Views Comments Previous Next Search

Книжная полкаТеатральный менеджер Дарья Вернер
о любимых книгах

10 книг, которые украсят любую библиотеку

Театральный менеджер Дарья Вернер
о любимых книгах — Книжная полка на Wonderzine

ИНТЕРВЬЮ: Алиса Таёжная

ФОТОГРАФИИ: Люба Козорезова

В РУБРИКЕ «КНИЖНАЯ ПОЛКА» мы расспрашиваем журналисток, писательниц, учёных, кураторов и кого только не об их литературных предпочтениях и об изданиях, которые занимают важное место в их книжном шкафу. Сегодня своими историями о любимых книгах делится театральный менеджер Дарья Вернер. 

 

Театральный менеджер Дарья Вернер
о любимых книгах. Изображение № 1.

Дарья Вернер

театральный менеджер

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Моей первой
книгой стал
роман «Хождение
по мукам» Алексея Толстого, который мама читала, будучи беременной

   

Мою привычку к чтению сформировали родители. В библиотеке, которую они собирали и перевозили из города в город, было много классики, я любила перебирать книги, но читала подолгу. Можно сказать, что первой моей книгой стал роман «Хождение по мукам» Алексея Толстого, который мама читала, будучи беременной. Меня она назвала в честь главной героини — Дарьи Дмитриевны Булавиной. Я родилась младшей сестрой в семье с таким же отчеством, точь-в-точь как в романе. В двадцать лет мне было ужасно приятно находить сходства с Дашей, влюбляясь в поэтов, как и моя героиня. 

В детстве я была очень неусидчивым ребенком. Чтение меня увлекало, но ненадолго. Но, сколько себя помню, мне всегда везло с учителями, которые открывали мир, в который хотелось срочно погрузиться. В четырнадцать лет, переехав в Москву, я впервые попала к такому учителю по литературе. Лучшее лето я провела в десятом классе, каждый день поглощая всё, что было задано прочитать. Так я полюбила Тургенева и выучила наизусть всего Бунина. 

Единственная книга, перевернувшая мое еще не окрепшее двадцатилетнее сознание, — это «Братья Карамазовы». После Достоевского было много книг, которые изменили, открыли, заставили думать и делать, но ничто не может сравниться с тем эффектом, который я ощутила после того, как закончила читать «Карамазовых». Мне вдруг стало ясно, по каким законам существуют люди и что делать дальше, весь мир оказался разложен по моим собственным полкам, предельно ясен и цел. Есть книги-библии, к которым можно возвращаться каждые пять лет, чтобы открывать что-то новое. Вероятно, это одна из них. 

Во многом мой вкус сформирован теми, с кем я работаю. Потому как работаю я с людьми, в которых и которым я безгранично верю. Ведь театр иначе делать нельзя. Так я открыла для себя «Конармию» Бабеля, которую когда-то читала в школе, а в прошлом году мне довелось выпустить спектакль по этой книге. Мне кажется, совершенно противопоказано включать ее в школьную программу. Понимание этой страшной искореженной красоты языка и смысла не может прийти в возрасте беспечном и радостном.

Должна признаться, что у меня невыясненные отношения с Толстым. В школе «Войну и мир» я читала с искренним непониманием, где же меня должно зацепить, Наташу Ростову я резко отрицала в качестве персонажа светлого и чистого. Такая женская глупость меня всегда раздражала. В университете же «Анну Каренину» я поняла процентов на двадцать. Лишь теперь впервые приходит осознание глубины текстов, очевидно, вопросы этому автору я формулирую только сейчас. Для меня до сих пор нет ничего сильнее языка Платонова и языка Введенского.

В университете я с боем выучила немецкий и полюбила его. Поэтому отныне мне нравится читать на немецком языке, в основном классику — Шиллера, Гёте. Чтобы вспомнить язык перед поездкой, всегда открываю Ремарка. Походы в книжный магазин — особое удовольствие, долго выбирать и представлять, как и когда я буду читать эти книги. К сожалению, в последнее время получается так, что многие из купленных книг продолжают ждать своего часа, чтобы сделать меня лучше. Чтобы «оставаться в струе», я стараюсь читать пьесы современных авторов. Совсем свежие и уже ставшие классикой за эти десять лет. И, надо сказать, это зачастую куда интереснее, чем смотреть новые спектакли.

Мой образ жизни предполагает позднее возвращение домой после спектаклей, постоянное общение с огромным количеством людей и много энергозатрат. Так что спокойное и осмысленное чтение перед сном — это моя мечта. Мне нравится погружаться в книгу полностью, ведь самый потрясающий эффект, который дают книги, — это полное отключение от повседневности настоящего. Лучше и чище всего это удается сделать только в путешествии или дома на Черном море.

Для меня до сих пор нет ничего сильнее языка Платонова и языка Введенского

   

Театральный менеджер Дарья Вернер
о любимых книгах. Изображение № 2.

