Views Comments Previous Next Search

ЖизньДевушки о том, как они стали феминистками

«Я никогда не чувствовала себя лучше и сильнее, чем сейчас»

Девушки о том, как они стали феминистками — Жизнь на Wonderzine

Мы меняемся и начинаем по-другому смотреть на многие вопросы. Ещё несколько лет назад феминистское движение казалось чем-то радикальным — но теперь многие из нас пересмотрели свои взгляды, увидели в своих представлениях о женщинах внутреннюю мизогинию и стали выступать за равноправие. Мы расспросили знакомых девушек о том, как менялись их взгляды со временем и как феминизм повлиял на их жизнь.

 

Девушки о том, как они стали феминистками. Изображение № 1.

Саша Суворова

операционный директор Meduza

Сложно сказать, в какой момент и из-за чего всё произошло. Это, конечно, было следствием длительного процесса, который, надо признать, до сих пор не завершился. Однако я точно могу сказать, что я сейчас и я два-три года назад — это совершенно разные люди.

Я никогда не была гомофобом, но частенько позволяла себе обсуждать и осуждать незнакомых мне людей за внешность или выбор спутника жизни. Я не была фитнес-фашистом, но лет десять назад у меня на компьютере хранилась папка с фотографиями тощих моделей «для вдохновения», я пересидела на всех возможных диетах, а все походы в примерочные заканчивались слезами. Я стеснялась краситься, потому что у меня это не очень хорошо получалось, близкие говорили «Что это у тебя на лице?», а в журналах писали, что для яркой помады нужен идеальный тон лица. Сейчас у меня в ванной с десяток красных и тёмных помад, я пользуюсь ими без пудры, слоя тональника и без оглядки на мнение окружающих.

После многих лет попыток заставлять себя заниматься спортом я выбрала то, что помогает мне чувствовать себя лучше и поднимает настроение, и перестала смотреть на еду как на врага. Я до сих пор плохо думаю о людях, но чаще всего это связано с тем, что они говорят и как себя ведут. Меня не перестала интересовать их внешность, но я каждый день вижу вокруг себя десятки интересных и красивых людей. Я никогда не задумывалась о равноправии, пока мой собственный жизненный опыт не показал мне, что каждого из нас до сих пор судят по полу, возрасту и внешности.

Десять лет назад все слова о любви к себе казались мне банальностью родом из сомнительных психологических практик. Потом оказалось, что всё очень сильно связано: как только ты выбираешь то, что хочется и нужно именно тебе, окружающие постепенно начинают ценить и уважать твой выбор. Ты, в свою очередь, уважаешь выбор других людей, вне зависимости от того, касается он одежды, цвета волос, отношений или жизненного пути.

С одной стороны, дело было в окружении. Благодаря работе и кругу общения последние несколько лет вокруг меня были люди, которые каждый день разрушали мои стереотипы о начальницах, женском коллективе, женской дружбе и дружбе между мужчинами и женщинами. С другой, дело банально во взрослении. Моя мама говорила, что после 25 лет у неё как будто спала пелена с глаз, и она все стала видеть и осознавать гораздо ярче и четче. Я, в свою очередь, ужасно боялась 30-летия: мне уже в 25 казалось, что без детей и мощной карьеры моя жизнь не удалась. Этим летом мне исполнился 31 год: ни детей, ни мощнейшей карьеры до сих пор нет, но никогда ещё я себя не чувствовала лучше и сильнее, чем сейчас.

Девушки о том, как они стали феминистками. Изображение № 2.

Анастасия Максимова

колумнистка, переводчица

Мне хочется сказать, что феминисткой я была всегда. Но это неправда. Лет до двадцати я придерживалась умеренно-патриархальных взглядов. Когда я была ребёнком, мне никогда не внушали, что я должна вырасти и выйти замуж, к примеру, — я могла это сделать, могла не сделать, но замужество не считалось конечной целью моего существования.

Оба родителя убеждали меня, что у меня всегда должны быть свои деньги и любимое дело. При этом реальная картина моей семьи выглядела иначе: домашний труд, которым занималась мать, не считался работой, все значимые для семьи решения принимались отцом — он советовался с женой, но последнее слово всегда было за ним. Реальной властью обладал он. Когда происходили конфликты, я всегда удивлялась, почему мать не подаст на развод. Позже я поняла — она не знала, как распоряжаться своей жизнью самостоятельно. Тогда для меня это был первый важный звоночек.

