Views Comments Previous Next Search

КиноМедвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат

И как не работает культурный протекционизм

Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат — Кино на Wonderzine
Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат. Изображение № 1.

дмитрий куркин

Противостояние российских кинопрокатчиков и Министерства культуры РФ во главе с Владимиром Мединским в начале года из фазы окопной войны перешло в фазу открытого конфликта. И если «Приключения Паддингтона — 2» кинотеатрам удалось отбить — не в последнюю очередь благодаря волне возмущения со стороны детей и их родителей, — то в ситуации с прокатом чёрной комедии «Смерть Сталина» Минкульт, кажется, решил стоять до последнего.

Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат. Изображение № 2.

 

Отзыв прокатного удостоверения у фильма, который его уже получил, да ещё за пару дней до премьеры (после предпремьерных показов) — случай беспрецедентный. В этот раз Мединский даже не пытается подвести под своё решение экономическую базу и заботу об интересах отечественного кино.

Не то чтобы у него это хорошо получалось раньше. С одной стороны, министр утверждал, что оперирует цифрами, а не эмоциями, в то время как прокатчики, возмутившиеся переносом «Паддингтона», «защищают свои интересы, пытаясь прикрыться интересами зрителей». С другой — он же признавал, что «сетям кинотеатров выгодно брать в прокат иностранное кино, потому что пока оно собирает больше денег». Логика, по которой фильм собирает больше денег именно потому, что больше нужен зрителям, чиновнику чужда.

То же двоемыслие наблюдается и в случае со «Смертью Сталина»: причины отзыва удостоверения у фильма скрыты за формулировкой «выявление при публичной демонстрации фильма материалов, содержащих информацию, распространение которой запрещено законодательством Российской Федерации». Что это за материалы, Минкульт не считает нужным уточнить, зато ссылается на «признаки экстремизма» (которые, согласно закону об экстремизме, может определить только суд) и особо упирает на то, что сатира Арманда Ианнуччи сделана «без всякого уважения к нашей истории, к памяти предыдущих поколений».

 

Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат. Изображение № 3.

Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат. Изображение № 4.

Как показал простой эксперимент телеканала «Дождь», найти крамолу зритель может и в «Утомлённых солнцем» Никиты Михалкова

 

При этом источник (комикс, по которому снят фильм) изначально не претендует на историческую достоверность, а судя по отзывам с показов «Смерти Сталина», которые несмотря на формальный запрет проката всё же проходят в кинотеатре «Пионер», основную аудиторию на дневных сеансах составляют как раз люди старшего поколения. Того, что должно было оскорбиться — но не оскорбилось. К тому же, как показал простой эксперимент телеканала «Дождь», найти крамолу потенциальный зритель может и в «Утомлённых солнцем» Никиты Михалкова — была бы только поставлена задача.

Минкульт задачу поставил — и судя по методам, не очень похоже, что это защита отечественного кино. В культурном протекционизме, строго говоря, нет ничего нового. По этому пути в конце 50-х пошла Франция, понимая, что в восстанавливающейся после Второй мировой войны стране кинематограф попросту не сможет конкурировать с продукцией Голливуда. В 1993 году протекционизм был подкреплён принципом так называемого культурного исключения: он подразумевает, что законы свободного рынка ВТО во Франции не распространяются на объекты культуры, в том числе на фильмы. Эта нехитрая мера, по идее, должна защитить местных кинематографистов.

Протекционизм французов не раз подвергался либеральной критике, и споры о том, помогает он или скорее вредит развитию французского кино, ведутся до сих пор. Но это меры, которые, во-первых, приносят результат (по сравнению с другими европейскими киношниками французские действительно чувствуют себя неплохо), а во-вторых, оговорены заранее и мало похожи на хаотические метания российского Минкульта. Последний даже не может толком сформулировать единые правила игры для прокатчиков, а обрушивается на них за несколько дней до релиза фильма, когда деньги, потраченные на рекламу, вернуть уже невозможно.

