Views Comments Previous Next Search

Итоги годаОт «телочек»
до горящей двери ФСБ:
Что изменило жизнь
России в 2015 году

Темы и события, вызвавшие бурные дискуссии в уходящем году

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году — Итоги года на Wonderzine

Текст: Мария Семендяева,
редактор The Art Newspaper Russia

Уходящий год был во многом поворотным и кризисным — и не только в сфере экономики. О многих незримых или игнорируемых проблемах впервые заговорили вслух, а о некоторых и вовсе впервые задумались. В социальных сетях, а вслед за ними и в медиа всё чаще звучали вопросы и ответы, которые еще совсем недавно считались неудобными: от открытого обсуждения домашнего насилия и обвинения жертв до бытового сексизма и права на аборт. Мы попросили Марию Семендяеву вспомнить десяток важных тем и событий, взбудораживших общественность в 2015 году — и, хочется верить, немного изменивших взгляды россиян (или хотя бы их части) в положительную сторону.

 

Семейное насилие

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 1.

 

В начале этого года редактор W-O-S Анна Жавнерович опубликовала статью о пережитом ей лично домашнем насилии, приложив фотографии опухшего после побоев лица с огромными гематомами и скан заявления в полицию. Желание Анны довести дело до суда и настойчивость в вопросе соблюдения всех формальностей сделали ее одновременно героиней и объектом ненависти. После того как было высказано всё, что обычно говорят в таких случаях («сама виновата», «довела парня», «со мной бы такого не случилось», «сор из избы», «я бы ему руки переломал» и так далее), оказалось, что среди образованной части общества немало людей, которые считают насилие над партнером недостаточным поводом «портить человеку жизнь» заявлением в полицию и публичным освещением в соцсетях. Впрочем, одна цель была достигнута сразу: вслед за Анной о своем опыте начали рассказывать и другие женщины, иногда годами терпевшие домашнее насилие и стыдившиеся говорить об этом.

Обнародованные истории в итоге вылились в обсуждение того, почему в нашем обществе до сих пор жертву считают виновницей изнасилования, избиения или уличных приставаний. Стало понятно, что необходимо объяснять женщинам, куда и как они могут обратиться за помощью, как вести себя в случае нападения, а главное, что в домашнем насилии виноват только агрессор. Впрочем, помощь в этом году потребовалась и специалистам — центр «Сёстры», много лет поддерживающий женщин в подобных критических ситуациях, лишился государственного финансирования. Несмотря на мощную медийную поддержку центру, а также серьезную общественную заинтересованность в решении вопроса о домашнем насилии, государство склоняется к тому, чтобы не наказывать по всей строгости закона тех, кто совершает побои в первый раз, — законопроект с таким предложением был внесен на этой неделе в Госдуму.

 

 

Сексизм

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 2.

 

В марте на сайте Meduza вышли объяснительные карточки, посвященные проблеме сексизма, для подготовки которых опрашивали разных специалистов — в том числе активистку и журналистку Беллу Рапопорт. Однако в центре внимания оказалось не столько содержание текста, сколько твит, которым он был анонсирован: «Мужики, тут инструкция, как не обижать телочек». Разговор о том, считать ли это иронией или сексизмом, многие до сих пор считают незаконченным и даже несущественным. Свою позицию Белла изложила в ответной колонке, но ее оппоненты продолжают придерживаться мнения, что обижаться на провокативный SMM не стоит, как и на само слово «телочки».

История, впрочем, на этом не закончилась — колонку Беллы расшарили во всё том же твиттере Meduza с комментарием: «Мужики, смотрите, наш текст вдохновил телочку на колонку». Первую шутку еще можно было бы списать на специфическое чувство юмора, известное по старому твиттеру «Ленты», который вели те же люди, но вторая уже выглядела последовательной позицией (за что редакция впоследствии извинилась). «Телочкогейт» вылился в десяток публикаций на тему и сотни жарких дискуссий в фейсбуке, но, к сожалению, они так и не преодолели уровень застольной беседы. Но как минимум начат разговор о том, как глубоко мизогиния пронизывает российское общество.