Это был еще не феминизм, скорее разворот в нужную сторону. Процесс уже был запущен — ему просто требовалось время и благодатная почва. На меня сильно повлияло мировоззрение моего партнера, который раскрыл мне глаза на такие явления, как «стеклянный потолок», домашнее насилие и бытовой сексизм. Этот процесс до сих пор для меня продолжается. Я, например, не так давно научилась открыто называть себя феминисткой, без всяких экивоков и попыток выбрать другое слово, как будто в слове «феминистка» есть что-то постыдное.

Мне потребовалось время, чтобы начать говорить вслух. И — смешно — чтобы согласиться, что я тоже женщина. И когда человек говорит: «Все бабы дуры», а потом добавляет: «Ну, кроме тебя, конечно», не испытывать тайной гордости (кроме меня же!), а сказать себе, что меня оскорбили, что не бывает никаких «кроме тебя», что «все бабы» относится и к тебе тоже, и если ты промолчишь, то ты согласишься с этим.

Очень важная вещь, которой я научилась, — это называть вещи своими именами и видеть всё как есть, без домыслов и искажений. Когда первоклашка дергает девочку за волосы и не даёт ей проходу — это не «он влюбился», а насилие над ней. Когда общество решает, рожать тебе или делать аборт, воспитывать детей или строить карьеру, жить с мужчинами, с женщинами или с котами — это всё насилие над твоей свободной волей. Мне, как и большинству женщин, до сих пор трудно об этом говорить вслух. Но я учусь.

Девушки о том, как они стали феминистками. Изображение № 3.

Таня Парамзина

pr-менеджер

Не скажу, что у меня было резкое «обращение» в феминизм. Но постепенно я поняла, что разделяю многие идеи течения — хотя я и далека от радикального феминизма и не занимаюсь активизмом. Просто на каком-то этапе взросления я перестала терпеть некоторые вещи. Например, начала обращать внимание на рекламу — на то, как эксплуатируется и позиционируется женский образ в масс-медиа.

Как-то на одном из федеральных телеканалов героиня программы о здоровом образе жизни рекламировала витамины для волос и кожи и произнесла примерно такую фразу: «Как только я начала терять вес, состояние моих кожи и волос ухудшилось. Вдобавок обстановка на работе становилась напряжённой, начались сокращения. Я боялась, что меня тоже сократят. Я начала принимать витамины, и, о чудо, волосы, ногти и кожа пришли в порядок, и на работе дела пошли в гору». Я обалдела. Это что же значит? Чтобы тебя не сократили на работе, будь красивой и принимай для этого витамины? Такой посыл с экрана телевизора звучит, мягко говоря, странно. Но, что самое интересное, мои близкие тоже видели эту рекламу, и их ничего не насторожило. Вот так и закладываются стереотипы и шаблоны в сознании людей, а потом от них уже не избавиться.

Вдобавок к тому, что я начала обращать внимание на проявления сексуальной объективации, я стала смотреть видео с теми, кто продвигает феминизм. Больше всех на меня повлияли Чимаманда Нгози Адичи со своими яркими и острыми выступлениями на TED Talks, Эмма Уотсон и её кампания за равноправие полов HeForShe и, конечно, одна из самых влиятельных популяризаторов — Бейонсе. Всё это повлияло на мои взгляды на жизнь и помогло по-новому посмотреть на возможности моего развития (особенно в том, что касается работы) и понять, чего я хочу в семейной жизни.

Девушки о том, как они стали феминистками. Изображение № 4.

Ксения Мардина

предпринимательница

Я начала заниматься собственным бизнесом — стартапом про путешествия в Южной Африке — и вдруг поняла, что в профессиональной среде меня окружают только мужчины. Сначала мне это нравилось — вроде как единственная девочка, можно чувствовать себя принцессой. А потом у меня начали открываться глаза. На одном из стартап-мероприятий, где мне нужно было выступать на сцене, бизнес-коуч попросил меня надеть «что-нибудь бесформенное». Аргументом стало то, что на прошлом мероприятии, на котором я была в обтягивающих джинсах, коротком пиджаке и на каблуках, аудитория, на 90% состоящая из мужчин, перестала меня слушать, как только я появилась на сцене. Я возмутилась и надела платье по фигуре. Как оказалось, слушали меня все с не меньшим вниманием — через два месяца после выступления я закрыла первый раунд инвестиций в свой бизнес.

