Views Comments Previous Next Search

ИнтервьюАнгелина Никонова
и Ольга Дыховичная
об одержимости кино
и партнерстве

«Дайте женщинам еще лет двадцать»

Ангелина Никонова 
и Ольга Дыховичная 
об одержимости кино 
и партнерстве — Интервью на Wonderzine

В прокат вышел новый фильм Ангелины Никоновой «Велкам хом» — независимое драмеди о душевных страданиях эмигрантов в Нью-Йорке, с Ольгой Дыховичной в главной женской роли. Это не первый их совместный проект — перед этим была тяжелая драма о женской судьбе «Портрет в сумерках», расколовшая аудиторию на обожателей и хейтеров. Помимо этого Ольга и Ангелина вместе делают фестиваль независимого кино 2morrow. Мы поговорили с ними о мультизадачности современных женщин, роли любовницы, неизменном рефрене последних лет «пора валить» и о работе женским дуэтом.

Ангелина Никонова 
и Ольга Дыховичная 
об одержимости кино 
и партнерстве. Изображение № 1.

Оля Страховская

Ангелина Никонова 
и Ольга Дыховичная 
об одержимости кино 
и партнерстве. Изображение № 2.

Катя Биргер

Ангелина Никонова 
и Ольга Дыховичная 
об одержимости кино 
и партнерстве. Изображение № 3.

 

Вы продюсируете, снимаете, пишете сценарии, делаете фестиваль — и все вместе. Это вынужденная мера, потому что в независимом кино иначе никак? Или мультизадачность — качество, необходимое современной женщине? 

Ангелина: Это вынужденная мера. Конечно, в разы приятнее работать в коллективе, где на каждую специальность есть обученный человек. Но когда вы работаете с небольшим бюджетом, вы вынуждены совмещать много профессий.

Ольга: Это палка о двух концах. С одной стороны, это вынужденная мера, а с другой — это абсолютная свобода. В качестве бонуса за адский труд и ответственность ты получаешь право ни с кем не согласовывать ни одно решение внутри фильма. И это правильно. Автор должен отвечать за каждый кадр, склейку, слово. Тогда на премьере он сидит и не думает: боже мой, вот бы мне дали возможность выбрать другого актера. Российское кино часто не вписывается ни в один шаблон именно по этой причине — оно и не коммерческое, и не авторское, потому что слишком много людей, которые, являясь администраторами, лезут в процесс. В этом смысле «Портрет в сумерках» и «Велкам хом» — независимое авторское кино.

К сожалению, выходит, что независимому кино здесь сложно выживать. Вы столкнулись с тем, что государство не хочет поддерживать достойный кинофестиваль 2morrow, который вы курируете. Что сейчас с ним происходит?

Ольга: Мы продолжаем организовывать фестиваль, не имея никакой гарантии, никакого бюджета. Мы запустили краудфандинговый проект на Planeta.ru. Очевидно, не получится собрать полный бюджет на фестиваль, но хотя бы на какое-то событие в рамках фестиваля или фестивальный день. Хотя мы продолжаем надеяться на получение поддержки от города. Уже четвертый год мы работаем с единой, постоянной командой, которая видит, что нам сложно, и готова с идти с нами до конца.

Ангелина: Я привнесла дух и опыт организации низкобюджетных независимых съемок в схему работы команды фестиваля, где все идет на сплочении и где цель объединяет, а результат в итоге превышает все ожидания.

 

 

Женщинам нужна поддержка женского плеча,
нам нужно не стесняться помогать друг другу

 

 

Ангелина, вы учились в Америке. Насколько то, чему вас учили, отличается от того, как снимают кино в России?

Ольга: Мне кажется, то, чему ты училась больше десяти лет назад, сейчас стало востребовано в России, потому что пришли новые технологии, которые позволили существенно снизить стоимость кинопроизводства. Профессия, которую получила Ангелина, называется фильммейкер.

Ангелина: Это шире, чем режиссер-постановщик.

Ольга: Эта профессия совмещает в себе все качества: режиссера, сценариста, режиссера монтажа — это классическое американское образование. Сегодня телефон может являться инструментом для съемок фильма, и ты сам должен быть человеком-оркестром. Задача российской киноиндустрии на этот момент — раскачать новое поколение, чтобы оно не боялось снимать кино инструментами, которые есть под рукой. И тогда появится гораздо больше нашего отечественного визуального контента и, как следствие, здоровая конкуренция. Пока же у нас нет конкуренции в профессиональном кино, но есть независимые Rutube и YouTube, где происходит самое интересное: люди экспериментируют с технологиями, с фотоаппаратами, с телефонами. И вот этих людей надо пустить в профессию, чтобы они снимали и рассказывали свои киноистории.