 

 

Аутинг

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 3.

 

Этот год заставил нас задуматься над очень сложными вопросами и выучить много новых слов, аналогов которым в русском языке просто нет. Аутинг — это разглашение информации о сексуальной ориентации или гендерной идентичности человека без его согласия или даже ведома. Этим летом Ксения Собчак прокомментировала инстаграм-статус телеведущего Артёма Королёва, сообщив, что он гей, но вынужден скрывать это в нашем нетолерантном обществе. Если отвлечься от цели этого конкретного высказывания и заложенных в нем двойных стандартов, сложно представить себе ситуацию, в которой аутинг был бы уместен, в отличие от его противоположности — самостоятельно осуществленного каминг-аута.

Самый известный российский гей, публично совершивший каминг-аут, Антон Красовский, отреагировал на ситуацию статусом о сути аутинга, собравшим несколько тысяч лайков. Он напомнил, что нельзя заставлять человека быть храбрым насильно, а аутинг возник как средство борьбы с лицемерами во власти, в частности в американском правительстве, которые выступали за гомофобные законы, практикуя однополый секс. Аутинг немало способствовал увеличению толерантности по отношению к геям в Америке, но в России тот же прием предсказуемо приобрел искаженный вид. На карьеру Артёма Королёва заявление Ксении Собчак никак не повлияло, тогда как в Санкт-Петербурге из-за аутинга была уволена учительница, на которую написал донос гомофобный активист Тимур Исаев.

 

 

Онкология

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 4.

 

В этом году мы сделали еще один шаг в сторону признания того факта, что рак — это не таинственное проклятье и не приговор на всю жизнь, а болезнь, предупреждать и лечить которую можно и нужно. Журналист Роман Супер рассказал, как у его жены обнаружили опухоль и они вместе боролись за ее жизнь, пройдя все стадии лечения и дойдя до успешной ремиссии. Гораздо трагичнее частной истории Романа и его семьи в обществе переживалась смерть Жанны Фриске от неоперабельной опухоли головного мозга. На ее лечение собирали деньги по всей стране, посредником выступил Первый канал, а сумма достигла 66 миллионов рублей, однако это не помогло Жанне справиться с болезнью. Мы получили еще один урок смирения, когда умер на операционном столе студент Дмитрий Борисов, которому вырезали 7-килограммовую опухоль. Дмитрий вел жизнеутверждающий блог, рассказывал о том, как готовится к операции, всячески демонстрировал боевой дух, и на операцию ему собирали деньги всем фейсбуком.

Мужество перед лицом болезни продемонстрировала и Анджелина Джоли, приняв решение о превентивной двойной мастэктомии и рассказав об этом открыто — предсказуемо обсуждение груди голливудской актрисы оказало возбуждающее воздействие на большинство любителей поспорить в интернете. С одной стороны, онкология публичных людей в этом году напомнила, что перед смертью все равны, с другой стороны, спровоцировала новую волну обсуждения необходимых, по мнению общества, частей тела женщины, без которых она якобы не может жить.

Грудь Анджелины Джоли для одних стала символом борьбы с неумолимой смертью, а для других — поводом пошутить о том, что еще можно отрезать в попытке обмануть возраст и наследственность. Но, несомненно, благодаря попаданию онкологической темы на центральные телеканалы многие жители России смогли узнать о том, как важна профилактика онкозаболеваний и что вовремя распознанные опухоли лечатся. К сожалению, освещение темы не решило проблему обезболивания, и тяжело больные люди продолжают совершать суициды — в этом году несколько десятков онкобольных покончили жизнь самоубийством.

 

 

Инклюзивность

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 5.