Я живу в англоговорящей стране: выражения вроде «jump into bed» в случаях, когда речь идёт о начале новых профессиональных отношений, здесь в порядке вещей. Это происходит опять же потому, что большая часть предпринимателей и инвесторов — мужчины. Как-то я сидела на встрече с тремя потенциальными инвесторами, единственная женщина в комнате. И тут один из них, описывая возможности нашей сделки, говорит: «Ну, если мы прыгнем с тобой в кровать, то сильно поможем развитию бизнеса». В этот момент я почувствовала себя очень неловко, но ничего не сказала. Жалею, что не хватило духу — во мне по-прежнему живет комплекс, который заставляет меня бояться показаться «сумасшедшей феминисткой» и молчать. Я работаю над этим.

На отношениях это тоже сказывается. Я переехала из Москвы в ЮАР в 21 год. ЮАР — бывшая британская и голландская колония, поэтому у белого населения здесь достаточно прогрессивные представления о гендерных ролях (за исключением провинции, конечно). Я же приехала с чисто русскими взглядами: мужчина всегда и несмотря ни на что должен платить. Женщина должна терпеть неприятные мелочи в отношениях «ради брака». В итоге через четыре года, когда отношения закончились, я оказалась в такой ситуации, что понятия не имела, сколько стоит моя жизнь — ведь за всё платил бойфренд. Только через полгода-год я поняла, как глубоко задвинула собственное «я», как сильно это испортило наши отношения и как нарушился баланс из-за установки, что мужчина должен платить во что бы то ни стало. 

Свои новые отношения я строю на принципах свободной воли — в этом для меня заключается суть феминизма. Женщина не только ничего не должна, но и от мужчины не ждёт того, что он якобы должен. Обо всём можно договориться, и нет никаких гендерных ролей. Я поняла, что мне просто-напросто приятно готовить бойфренду ужин, а ему приятно за меня платить в ресторанах — это мы обсудили после того, как заплатила я, а он попросил оставить эту привилегию за ним. Таким образом, самые что ни на есть классические проявления гендерных ролей, но выполненные по доброй воле, приносят нам обоим намного больше удовольствия.

В рабочей сфере у меня был интересный опыт. Я искала двух новых человек в компанию и решила, что обязательно найму девушек, ведь в тот момент у нас работали одни парни. Я их нашла, причём одна оказалась лесбиянкой, а вторая — темнокожей африканкой и молодой матерью. Казалось бы, триумф защитника прав меньшинств. Не тут-то было — обе оказались жутко непрофессиональными, три месяца спустя мне пришлось их уволить. Урок я усвоила — нельзя устраивать позитивную дискриминацию, ведь можно сделать неправильный выбор и упустить хорошего профессионала.

Самая сложная задача — это изменить установки членов моей семьи. Родители и бабушка с дедушкой всю жизнь жили с идеей о том, что женщина по-настоящему счастлива только в семье, и это их представление о жизни у меня пока не получается поменять. На меня смотрят сочувствующим взглядом, а на мои рассказы о том, какая у меня интересная жизнь и как я счастлива, реагируют скептически, подозревая во вранье. Зато стоит парню появиться — все вопросы только о нём.  

Что касается современного искусства и медиа, то тут, кажется, всё в порядке — я, конечно, замечаю любое нарушение прав женщин, но вместе со мной это замечает еще сто тысяч пользователей, которые устраивают скандал, прежде чем я успеваю кликнуть на кнопку Share. А вот вещи вроде «Тихого Дона» я читать больше не могу — от отношения к женщинам там просто плохо становится. Должно быть, в этом главное изменение — всех женщин, описанных в произведениях, созданных раньше семидесятых годов прошлого века, теперь ужасно жалко.

Девушки о том, как они стали феминистками. Изображение № 5.

