Views Comments Previous Next Search

Книжная полкаОсновательница «МедиаУдара»
Татьяна Волкова
о любимых книгах

10 книг, которые украсят любую библиотеку

Основательница «МедиаУдара» 
Татьяна Волкова 
о любимых книгах — Книжная полка на Wonderzine

ИНТЕРВЬЮ: Алиса Таёжная

ФОТОГРАФИИ: Люба Козорезова

Макияж: Геворг

В РУБРИКЕ «КНИЖНАЯ ПОЛКА» мы расспрашиваем журналисток, писательниц, учёных, кураторов и других героинь об их литературных предпочтениях и изданиях, которые занимают важное место в их книжном шкафу. Сегодня своими историями о любимых книгах делится Татьяна Волкова — независимый куратор, создательница фестиваля активистского искусства «МедиаУдар» и платформы «Фем-клуб»

 

Основательница «МедиаУдара» 
Татьяна Волкова 
о любимых книгах. Изображение № 1.

Татьяна Волкова

КУРАТОР, ОСНОВАТЕЛЬНИЦА ФЕСТИВАЛЯ «МЕДИАУДАР»

 

 

 

 

Подростком
я пережила
период увлечения психологией, фрейдизмом и постфрейдизмом

   

Не могу сказать, кто именно сформировал мою привычку к чтению в детстве. Я росла в большой семье, в доме всегда было много книг, члены семьи каждый вечер уединялись с книгами перед сном, так что всё произошло само собой. Помню только, что в детстве я очень любила читать в ванной, и эта привычка сохранилась до сих пор: это моё пространство для уединения и рекреации.

Ещё одним пространством уединения в моей жизни всегда были летние каникулы в деревне в глубине Тверской области, во время которых часто удавалось совершать большие литературные прорывы. Например, в подростковом возрасте я пережила период увлечения психологией, фрейдизмом и постфрейдизмом. Открытия швейцарского психолога Карла Юнга в области коллективного бессознательного оказали большое влияние, как мне кажется, на мой интерес к практикам расширения сознания. Одним из самых последних деревенских погружений стал роман Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы», пропущенный в школьной программе. Приятель рекомендовал его как «первый русский психологический детектив», книга тут же был куплена в местном магазине и запоем прочитана. 

Как показывает практика, в Москве такие объёмы не относящихся к делу литературных путешествий мне недоступны. Поэтому художественная литература как средство отвлечения и бегства от реальности постепенно почти выпала из моей жизни, уступив место книгам, которые необходимы мне в текущем времени, будь то профессиональная или личная жизнь. Вообще, книги всегда носили для меня инструментальный характер, являлись способом понимания мира и себя, получения нового опыта и расширения кругозора. 

Книги для меня всегда напрямую связаны с тем жизненным этапом, на котором я нахожусь, его потребностями и задачами. Когда я начала работать с современным искусством, это был широкий круг книг, связанных с историей, теорией и философией современного искусства: сложно выделить конкретных авторов, их было очень много, и они были связаны с необходимостью заполнить пробелы в образовании уже в процессе работы. Позднее, когда я начала заниматься активистским искусством, пришлось также уже в процессе осваивать много информации, связанной с историей и теорией активизма, горизонтальной системой коммуникаций, в последнее время — феминистских движений. Я активно работаю с социальными сетями и специализированными пабликами, которые выкладывают ссылки на источники: это даёт возможность находиться в ежедневном скроллинге релевантной информации. Вообще, сейчас я в основном читаю электронные книги — это экологично, доступно, их удобно конспектировать, что я обычно и делаю, и легче пользоваться словарём, если книга на английском.

В процессе преобразования «МедиаУдара» из кураторского проекта в открытую горизонтальную платформу мне пришлось изучить ряд книг, многие из которых апеллируют к методу ненасильственного общения. Его разработал американский психолог Маршалл Розенберг в 60-е годы прошлого века, опираясь на гуманистическую философию ненасильственного сопротивления Махатмы Ганди. Важно сказать, что работа над горизонтализацией фестиваля шла параллельно с важными личностными преобразованиями в моей жизни. Практики осознанной коммуникации стали для меня предметом пристального изучения — это точка, в которой мои личные интересы сплетаются с профессиональными, иллюстрируя известный феминистский тезис «личное — это политическое». Я выбрала десять книг, которые прочитала в последнее время и которые актуальны для меня сегодня: литературу с активистской и феминистской оптикой, а также книги, связанные с практиками осознанности и ненасильственной коммуникации.