 

В августе этого года 27-летнюю сестру супермодели и основательницы фонда «Обнаженные сердца» Натальи Водяновой выгнали из кафе в Нижнем Новгороде. Оксана Водянова с детства живет с аутизмом и ДЦП, и ее внешность и особенности поведения сотрудники кафе сочли нежелательными и отпугивающими потенциальных посетителей. По словам матери Оксаны, их грозились запереть в подвале, а потом вызвали полицию. Персонал кафе оправдывался тем, что поведение Оксаны показалось им опасным для нее самой. Эта история подняла вопрос толерантности россиян к людям с особенностями развития и привлекла внимание к трудностям, с которыми встречаются матери детей с особенностями развития.

Так, в одной из московских школ учительница 4-го класса была вынуждена брать с собой на занятия дочь 7 лет с синдромом Дауна, потому что с девочкой некому было сидеть. Когда класс заказал групповой фотоальбом, туда вошел и снимок учительской дочери, и родители учеников устроили скандал, отказавшись платить за работу фотографа. Эта история получила широкую огласку в соцсетях, где обсуждалась правомерность нахождения в классе с обычными учениками ребенка, который требует специального внимания.

Показательно, что матери особенных детей неодобрительно отозвались о решении привести 7-летнюю девочку с синдромом Дауна в обычный класс, тогда как многие благодушно настроенные комментаторы возмущались жестокостью детей и их родителей по отношению к «солнечному» ребенку. Школа, в которой произошло это событие, считается инклюзивной, но от многих участников дискуссии ускользнул сам смысл инклюзии — равенство обычных и особенных детей. Пока мы называем каких-то детей «солнечными», но при этом, столкнувшись с их совсем «не солнечной» стороной, впадаем в ярость и неприятие, ни о какой инклюзии не может быть и речи. Нельзя регулировать отношение человека к человеку исключительно подзаконными актами, нужно искать путь разговора о сложных и неприятных темах.

 

 

ВИЧ

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 6.

 

В этом году Минздрав официально признал, что в России развивается эпидемия ВИЧ, которая при действующих мерах борьбы к 2020 году может выйти из-под контроля. Еще в 2014 году, по данным министра здравоохранения Вероники Скворцовой, было зарегистрировано на 12 % больше случаев заражения, чем в 2013 году — свыше 92 тысяч новых случаев. В 2015-м тенденция не изменилась: ВИЧ-инфицированных становится всё больше. По словам специалистов, в России лечение в основном начинается с того момента, как ВИЧ развивается в СПИД, при этом многие врачи, не говоря уже о чиновниках, считают больных недостойными качественного лечения. Об этом упомянул в эфире телеканала «Дождь» и всенародно любимый журналист и ведущий Павел Лобков, рассказав, что он ВИЧ-положителен и живет с диагнозом более десяти лет. Этот шаг вызвал горячую поддержку в соцсетях и, хочется верить, помог немного снять стигму с заболевания, о котором пока что боятся не то что говорить, но и думать.

Важно осознать тот факт, что основная группа риска сегодня — далеко не только наркопотребители, маргиналы или подростки, занимающиеся незащищенным сексом. Основная группа риска — мы все, и зачастую — женщины 25–32 лет, которые заражаются от мужей, живущих с вирусом и не подозревающих об этом. При этом основным оружием защиты от СПИДа Минздрав считает не регулярное прохождение теста на ВИЧ и ликвидацию медицинской безграмотности в целом, а верность одному партнеру и воздержание. Соответствующие плакаты к 1 декабря — Всемирному дню защиты от СПИДа — можно увидеть в метро. Сколько еще человек должны стать жертвами лечения консерватизмом, пока Минздрав признает, что презервативы и сексуальное просвещение эффективнее сказок о целомудрии?

 

 

Аборты и беби-боксы

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 7.