Ольга Галкина

PR & GR консультант

Вообще, в конце 2016 года беседы о том, как вы дошли до феминизма, мне кажутся настолько же уместными, как вопросы о том, как вы дозрели до мысли, что нехорошо воровать в гостях столовое серебро. Идеи феминизма я, видимо, разделяла всегда, и всегда последовательно не поддерживала носителей противоположной точки зрения («А-а-а-а! Баба разговаривает! Что делать?»). Мне всегда казались несправедливыми неравная оплата труда в зависимости от пола сотрудника, оценочные и сексистские позиции некоторых друзей и деловых партнёров, которые, будучи очень неглупыми людьми и эффективными профессионалами, позволяли себе, как сказал бы композитор Сергей Троицкий, «оголтелые телеги про тёлок» и тому подобное.

То, что идеи феминизма — это вопрос физического выживания моей семьи, я поняла, когда биологический отец моего сына, с трёх месяцев снявший с себя практически все обязательства по заботе о нём, попробовал взять его в заложники. Немногочисленные мужчины и монолитно сплотившиеся окружающие меня женщины — вот доказательство того, что эти самые идеи живут и побеждают. Подруги, полицейские, женщины из социальной службы, коллеги, продавщицы из магазина и просто незнакомые мне лично, но от этого не менее ценные, подруги по сети деятельно продемонстрировали, что мы реально можем. Здесь я бы хотела ещё раз поблагодарить каждую из них. Конечно, я насмотрелась и на различные мизогиничные атавизмы, но их число настолько ничтожно, что мне бы просто не хотелось тратить на них редакционные килобайты. И, в конце концов, мы помним, что Фемида тоже женщина.

Девушки о том, как они стали феминистками. Изображение № 6.

Анна Савина

главный редактор RUKI

Большую часть своей жизни я мало задумывалась о проблемах гендерного неравенства. Феминизм казался чем-то устаревшим — я представляла себе разъяренных женщин на чёрно-белых фотографиях с протестов 1960-х. Феминисток было принято считать карикатурными персонажами, которые не позволяют мужчинам придерживать перед собой дверь. Но при этом я всё время задавала себе вопросы, касающиеся моего гендера, и не могла найти на них ответ. Почему я чувствую себя неловко и неуместно, когда проявляю инициативу? Почему люди всё время пытаются научить меня жизни и объяснить мне то, что я и так знаю? Почему в нашем обществе (особенно это чувствовалось в школе) есть только один способ быть красивой и популярной?

Несколько лет назад я подружилась с девушкой, зарубежной корреспонденткой, работающей в Москве, которая всегда говорила, что она убежденная феминистка. Тогда это казалось радикальным. Во время одного из наших разговоров ей удалось сформулировать суть своих убеждений очень простым языком: она сказала, что феминизм — это про выбор, самоуважение и нежелание себя объективировать. Мне не нужно было ничего больше объяснять. Потом, когда я начала читать больше про историю феминистского движения, я поняла, откуда взялись мои давние предубеждения и почему я была не права.

Сейчас я чувствую себя увереннее, спокойнее и смелее, чем раньше. Глупо верить в идеологии и думать, что они решат все твои проблемы, но ясно, что, например, не стоит переживать, если ты не соответствуешь каким-то общественным ожиданиям. Мне стало проще принимать других людей, я перестала считать женщин соперницами и судить их. С мужчинами стало тоже намного проще: им не обязательно демонстрировать свои убеждения при каждом удобном случае, как Джастин Трюдо, и цитировать «Второй пол», но если в разговоре о феминизме они агрессивно реагируют или начинают защищать «Домострой», то это no go.

Отношение к искусству также поменялось. Я училась на журфаке МГУ, изучала историю мировой литературы и никогда не замечала, что почти все классические произведения написаны мужчинами. Этот факт полностью поменял моё восприятие литературы. Я не предлагаю жечь Толстого, но сейчас пытаюсь читать больше книг, написанных женщинами, — их мнение слишком долго считалось незначительным, и мне не хочется повторять это заблуждение.

Фотографии: Nasty Gal, Individual Medley, Etsy, Soft Kitty Clothing, CafePress, Redbubble

Рассказать друзьям
18 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.