после встречи с внучкой Юсуповых Ксенией Шереметевой-Сфири взялась за возрождение легендарного дома моды. В прошлом году, к 400-летнему юбилею дома Романовых, обновленный дом IRFE сделал свой первый шаг — на Парижской неделе моды состоялся показ его новой коллекции. На сегодняшний день креативная команда дома старается не только сохранить, но и осовременить коллекции IRFE.

 

Фотографии: The Metropolitan Museum of Art, IRFE, Schiaparelli, Wikimedia Commons, Vionnet

Рассказать друзьям
1 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.