Вы также любите снимать непрофессиональных актеров. Но с ними же очень сложно работать.

Ангелина: Но не факт, что те, кого учили играть, умеют это делать. Самое важное — внимательно отобрать на кастинге людей, которые никогда не пробовали себя в актерской профессии, и среди прочего убедиться, что они не будут зажиматься перед камерой. Однажды я сделала неожиданное открытие: спортсмены — великолепные актеры, потому что они привыкли к дисциплине. Они внимательно слушают и максимально выполняют поставленную задачу. Так что найти людей можно в неожиданных местах, и может так получиться, что они будут автоматически владеть 70 % профессии.

   

 Трейлер фильма «Велкам хом»

 

В «Велкам хом» главного героя играет непрофессиональный актер. Правда, что вы одну из сюжетных линий списали с истории его жизни? Продавец ковров захотел стать актером — и стал. Не очень успешным, правда.

Ангелина: Да, это его история, но сильно художественно обработанная. Карен Карагулян (исполнитель роли Бабкена в «Велкам хом». — Прим. ред.) перевоплотился полностью. В своей походке, в том, как держит себя, в улыбке.

Ольга: Хороший актер проверяется сценами, когда ему по сюжету фильма надо сыграть актера. Это целый трюк, как актеры играют плохих актеров. Правда, еще сложнее, когда актеру надо сыграть отличного актера. Помните, знаменитую сцену прослушивания у Линча в «Малхолланд Драйв» с Наоми Уоттс? Когда ты понимаешь разницу между Наоми Уоттс в роли Бетти и перевоплотившейся Бетти на пробах. Это невероятно. Карену удалось это актерское перевоплощение.

в центре обоих ваших фильмов — травмированные, но смелые женщины. Они не до конца понимают, чего хотят, но точно понимают, чего не хотят. у вас есть ощущение, что, простите, герой нашего времени — это героиня?

Ольга: Не хочется заниматься примитивным разложением мира на мужской и женский, не все так однозначно. Но с женщинами проще по некоторым аспектам — даже у самых успешных отсутствует надувание щек и головокружение от успеха. Видимо, потому что путь, который проходит женщина к своей цели, чуть длиннее, чем путь мужчины. Женщина долго сомневается: имею ли я право идти по этому пути. Потом находятся добрые люди, которые говорят: это не твое, это мужская профессия, посмотри, у скольких женщин это не получилось.

Например, многие женщины говорят: я не езжу на женские фестивали, я не объединяюсь по половому признаку, мне не нужны гендерные гетто. На самом деле, мне кажется, женщинам нужна поддержка женского плеча, нам нужно не стесняться помогать друг другу. Потому что самое обидное, когда тебя не поддерживает на твоем пути коллега-женщина. Это странно. Мы все знаем, как нам даже не то что тяжело, а ты не можешь показать свою слабину, ты не можешь показать, что устала. Потому что тут же на эту твою слабость найдется столько откликов, что тебе вообще не надо этим заниматься, что лучше дом, кухня, дети. Кстати, фестиваль 2morrow мы не строили по гендерному признаку, но в итоге в нашей команде почти все женщины и они готовы работать на голом энтузиазме.

Ангелина: Вы не знаете, где все мужчины? Они работают вообще или где? Нам в команду нужны сильные руки, мы готовы их взять.

Ольга: Может, мужчины не готовы работать в команде?

Ангелина Никонова 
и Ольга Дыховичная 
об одержимости кино 
и партнерстве. Изображение № 4.

 

Скорее, они не готовы работать в команде не на первых ролях. В «Велкам хом», кстати, у героев очень понятные мужские роли: отец, кормилец, бизнесмен. А героиня пытается оторваться от мужчины и найти свое место в жизни. Но у нее не очень выходит.