 

Этим летом особенной активностью отличились законодатели, которые заботятся об увеличении рождаемости в стране в численных показателях. Во-первых, прозвучало предложение отказаться от беби-боксов — специально оборудованных коробов, в которые мать, решившаяся отказаться от ребенка, может безопасно и анонимно отнести нежеланного младенца. Гуманность этой идеи вряд ли нужно было бы доказывать, если бы не извращенная логика чиновников. Первоначально дав добро на этот проект, теперь они считают, что беби-боксы рекламируют отказ от детей. Во-вторых, губернатор Ульяновской области предложил отказаться от бесплатных абортов, оправдывая это отсылками к православию и безбожности убийства младенца. Реальность российских криминальных новостей, которые ежедневно приносят информацию о найденных в мусорных баках, в парках и на балконах жилых домов останках новорожденных детей, говорит о том, что любой подобный запрет — в частности вывод абортов из ОМС или запрет на аборты в частных клиниках—  ухудшит ситуацию в несколько раз. В-третьих, на Алтае появилась инициатива по наказанию руководителей медучреждений, которые показывают недостаточно ударные показатели по рождаемости.

Всё это возвращает нас к разговору о правах женщин на собственное тело, на свободу принятия решения о сохранении или прерывании беременности. При этом программа материнского капитала была признана успешной и продлена еще на несколько лет, а размер выплат к 2018 году обещают увеличить до полумиллиона рублей. Пожалуй, деньги действительно остаются одним из самых эффективных способов мотивировать семьи на рождение второго, третьего и последующих детей. Однако никакой аналогичной поддержки молодых матерей-одиночек не существует — и если будет принята хоть одна из этих инициатив, криминальный аборт станет эпидемией наподобие ВИЧ.

 

 

Ограничение
импорта лекарств

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 8.

 

Многие в этом году столкнулись с просьбами знакомых привезти из-за границы лекарства, которых в России стало в последнее время не купить. Ситуация резко ухудшилась с декабря 2015 года, когда в госзакупки запретили включать иностранные лекарства, у которых есть хотя бы два российских аналога. Врачи пребывают в тихой панике, не говоря о пациентах — теперь бесплатная медицина будет обязана вместо качественного западного препарата покупать более дешевый российский, который иногда заметно отличается от своего аналога по качеству и даже наличию эффекта.

Пациенты с онкологией, заболеваниями крови и диабетом сразу ощутили на себе действие нового закона, так как некоторые российские препараты способны давать осложнения, в отличие от более дорогих и прошедших больше испытаний иностранных. Разумеется, всегда остается возможность купить нужные лекарства за свои деньги — нередко они продаются в тех же больницах, — но это означает, что государство признаёт полный провал бесплатной медицины. Лечиться за государственный счет в ближайшем будущем может стать не только сложно — из-за укрупнения медицинских учреждений и курса на снижение расходов, — но и небезопасно. Велик соблазн поговорить о том, сколько средств тратится на топливо для бомбардировщиков вместо больниц, но на такие претензии всегда находится ответ об общем благе. Может быть, в следующем году общее благо наконец станет ругательным словом.

 

 

Благотворительность

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 9.

 

Благотворительный фонд «Нужна помощь» в этом мае запустил собственное СМИ «Такие дела», где публикуются истории людей и организаций, которые нуждаются в помощи. Благодаря этому порталу мы узнали о десятках инициатив, которые делают нашу жизнь немного лучше. Детские хосписы, тренировочные квартиры для людей с аутизмом, сиротские приюты и небольшие инициативные группы, такие как центр «Сёстры», помогающий женщинам пережить семейное насилие. Благотворительность в 2015 году окончательно заняла нишу главной гражданской инициативы. В ситуации, когда государство предлагает лечиться за свои деньги, сокращает количество карет скорой помощи и запрещает получать обезболивающие препараты без нескольких справок соответствующего образца, единственное, что остается, — это краудфандинг и помощь сообщества.

Самая жизнеутверждающая история на эту тему — переселение нескольких детей с множественными нарушениями развития из обыкновенного казенного дома в «домик» — Свято-Софийский детский дом для детей-инвалидов. В этом доме для 22 детей воспитатели, педагоги и врачи создали условия, максимально приближенные к домашним. О работе этого дома и о его удивительных обитателях регулярно рассказывает в своем фейсбуке журналистка Вера Шенгелия. История мальчика Гора, которому недавно сделали в Великобритании сложную операцию по восстановлению мочевого пузыря, стала настоящим рождественским чудом задолго до Рождества — по крайней мере для тех, кто за ней наблюдал. Все это подняло и болезненный для российской системы здравоохранения вопрос о разрешении родителям присутствовать в реанимации с маленькими детьми. На примере Гора стало понятно, что одного и того же ребенка могут лечить совсем не страшно, с близким человеком, держащим за руку, или в холодном боксе, залитом светом, в абсолютном одиночестве и ужасе, который знаком всякому побывавшему в детстве в советско-российской больнице.