 

Марина Давыдова

«Конец театральной эпохи»

Первая книга, открывшая мне мир современного театра с научной точки зрения, а не из зрительного зала, — «Конец театральной эпохи» известного театрального критика Марины Давыдовой. Отсюда я узнала, что такое «новая драма», почему наш театр так сильно оторван от реальности и кто такой, например, Лев Додин. Символично, что книга издана Эдуардом Бояковым к десятилетию главного театрального фестиваля «Золотая Маска», директором которого он тогда являлся. Знала ли я, что через какое-то время попаду к нему на стажировку в театр «Практика», где впоследствии научусь всему, что умею?

 

 

Виталий Аксёнов, Сергей Курёхин

«Музыкальные игры»

Эту брошюру со сценарием фильма Сергея Курёхина я нашла случайно в питерских «Подписных изданиях» на дальней полке в период полного погружения в эпоху «Поп-механики» и Ленинградского рок-клуба. Курёхин для меня очень важная личность. Не просто великий музыкант, а гениальный продюсер. Кроме того, текст пьесы или сценария, который никогда не был поставлен или экранизирован, всегда оказывает какой-то особый эффект.

Исаак Бабель

«Конармия»

«Конармия» — это небольшой сборник рассказов, основанных на реальном дневнике, который вел Бабель, отправленный на службу в 1-ю Конную армию во время Советско-польской войны в начале прошлого века. Совершенно не хочется говорить об актуальности темы, ибо это не главное. Важнее сказать, что две страницы текста могут привести тебя в оцепенение — истинную неподдельную эмоцию страха не за себя, а за всё человечество. Темы уйдут, красные поменяются с белыми, а сила слова останется.

 

 

Жан-Поль Сартр

«Тошнота»

На третьем курсе я серьезно заболела экзистенциалистами и их философией. «Тошнота» пока всё еще остается для меня одной из тех книг-библий, которые можно перечитывать каждые пять лет и открывать для себя всё новые смыслы.

Андрей Родионов

«Звериный стиль»

Театру «Практика» я обязана еще одним важным открытием — там я училась слушать и слышать современную поэзию. Так я познакомилась с Андреем Родионовым. Стихи его отличает особая нежность и изломанность, которую я могу сравнить с языком Платонова. Абсолютно уверена, что каждый уважающий себя человек должен не просто прочитать, но и услышать Родионова. Вдобавок ко всему это чуть ли не единственный из современных поэтов, кто пишет пьесы в стихах — в соавторстве со своей женой Екатериной Троепольской. Этот сборник «Звериный стиль» включает в себя их первую пьесу «Нурофеновая эскадрилья».

 

 

Владимир Гиляровский

«Люди театра»

Самый неожиданный подарок от подруги Нины Дымшиц. Не все знают, что у Гиляровского, помимо «Москвы и москвичей», есть крайне увлекательная, живая книга о жизни в театре. «Люди театра — это люди, которые живут театром, начиная от знаменитых актеров и заканчивая театральными плотниками и даже переписчиками пьес, ютившимися в ночлежках „Хитровки“», — выясняется, что со времен Гиляровского суть бытования в театре не поменялась вовсе.

Тимур Новиков, работы 1980–1990-х годов

«Тимур»

Книга коллекционная и досталась мне чудесным образом в подарок от Музея актуального искусства Art4.ru Игоря Маркина. Она была выпущена очень небольшим тиражом специально к выставке культового художника и содержит в себе не только фотографии его работ, но и его письма, очерки. Это настоящее сокровище, потому что творчество Новикова до сих пор пока мало осмыслено.

 

 

Владимир Мартынов

«Автоархеология на рубеже тысячелетий»

С творчеством живого гения, композитора и философа Владимира Ивановича Мартынова меня познакомил худрук театра «Практика» Эдуард Бояков, которого я точно могу назвать своим учителем. В «Практике» я не просто работала три года, а в каком-то смысле получала второе высшее. Книги Мартынова были главным учебным материалом. Я выбрала «Автоархеологию» как первый материал, ставший понятным, — это целая энциклопедия, поданная как набор воспоминаний из личной жизни композитора.

Флориан Иллиес

«1913. Лето целого века»

Самый увлекательный нон-фикшен в моей жизни. Книга о стремительных событиях начала прошлого века, а на самом деле — о зарождении модернизма. В центре событий — мои любимые города: Вена, Берлин и Мюнхен. И лучшие герои: Фрейд, Климт, Шиле, Кокошка, Шёнберг, Пруст и даже молодой Сталин. Невозможно оторваться, как будто это приключенческий роман, а не простая хроника исторических фактов.

 

 

Дмитрий Пригов

«Граждане! Не забывайтесь, пожалуйста!»

Дорогой сердцу подарок от друзей-архитекторов. Большое собрание работ на бумаге, эскизов инсталляций и текстов главного московского концептуалиста. Язык Пригова еще предстоит освоить нынешним поколениям. Потому как сегодня, кажется, без него никуда. В общем-то, что говорить, когда всё уже сказано: «Граждане! Я бы вас не беспокоил, если бы не верил в вас!»

 

Рассказать друзьям
1 комментарийпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.