Ангелина: Персонаж Саши возник у нас с Олей, потому что нам было интересно исследовать тему любовницы. Глубоко копнуть — что, если она в отношениях с женатым человеком уже десять лет и давно говорит себе: пора валить, надо начинать жизнь с нуля, здесь ничего не светит. Конечно, эти отношения засасывают. Мужчина ей говорит: сейчас-сейчас все будет. Это «сейчас» — раз и продлилось десять лет. И порвать эти отношения — это все равно как выдернуть с куском мяса руку, ногу и пойти дальше без руки и без ноги. Что Саша и делает. Она хромая, по сути. Она выискивает способы существования, будучи абсолютно зависимой от другого человека. Ее бравада говорит: ты мне не нужен, — но она в итоге все равно с ним постоянно оказывается. Это такое исследование темы зависимой женщины, которая только кажется независимой.

При этом семьи в ваших фильмах тоже абсолютно несчастные. И в «Портрете в сумерках», и в «Велкам хом» есть формально успешные, обеспеченные пары, где плохо обоим супругам. У них все есть, а счастья нет.

Ангелина: Если развивать эту тему, то мы придем к тому, что надо делать фильмы о счастливых людях, счастливых семьях. Видимо, это то, к чему сейчас ведет вообще министерство культуры, выделяя поддержку позитивным патриотическим фильмам. Но зрителю неинтересно смотреть на благополучных людей, нужен конфликт. Основной закон драматургии говорит о том, что с главным героем на 7-й минуте должно приключиться несчастье. У него все должно развалиться. Это голливудский подход к любой истории, будь то комедия или драма. Бросила жена, любовница оказалась любовницей его брата, что угодно…

даже благополучная семья, как армянская диаспора в «Велкам хом», — это архаичная ячейка, которая противопоставлена свободе. В фильме один из самых ярких героев — молодой трансвестит Гамлет, который не может сделать каминг-аут. 

Ольга: Семья сдерживает Гамлета от того, чтобы не стать женщиной или открыто не переодеваться в женское платье. Семья сдерживает героя Бабкена, чтоб он не стал актером независимого кино и не жил богемной жизнью. Семья для них символизирует общество в целом, и конфликт развивается между внешним и внутренним, по сути, на ногах висят гири, которые не дают вырваться в свою мечту. Люди, которые живут в диаспоре, отчасти специально удерживают архаичный уклад, который конфликтует с современной жизнью. Мещанское представление о счастье сдерживает наших героев, они не могут вырваться за рамки этого шаблона счастливой жизни. Но эта же семья дает опору, поддержку, тепло, которое необходимо в Нью-Йорке. Феномен Нью-Йорка в том, что там все люди живут по двое-трое, снимая вместе квартиры. Кажется, что это дешевле, но дело в том, что люди в этом городе бесконечно одиноки, и таким образом они как будто жмутся друг к другу, чтобы получить немного тепла.

 

 

Когда режиссер начинает разговор — это всегда импульс изнутри, из ощущения, что хочется кричать. 
И вряд ли ты кричишь от радости

 

 

Вы до этого произнесли фразу «пора валить» в контексте отношений. При этом она отчетливее звучит в обществе в последние годы. Что бы вы посоветовали молодым людям, которые хотят состояться: валить или пытаться что-то изменить тут? 

Ангелина: Если все свалят, мне страшно думать, что будет здесь. Отчасти наша культура сформирована людьми, которые остались, несмотря ни на что. Благодаря им мы не скатились в крестьянскую однозначность в свое время. Поэтому ни в коем случае не уезжайте, развивайте культуру и общество здесь посильными вложениями.

Ольга: Мне кажется, все нормальные люди живут в других странах и вообще не задумываются о том, любят они свою страну или нет. Я бы никому никаких советов не давала. Мы живем в постоянном диалоге с нашей страной. Она действительно очень требовательная мать, которая требует постоянной отдачи и жертв. Если ты хочешь быть в этой стране востребованным, счастливым, к сожалению, здесь невозможно уйти во внутреннюю эмиграцию и состояться.

В этом смысле очень сатирично звучит название фильма — «Велкам хом». 

Ангелина: Есть такое дело.

Фильм позиционируется как комедия, но это, скорее, драмеди. По опыту двух фильмов какое у вас впечатление что действеннее: говорить с аудиторией серьезно или с иронией?

Ангелина: Когда режиссер начинает разговор — это всегда импульс изнутри, из ощущения, что хочется кричать. Если просто хочется поболтать, лучше кино не снимать. И вряд ли ты кричишь от радости, редко такое бывает.