 

 

Протестное искусство

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 10.

 

Месяц назад петербургский художник Пётр Павленский подошел к дверям исторического здания ФСБ на Лубянке, облил их бензином, поджег и сфотографировался на фоне огня. Павленского буквально тут же задержали, предварительно обвинили в хулиганстве и порче имущества, но сам он требует судить его за терроризм и дает интервью из-за решетки о том, что его акция — это символический акт. Как и в случае с группой Pussy Riot, Павленский стал звездой совсем не сразу — прошло уже полтора года с тех пор, как он пригвоздил свою мошонку к Красной площади. Из интервью его соратницы и матери его двух дочерей мы узнали, что семья, в частности, не отправляет детей в школу, потому что там воспитывают людей-болванок для нужд государства.

Сам Павленский признаёт, что его вдохновили акции Pussy Riot, но в символизме он пошел по пути мощной простоты: вместо нескольких людей — он один, вместо ярких цветов — суровый черный или нагота, вместо музыки — тишина или потрескивание пламени. Современный художник вновь заставил всё общество обсуждать, является ли его акция искусством или всё же политической акцией и насколько допустимо портить государственное имущество, даже для радикального перформанса. Однозначных ответов на эти вопросы не существует, как и однозначной оценки такого явления, как художественный акционизм, и это, пожалуй, главный урок, который стоит усвоить участникам общественной дискуссии. Хочется надеяться, что в 2016 году в обсуждении художественных акций мы наконец-то перейдем от пункта «искусство ли?» к пункту «политическая ли это репрессия?». Ну и тогда, наконец, можно будет в полной мере обсудить и непреходящее «Болотное дело», до сих пор приобретающее новых фигурантов.

 

 

ЛГБТ

От «телочек» 
до горящей двери ФСБ: 
Что изменило жизнь 
России в 2015 году. Изображение № 11.

 

В сентябре Роскомнадзор внес группу «ВКонтакте» «Дети-404», где подростки-гомосексуалы могли анонимно делиться своими историями, в список запрещенных сайтов — а основательница группы Елена Климова опубликовала альбом с фотографиями людей, угрожавших ей лично. Нападений на гомосексуалов и на тех, кто показался гомофобам гомосексуалом, было едва ли меньше, чем в прошлом — к примеру, посетителей питерского ЛГБТ-фестиваля «Бок о бок» избили неизвестные. Можно вспомнить и уже упомянутую историю учительницы из Санкт-Петербурга, обвиненной в «аморальности» и уволенной после того, как активист-гомофоб решил распространить информацию о ее личной жизни.

Все истории травли и преследования людей на основании их отличия от других одинаково омерзительны и почти всегда совершенно одинаковы в пересказе. Глядя на коллажи, опубликованные Еленой Климовой из «Детей-404», мы видим улыбающихся матерей и отцов, с фотографиями которых соседствуют самые грязные слова, целые тирады ненависти, которые они написали в адрес совсем незнакомой им девушки. Не сюрприз, что от нетерпимости и агрессии не защищен никто — ни на улице, ни в фейсбуке, — но подобные истории показывают, насколько ими пронизано всё наше общество. Даже самые интеллигентные и образованные люди оказываются подвержены и гомофобии, и мизогинии, и бесчувственны к проблемам людей с особенностями развития. Уважение к себе невозможно без уважения к окружающим и их взглядам (за исключением дискриминационных), и признать, что все мы разные, но равные, — это уже минус одна ложь и несправедливость.

 

 

Фотографии: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 via Shutterstock, Hey Girrl Shop, Zazzle.com, Farfetch

Рассказать друзьям
3 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.