Views Comments Previous Next Search

МузыкаАльбом Mitski «Puberty 2»: Женский рок
о поисках счастья

Горе и радости миллениалов

Альбом Mitski «Puberty 2»: Женский рок
о поисках счастья — Музыка на Wonderzine

Текст: Артём Макарский

В июне вышел альбом певицы Mitski «Puberty 2» — четвёртый по счёту, но первый по важности для самого музыканта. Мицки — американка японского происхождения, которая провела детство, путешествуя вместе со своими родителями. Начав заниматься музыкой, она сохранила это чувство потерянности, близкое, однако, любому — даже тому, кому не выпало объездить полмира. Артём Макарский объясняет, почему «Puberty 2» стоит послушать всем, чтобы понять, что мы не одни, а проблемы и радости у нас всех похожи.

Альбом Mitski «Puberty 2»: Женский рок
о поисках счастья. Изображение № 1.

Концепт счастья — одна из главных вещей в современном инди-роке. Чаще всего музыканты, впрочем, посвящают свои песни тому, что счастья практически невозможно добиться словно его и вовсе нет — нет, впрочем, и покоя с волей (или, по крайней мере, это в тексте подразумевается). В подобной ситуации альбом, начинающийся с песни под названием «Happy», должен быть самым важным для жанра в этом году. Он им и является — правда, совсем по другой причине.

Двадцатипятилетняя Мицки Мияваки на вопрос о том, сложно ли было ей записывать альбом после успешного в узких кругах дебюта, обычно отвечает: «Какой именно альбом вы имеете в виду?» Две первые пластинки, которые почему-то не воспринимают всерьёз, она записала в качестве курсовых. Если самую первую, «Lush», ещё сложно советовать для ознакомления, то вторая, «Retired from Sad, New Career in Business», вполне может потягаться с более новыми, в особенности из-за схожести тем. Мицки волнует то же, что и многих двадцати-с-чем-то-летних: поиск работы, сложности в отношениях, проблемы с социализацией, неустроенность и отношение к счастью — именно отношение, а не его поиск. Неустроенность Мицки, японской американке, особенно близка — и именно о невозможности до конца встроиться в контекст она поёт в своей песне «Your Best American Girl». 

Мицки волнует то же, что
и многих: поиск работы, сложности в отношениях, социализация и неустроенность

Сама она говорит о себе как о наполовину американке, наполовину японке — но с огорчением добавляет, что ни той ни другой не чувствует себя на сто процентов. Известно, что детство она провела с кассетами японской поп-музыки, жила в Доминиканской Республике, Турции, Малайзии и Китае. Что первая песня пришла к ней словно сама, а больше всех её вдохновила Майя Арулпрагасам. О Мицки как о человеке не известно практически ничего: в интервью она предпочитает говорить на какие-то общечеловеческие темы и, к сожалению, не всегда интересно. Как справедливо подметила автор The New Yorker Кэрри Бэттан, Мицки, как и многим другим авторам текстов, гораздо проще выразить себя в песнях, чем в разговоре. Когда её спрашивают о той же «Your Best American Girl», она отвечает что-то вроде: «Конечно, со мной случалось такое, но это слишком личное, я не могу об этом говорить». Мицки нарочито отстраняется от подробностей своей жизни, чтобы её слушали, а не читали, а когда поёт, то только о самом важном — счастье в том числе. 

В то время как в интервью Мицки может прямым текстом сказать: «… [к черту] счастье», — в песнях это проследить не так уж просто. Её лирическая героиня всё время приходит к выводу, что она справится как-нибудь сама, перед этим пройдя через жертвенность и самобичевание. Поначалу кажется, что счастье для неё — это человек, то есть когда тебя понимают. Тем не менее если присмотреться, то окажется, что какое-то абстрактное счастье здесь никакой роли не играет. Просто у человека есть свои проблемы и их решения, победы и поражения, а та сложная жизнь, в которую они складываются, совершенно не обязательно должна априори приравниваться к поражению. 

Другие герои Мицки — это и склонный к одиночеству парень, изображающий ради любимой радостного человека, и девушка, ищущая спасение от того же одиночества на вечеринке, и ненавидящий собеседования человек, которому нечем платить за квартиру. Название альбома, «Puberty 2», неприкрыто намекает на того, кому адресован этот альбом, — сверстникам Мицки, к которым вернулись проблемы пубертата и в то же время добавились «взрослые». Сейчас всё чаще идёт разговор о том, что никаких поколений на самом деле нет, а укрепившееся представление о «юности» стремительно устаревает. Тем не менее аудиторию «Puberty 2» невозможно спутать: это именно что альбом для и про миллениалов.

Её герои такие же, как и она сама: контур человека, его стержень, скелет истории. Ничего лишнего, только короткая зарисовка из жизни, в которой не сообщается ни род занятий, ни подробности прошлого — лишь то, что гложет его прямо сейчас. Мицки, подобно иным мастерам американской прозы двадцатого века, не любит предпосылок и предысторий, сразу погружая слушателя в свой мир, — и это работает. В отличие от многих других она считает, что найти какое-то очень конкретное, осязаемое счастье невозможно в принципе — так что почему бы не насладиться каменистой дорогой, по которой идёшь. 

Похоже, что, отказавшись
от поисков счастья, Мицки обрела очень многое

Мицки умеет построить песню на повторяющихся строчках, еле изменяющихся припевах; даже мешая личный опыт со случайными мыслями, она попадает в цель. В целом её музыка привлекает тем, что певица в ней максимально честна со своим слушателем. Здесь нет места иронии, издёвке, двойному дну — до недавнего времени те её песни, где были метафоры, можно было пересчитать по пальцам. Она говорит со слушателем один на один. Да, для кого-то невозможность встроиться в американский контекст по этническим причинам не является близкой проблемой — но как насчёт невозможности отношений с кем-либо? Или неловких попыток общения? Кажется, что это близко всем.

Мицки в какой-то степени ещё и деконструирует классический инди-рок десятых. В её музыке нет ничего театрального, как было у St. Vincent; музыкально певица работает в рамках жанра, позволяя сравнения с, допустим, Эйнджел Олсен или Waxahatchee. Песни нарочно не похожи друг на друга: из акустики она может перейти в практически поп-панк или в поп-рок. И хотя женщин в инди-роке в этом году и так немало — это и Japanese Breakfast, и Frankie Cosmos, и Люси Дакус, и Bleached, и Sheer Mag, — Мицки благодаря своей лирике сразу обращает на себя внимание. Не хочется проводить надуманное деление гитарной музыки на мужскую и женскую, но нельзя не заметить, что в этом году окончательно стало ясно: именно женщинам сегодня в основном удаётся донести простые, но важные мысли до каждого. 

Мицки очень легко поднять на щит благодаря её происхождению или выбору тем. Но важнее всего этого то, что она пишет простые, запоминающиеся и попадающие точно в цель песни, и одно это умение стоит очень много. Впрочем, и её особое отношение к счастью — это тоже бальзам на душу. Похоже, что, отказавшись от его поисков, Мицки обрела очень многое; как минимум это принесло ей уверенность в себе и возможность примириться с самой собой. Для её сверстников это и вовсе лучшая награда из всех возможных.

Фотографии: Mitski/Facebook

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.