Книги всегда были для меня способом понимания мира
и себя

   

Основательница «МедиаУдара» 
Татьяна Волкова 
о любимых книгах. Изображение № 2.

 

Питер Гелдерлоос

«Принятие решений в свободном обществе»

Эту книгу я прочитала в процессе подготовки воркшопа по консенсусу, который мы провели прошлым летом для участниц и участников нашей новообразованной горизонтальной феминисткой платформы «Фем-клуб». Речь идёт о перестройке собственных отношений и ролей внутри коллектива, которой мы как раз занимаемся с начала горизонтализации фестиваля «МедиаУдар», то есть переформатирования его из кураторского проекта в платформу, которая управляется рабочей группой на основе консенсуса. Согласно книге, консенсус — это способ принятия решения активными членами группы, который был бы приемлем для всех, учитывал бы желание каждого. При этом, если решение противоречит идеям группы, у каждого есть право вето.  

Принятие решения путём консенсуса занимает много времени. Крайне важна заинтересованность каждого члена обсуждения в его результатах. Со временем кризисных этапов становится всё меньше и меньше, а обсуждение занимает меньше времени, поскольку выстраивается некоторое распределение ролей, возникает доверие, более открытое общение, и отлаживается функционирование системы. Практика подтверждает этот тезис: если бы мы прочитали эту книгу раньше, нам бы удалось избежать многих подводных камней в так называемых горизонтальных отношениях. 

 

 

Сборник

«Женщина в культуре и политике»

Сборник издан по материалам конференции «Женщина в культуре и политике», организованной фондом Розы Люксембург, в которой приняли участие такие феминистки, как Полина Васильева, Мария Рахманинова, Бермет Борубаева и другие. Издание иллюстрировано рисунками художницы Виктории Ломаско. Для меня в этой книге важен обзор современной российской феминистской повестки. Большинство из участниц сборника относят себя к социалистическому феминизму, мне лично ближе квир-феминизм и экофеминизм, но по ним, к сожалению, у нас практически нет непереводной литературы. Книга в целом о том, что в постсоветской России при иллюзии гендерного равноправия гендерная дискриминация настолько глубоко укоренена, что не всем очевидны такие вещи, как женский двойной рабочий день (профессия и репродуктивный труд), сексизм, «потолок» в зарплате и проблема сексуального насилия.

Каталог выставки «И — искусство.
Ф — феминизм. Актуальный словарь»

Проект наших партнёров, важный в качестве исследования современного феминистского пространства в России. Был задуман как эксперимент по созданию словаря, осмысляющего отношения искусства, феминизма, общества, феминисткой критики и практики. Организаторы выставки художницы Марина Винник и Микаэла и куратор Ильмира Болотян провели опен-колл, в котором призвали всех, кто сознательно использует феминистские стратегии в своей художественной и/или активистской деятельности, принять участие в выставке.

По итогам был создан «Актуальный словарь феминизма», состоящий из нескольких десятков статей, выставка и каталог. Лично для меня оказались важными такие статьи словаря, как «Осознанность» и «Телесность», потому что это как раз тот путь, которым я пришла в феминизм, — через осознание себя, своего сознания и тела, подсознательных программ и общественных стереотипов, которые нами руководят. 

 

 

Николай Олейников, Кети Чухров, Оксана Тимофеева,
Серое Фиолетовое, Кирилл Медведев

«Секс угнетённых»

Мы делали презентацию этой книги в рамках «МедиаУдара» несколько лет назад, но только недавно я её наконец прочитала целиком и с большим увлечением. Сборник «Секс угнетённых» — это четыре беседы о сексе художника Николая Олейникова с друзьями и фигурами левого движения: философами Кети Чухров и Оксаной Тимофеевой, трансгендерным активистом Серым Фиолетовым, поэтом Кириллом Медведевым. Конечно, контекст обсуждений намного шире, чем личная жизнь этих авторов, и речь неизбежно заходит о гендерных стереотипах, о внутренней цензуре, понятиях нормы и перверсии в современном обществе.

Мне сложно написать об этой книге лучше, чем это сделал Коля во вступлении к ней: «Секс — феномен, который всегда находился между угнетением и освобождением, между творчеством и торговлей, между принуждением и выбором. Секс — это глубоко интимное. Секс — это широко общественное. Так можно ли и имеет ли смысл говорить о сексе политически? Связаны ли секс и политика? Почему нам важен секс? Почему важно успеть задать вопрос здесь и сейчас?»