Ольга: Было понятно, что люди, которые любят «Портрет в сумерках» и ждут от второго фильма разговора с той же степенью шока, откровенности и драматизма, будут разочарованы. Но после успеха первой картины Ангелина сменила жанр, тематику, страну и до неузнаваемости изменила свой режиссерский почерк. И теперь у Ангелины есть возможность выбирать жанр, киноязык и инструментарий. А это — свобода. Она может делать все что угодно.

Ангелина: Я сделала свободное кино: я намеренно не заигрываю ни со зрителем, ни с критиками. Если говорить об отзывчивости зрителей, то они ярче реагируют на драму, как ни странно. Поэтому, думаю, следующая картина, которую мы опять же сделаем в этом составе, будет иметь больший отклик, чем «Велкам хом».

   

кадр из фильма «портрет в сумерках»

Ангелина Никонова 
и Ольга Дыховичная 
об одержимости кино 
и партнерстве. Изображение № 5.

 

Очевидно, что у вас сложился очень удачный тандем. Обычно сказали бы «режиссер нашел свою музу», но у вас, скорее, история про полное равноправие. 

Ангелина: У нас благодаря тандему высокая результативность. Здесь даже не о вдохновении речь, вдохновить вообще может хоть дверь. Поддержка очень важна. Человек, который вас поддержит в этом марафоне. Кино — это же безумно долго и тяжело. К примеру, боль от укола можно нормально выдержать. А если больно и тяжело год, а если два? С «Велкам хом» нам тяжело почти три года. Секрет нашей команды в том, что мы абсолютно поддерживаем друг друга.

Ольга: И, как ни странно, у нас не пересекаются творческие амбиции и интересы. Какая-то уникальная получилась конфигурация.

Ангелина: Мы не меряемся творчеством, потому что у нас действительно разные головы.

Но сценарии вы вместе пишете.

Ольга: Сценарий «Велкам хом» написала Ангелина при моем участии и Карена.

Ангелина: А «Портрет в сумерках» написала Ольга, и дальше я уже делала «тюнинг» под себя.

Неужели не бывает, что одна говорит другой: «воу-воу-воу, оставь-ка это слово на месте»?

Ангелина: Изначально я не собиралась привлекать соавторов в создании «Велкам хом» — я написала все истории сама. Потом Оля предложила что-то — я подумала, классная идея, потом еще что-то — опять классная идея. В какой-то момент этих классный идей набралось такое количество, что я говорю: Оль, мне кажется, мы уже соавторы. Но это не было нашей изначальной задачей. Тут Оля абсолютно права: кино — командная работа. Если вам повезло работать с интересными людьми, нужно быть открытым к предложениям. Если вы зацикленный на себе и своем видении автор — это уже совершенно другое кино. И мы все знаем, что это за кино.

Ольга: Когда встречаются единомышленники, то из двух становится четыре. От одного одержимого люди разбегаются — а вот уже когда двое сумасшедших, то кажется, это сила. Поэтому я уверена, что если бы мы были поодиночке одержимы, у нас бы не получилось собрать вокруг себя людей, и благодаря такому тандему у нас есть большое количество единомышленников. Кино вообще заразная профессия. Это действительно образ жизни, это мечта о том, как должна проходить жизнь. Когда есть задача больше тебя, другие миры, которые ты сам создаешь. Мне кажется, это пограничное с болезнью состояние: кто туда попадает, с трудом может выбраться обратно.

Может, поэтому женщин-кинорежиссеров так мало? 

Ангелина: Раньше женщин в профессию кинорежиссера не очень-то пускали. Сейчас вроде ситуация изменилась. Есть такое клише, не имеющее отношение к реальности, что кино — это мужская профессия.

Потому что мужчины более рассудочные? Есть вообще какое-то различие — мужское, женское кино? 

Ангелина: Я считаю, что вообще все, что касается выносливости и способности делать несколько вещей одновременно, при этом концентрируясь и не отвлекаясь, — это женское. И психологическое умение найти к любому подход, создать на площадке комфортную атмосферу, в это время добиваясь того, что тебе нужно, — это абсолютно женская история. Поверье, что кинорежиссер — мужская профессия, — это своего рода атавизм. Оно изжило себя. Посмотрите, с чего начинался Голливуд: режиссеры били тарелки о головы актеров, дважды не думали. Никто же не настаивает, что так должно быть и сейчас.

Ольга: Все меняется. Дайте женщинам еще лет двадцать.

Фотографии:  Сергей Иванютин

 

Рассказать друзьям
0 комментариевпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.