«Компания теряет не только уплаченную правообладателю сумму за многолетние права на фильм (а подобные форс-мажоры в контракте не оговариваются), но и расходы на выпуск, включающие перевод и дубляж фильма, расходы на печать и логистику полиграфии, на доставку цифровых копий в кинотеатры и на саму рекламную кампанию, не говоря о труде людей. Дополнительно есть упущенная выгода прокатчика, который мог бы на эту дату поставить другой проект и заработать на нём, — объясняет Татьяна Долженко, совладелица компании «ПРОвзгляд». — Другая безусловно страдающая сторона — это кинотеатр. Кроме упущенной выгоды на других релизах, которые могли бы оказаться в расписании, это срочный перекрой репертуарной сетки и рекламной стратегии, а также трудности с возвратом денег зрителям за приобретённые билеты».

 

Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат. Изображение № 5.

Медвежонок Паддингтон
и «Смерть Сталина»:
Как Минкульт убивает кинопрокат. Изображение № 6.

По мнению прокатчиков, речь идёт не столько
о протекционизме, сколько о цензуре

 

Ведомство ещё с прошлого года пытается жёстко отрегулировать прокат, причём в первую очередь прокат ограниченный, и налегает прежде всего на финансовые рычаги. Так, весной 2017 года Мединский предложил повысить стоимость прокатного удостоверения до 5 миллионов рублей. Надо ли говорить, что блокбастеры это повышение остановило бы едва ли — зато напалмом выжгло бы независимое и фестивальное кино.

За кинофестивали, которые пока ещё оставляют лазейку для показов фильмов, даже если они не получили разрешения на прокат, в России взялись в конце
2017-го: Госдума одобрила в первом чтении поправки, существенно ограничивающие само понятие фестивального кино. «Если они будут приняты в заявленном виде, это будет означать, что возможности для фестивальных кинопоказов сильно сократятся, а ретроспективные программы исчезнут совсем, т.к. по новым правкам фестивалем может считаться только то событие, в котором есть конкурсная программа и в котором участвуют исключительно картины текущего или предыдущего года. Продолжительность фестиваля не должна превышать 10 дней. Если эти условия не удовлетворяются, значит, на фильм нужно получать прокатное удостоверение, — поясняет Майя Кузина, куратор Центра документального кино. — Это ставит под угрозу существование небольших тематических фестивалей и всех кураторских кинопрограмм, эхо московских фестивалей в других городах, а также образовательных ретроспективных кинопоказов и разовых кинособытий. Получение прокатного удостоверения — процесс небыстрый и недешевый, но в данном случае просто невозможный, т.к. для того чтобы получить прокатное удостоверения нужно быть правообладателем фильма на данной территории. В случае с фестивальным кино организатор приобретает лицензию лишь на определенное количество показов».

Фестивальные показы и ограниченный прокат — капля в море массового кино, и цифры, которыми на словах так любит оперировать Мединский, должны это подтверждать. Так чем же эта капля так помешала? По мнению прокатчиков, речь идёт не столько о протекционизме, сколько о цензуре. «Эти требования уже сложно связать с попыткам помочь российскому кино проявить свои прокатные возможности — чем объясняли передвижение „Паддингтона“. Найти логику в мерах, которые приведут к уничтожению большей части просветительских инициатив в сфере кино, существующих сегодня, как-то не получается, но самой неприятной мотивацией было бы желание отслеживать происходящее на содержательном уровне», — говорит Кузина.

Похожие опасения высказывает Татьяна Долженко: «Самое плохое, если этот случай повлечёт усиление бдительности прокатчиков при закупке с точки зрения „цензурности“ проектов. И да, к сожалению, это происходит уже сейчас: абсолютный шедевр, который выдвинут сейчас на „Оскар“ в четырёх номинациях — „Зови меня своим именем“, — демонстрировали одними только фестивальными/специальными показами в столицах, так как из-за ЛГБТ-темы никто не рискнул купить кино для полноценного проката на территории РФ. И это не единственный пример».

Фотографии: Main Journey, StudioCanal, Frenesy Film Company

  

Рассказать друзьям
7 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.