Тристан Таормино

«Открывая отношения. Гид по созданию и поддержанию нон-моногамных отношений»

Изучение гендерных стереотипов и паттернов отношений неожиданно привело меня к книге, которую я даже тезисно перевела с английского языка и опубликовала на сайте фестиваля, потому что она ещё не переведена на русский язык. Американская писательница, режиссёр и радиоведущая Тристан Таормино начинает свою книгу словами: «Я посвящаю её всем, кто имеет смелость жить и любить за пределами матрицы». По её мнению, негласные ожидания моногамии, что один партнёр может навсегда полностью удовлетворить все физические, интеллектуальные и духовные потребности другого, часто оказываются нереалистичными.

Люди, которые «открывают» отношения (трансформируют моногамные отношения в нон-моногамные, то есть в отношения с несколькими партнёрами с ведома и согласия всех), делают важный шаг — решаются на то, чтобы быть в этом честными с самим собой и другими. Они верят в то, что можно иметь отношения с несколькими партнёрами и делать это этично и ответственно. Таормино описывает историю развития традиционной европейской семьи в рамках патриархальной традиции, которая привела к освободительному женскому движению и борьбе меньшинств за свои права, приводит много статистики и кейсов, которые она изучила.

На мой взгляд, эта книга полезна для всех типов отношений, как нон-моногамных, так и вполне традиционных, так как она о том, как быть честными с самим собой и другими, уважать взаимные договорённости, о том, как важно слышать друг друга и быть готовым к компромиссу. Автор даёт конкретные рекомендации, в том числе из арсенала практик ненасильственной коммуникации, такие как умение брать на себя ответственность за свои состояния, за то, как вы реагируете и чувствуете себя, навыки работы над конфликтами, уважение к чувствам каждого человека, его потребностям и личному пространству.

 

 

Леонид Гримак

«Резервы человеческой психики»

В качестве продолжения исследования наших внутренних программ и паттернов неожиданно полезной оказалась книга, которую я случайно нашла на книжной полке на даче у родителей. Советский доктор медицинских наук Леонид Гримак в популярной форме описывает разные школы и практики работы с телом и сознанием и анализирует их сквозь призму современной науки. 

Последние годы я увлеклась йогой и медитацией, и мне был интересен научный подход, направленный на их демистификацию и логическое объяснение. Исследования советских учёных доказали, что состояние мышечной системы и всего опорно-двигательного аппарата тесно связано с тонусом коры головного мозга — это объясняет воздействие, которое оказывают физические упражнения на психическое состояние. Также в книге анализируется способность человека создать мысленный образ, которая лежит в основе медитаций, гипноза, аутогенных тренировок и других методов саморегулирования личности. Эти практики базируются на одной особенности человеческой психики — способности отвлечься от действительности и руководствоваться актуализированным образом (убеждением, идеей).

Медитирующий человек учится удерживать внимание на своих внутренних процессах, смотря на них как бы со стороны. Постепенно такая отстранённость появляется и в обычном состоянии: например, появляется какая-то эмоция (злоба, раздражение), но вместо того, чтобы ей тут же поддаться, вы фиксируете её возникновение и останавливаете этот импульс. Злоба не поглощает ваше внимание, так как всегда остаётся часть вас, которая спокойно наблюдает за происходящим внутри, и у вас появляется возможность этому чувству противостоять.

Станислав Гроф, Кристина Гроф 

«Духовный кризис. Когда преобразование личности становится кризисом»

В книге «Резервы человеческой психики» Гримак неоднократно ссылается на эксперименты с расширением сознания Станислава Грофа. Фигура американского психиатра чешского происхождения, одного из основателей трансперсональной психологии и пионеров в изучении изменённых состояний сознания, меня давно интересовала — его книгу я нашла в сети.  

Грофы собрали в своём сборнике статьи психологов, психиатров и духовных учителей, которые задаются вопросом о природе духовного кризиса, о связи между духовностью, безумием и целостностью. Шестидесятые годы породили волну интереса к исследованиям сознания — от возрождения античных и восточных духовных практик до экспериментальной психотерапии и экспериментов с психоделическими веществами. Исторически прорывом в этой области были работы швейцарского психиатра Карла Юнга, которым я увлекалась в юности и который ввёл понятие коллективного бессознательного.

Юнг обнаружил, что у человеческой психики есть доступ к универсальным образам и мотивам, которые можно найти в мифологии и культуре по всему миру на протяжении всей истории человечества. В 70–80-е годы эту область знаний существенно расширили исследования воздействия психоделических веществ, а также экспериментальных психотерапевтических техник и всевозможных духовных практик — от гештальт-терапии до йоги и медитации.

