Views Comments Previous Next Search

ГероиниСоня Рикель:
Дизайнер, задававшая
моду на свободу

«Я ничего не знала и поэтому делала всё, что хотела»

Соня Рикель: 
Дизайнер, задававшая 
моду на свободу — Героини на Wonderzine

Текст: Анастасия Полетаева

Днём 25 августа Елисейский дворец выпустил официальный пресс-релиз, в котором сообщалось, что умерла Соня Рикель. Ей было 86 лет, двадцать из которых у неё была болезнь Паркинсона. Но вы об этом, скорее всего, и сами знаете — вчера о Соне написали все, от газет и новостных агентств до блогов и сайтов о моде. Короткие заметки с основными вехами жизни, цитатами дочери Натали и перечислением главных заслуг перед мировой модой: полоски, яркие цвета и, конечно, трикотаж. Девяносто процентов заметок так и назывались — «Умерла Соня Рикель, королева трикотажа». Как будто эта фраза в вакууме значит хоть что-то.

Соня Рикель: 
Дизайнер, задававшая 
моду на свободу. Изображение № 1.

 

«Соня Рикель, королева трикотажа» — это модный эквивалент школьного «Пушкин — наше всё». Лучше знать о великом поэте хотя бы то, что он великий, чем не знать вовсе, но разве этого по-настоящему достаточно? Разве Соня Рикель — это полосатые свитеры? И кому бы удалось войти в историю моды, придумай он просто трикотажную кофту?

Её смерть в очередной раз показала, как быстро и незаметно меняется реальность. Соня Рикель появилась на мировой арене в разгар сексуальной революции 60–70-х, пока The Beatles набирали популярность, а французское правительство изымало целые тиражи кассет с чрезмерно эротичной песней «Je t’aime... Moi non plus» Джейн Биркин и Сержа Генсбура. В 1968 году, когда Рикель начинала, одежда ещё могла быть вызовом и вершить революции (или хотя бы в них участвовать). Прославивший Соню полосатый свитер, Poor Boy Sweater, появился на обложке Elle — и моментально стал заявлением, причём не только эстетического толка.

В конце шестидесятых женщины ещё не носили чрезмерно облегающих водолазок, на которые будто бы не хватило ткани. Но уже через пару месяцев Одри Хепбёрн купила у Сони дюжину таких свитеров, а дизайнер продолжила «писать историю женщины — интеллектуалки, немного странной, порой смешной, серьёзной... Она любит литературу, живопись, вечеринки и жизнь». Рикель была одной из двух главных модельеров-феминисток XX века (за что и получила прозвище Коко Рикель) и совершенно ничего не боялась: «Я ничего не знала и поэтому делала всё, что хотела. Я не слушала никого. <...> Когда, к примеру, шёл дождь, я придумывала плащ. Когда было холодно, я делала пальто. Я следовала своим инстинктам». Она сделала дизайн минималистичным до прихода японской волны и придумала вывернуть вещи швами наружу до бельгийцев просто потому, что так чувствовала, а в итоге по-своему повлияла на ход культурной революции.

В 2009 году во время вручения ордена Почётного легиона Франции Николя Саркози назвал Рикель «невыносимо французским дизайнером». А за год до вручения Рикель сказала: «Сегодня в мире слишком много экологических и политических драм, чтобы быть действительно свободным». Её мода была подчёркнуто «demode» — антимодной, а женщин она одевала в те вещи, которые хотела носить сама. Рикель хамила журналистам, высмеивала тренды, просила моделей улыбаться и плясать на подиуме задолго до того, как появились шоу Victoria’s Secret. Её дом был полностью построен вокруг её личности: вот коллекция шуб, похожих на любимую шубу Сони, вот те cамые удобные свитеры, вот смешной трибьют её легендарным рыжим волосам.

 

Соня Рикель: 
Дизайнер, задававшая 
моду на свободу. Изображение № 2.

Соня Рикель: 
Дизайнер, задававшая 
моду на свободу. Изображение № 3.

 

Сегодняшние дизайнеры не могут себе этого позволить. Они работают рука об руку с маркетологами, показателем их таланта стали продажи, а трансляторами стиля их брендов — звёзды кино и шоу-бизнеса. Условия изменились, и Соня почувствовала это ещё в нулевых, когда окончательно отошла от дел. Она лучше всех понимала, что быть «невыносимо французской» или хотя бы просто невыносимой в XXI веке невозможно.

Оскар де ла Рента, Ив Сен-Лоран, Соня Рикель — ушедшие в последние годы легенды притягивают сейчас взгляды миллионов, даже если в массовом бессознательном к ним прицепились утратившие всякое значение прозвища (королева трикотажа, последний джентльмен, тонкий художник). То, что они делали, было чистым творчеством, со всеми его сумасбродствами и перегибами. Ив с компанией Энди Уорхола кутил в Studio 54 и делил любовников с Лагерфельдом. Оскар выстраивал ажурную вселенную безупречной элегантности для гранд-дам, не думая об удобстве трикотажных треников и о том, можно ли его одежду стирать в машинке.

Соня провозглашала свободу и права женщин — не только на сексуальность — и воспевала стиль жизни прогрессивных француженок, которые хотели одеваться чувственно и раскованно, руководствуясь только собственными представлениями о прекрасном. Её героиня любила путешествовать, заниматься сексом и плясать на вечеринках, когда это ещё не было таким уж легитимным занятием. И хотя ностальгией в моде ни в коем случае нельзя увлекаться, иногда хочется чуть-чуть погрустить, что мы живём в другое время. В нём есть много плюсов, гуманизма и более корректного понимания свободы, но нет того драйва и ощущения «моря по колено», которые сделали возможным появление больших модельеров.

Марка Sonia Rykiel прямо сейчас переживает второе рождение — её представляют сёстры Джаггер, обе основные линии выглядят очень современно, креативный директор Жюли де Либран не устаёт принимать комплименты и участвовать в коллаборациях. Неизвестно, как бы отреагировали СМИ на смерть дизайнера, если бы у бренда Рикель не было всё хорошо. В двадцатом веке жили не один и не два талантливых модельера, но мода на то и мода, чтобы быстро забывать прошлое.

 

Соня Рикель: 
Дизайнер, задававшая 
моду на свободу. Изображение № 4.

Соня Рикель: 
Дизайнер, задававшая 
моду на свободу. Изображение № 5.

 

Если Жанну Ланвен (спасибо Альберу Эльбазу и команде Lanvin) помнят хорошо, то Поля Пуаре — только те, кто более-менее углублённо интересуется модой, а ведь без него бы не было, например, Коко Шанель. А что насчёт, скажем, Чарльза Джеймса? Большого американского кутюрье, чьи платья легко спутать с Кристианом Диором. Они тоже были королями своей эпохи и тоже ушли. Теперь нужно совершить усилие, чтобы вспомнить, кто они такие, потому что никто не занимается их наследием.

Мода как набор вещей, наверное, заслуживает того снисходительного отношения, которое получает — дизайнеры не спасают жизней и не строят космических кораблей. Но мода как отражение реальности, как визуальное воплощение социокультурных процессов — явление не менее важное, чем история искусства или любая другая. Конечно, время взяло бы своё: не появись Сони Рикель, какая-нибудь другая дизайнер подала бы пример женщинам. Но появилась Соня, и нам всем очень повезло, что это была именно она.

Изображения: Даша Чертанова, Sonia Rykiel/Facebook

 

Рассказать друзьям
4 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.