 

 

Жан Ледлофф

«Как вырастить ребенка счастливым. Принцип преемственности»

Заложенные в нас программы, паттерны поведения и общения интересуют меня не только в общественной и межгендерной сфере, но и как матери в отношениях с детьми. Хотя эта книга намного шире: она не только о детях, она о системном сбое в современной цивилизации, которая нарушает базовый принцип своего развития — принцип преемственности. 

Антрополог Жан Ледлофф провела два с половиной года в глубине джунглей Латинской Америки вместе с индейцами племени екуана и убедилась в том, что счастье — естественное состояние каждого человека, но мы теряем это благополучие в современной культуре. Это, кстати, очень созвучно идеям экофеминизма, которые проводят связь между милитаризмом, сексизмом, классизмом, расизмом и разрушением окружающей среды. 

«Правильное» — это многовековые потребности человека как представителя вида, заложенные в нём ожидания и тенденции развития, многократный опыт предков. Человечество забыло эти правильные инстинкты, заменив их достижениями прогресса — неэволюционными изменениями, «интеллект версус инстинкт». Когда нарушается преемственность, разум начинает противоречить инстинктам и выводит из строя балансирующие механизмы, в результате не удовлетворяется базовая потребность человека в безусловной любви и принятии — возникают такие хронические состояния, как повышенная тревожность, потребность в постоянном самоутверждении и так далее.

На подсознательном уровне мы делаем то, что от нас ожидают, даже если разумом понимаем, что это не нужно. Ледлофф вводит понятие «аксиома врождённой правильности и социальности», исходя из которой детей не надо постоянно образовывать и «обтёсывать», вызывая перекосы в целостности их развития, а нужно обеспечить возможность для гармоничного роста всех способностей, которая в них изначально заложена. 

Ирина Млодик

«Книга для неидеальных родителей,
или Жизнь на свободную тему»

Осознанное родительство — это прежде всего работа над собой. Это как в самолёте — надень маску сначала на себя, а потом уже на ребёнка. Пытаясь обеспечить детям гармоничное развитие, мы вынуждены меняться сами, понимая, что неизбежно закладываем модели поведения, которым они будут подсознательно следовать всю свою жизнь. Опыт материнства постепенно привёл меня к существенной переоценке ценностей и многим изменениям в жизни. 

В книге Ирины Млодик уже из названия видно, что автор пытается помочь родителям принять самих себя и осознать неизбежность того, что что-то в воспитании ребенка будет не так, как представлялось, читалось, слушалось. В воспитании важно позволить себе быть собой, а ребёнку — таким, какой он есть: живым, несовершенным, доверять себе и ему, даже когда совершаются ошибки, верить в свою и его мудрость, силу и свободу. Перестать ориентироваться на внешнюю оценку, не «сдавать» себя и ребёнка воображаемому «третьему» («а что скажут люди?»). 

Всё это вполне созвучно идеям Ледлофф, а также концепции ненасильственного общения Розенберга, на которую Млодик также ссылается в своих практических советах по разрешению конфликтных ситуаций: она пишет о принципах безоценочных отношений, создании обратной связи, избегании репрессивной лексики. Несмотря на то, что мне эти практики были уже хорошо известны, многие советы оказались очень полезными, такие как, например, использование «палитры нельзя», достижение договорённости на основе выработки альтернативного решения и прочее.

 

 

Эндрю Соломон

«The Irony Tower. Советские художники
во времена гласности»

Книга американского писателя и журналиста Эндрю Соломона посвящена советскому художественному сообществу эпохи перестройки 1980–1990-х годов. Соломон пишет о своём личном знакомстве с главными героями неофициального искусства того времени и о событиях, свидетелями которых он стал. Среди них — образование художественных сквотов, начало формирования арт-институций, открытие границ и показы советского нон-конформизма за рубежом, первые выезды наших художников за границу. Соломон красочно описывает, каким испытаниям подверглись наши художники, с какими возможностями и вызовами они встретились за границей и к каким изменениям это их привело.

Мне было очень интересно читать эту книгу не только как практикующему искусствоведу, но и как знакомой лично со многими из фигурантов, объёмно увидеть их творческий и жизненный путь. Мне кажется, эта книга обретает дополнительную актуальность в связи с тем, что мы сейчас находимся как бы в зеркально-симметричной ситуации, когда возможности вокруг нас, наоборот, сужаются и мы постепенно возвращаемся во времена железного занавеса. 

 

Рассказать друзьям
4 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.