Views Comments Previous Next Search

МнениеВиртуальные инфлюэнсеры: Чем опасны нарисованные модели

В чём загадка популярности модели по имени Микуэла

Виртуальные инфлюэнсеры: Чем опасны нарисованные модели — Мнение на Wonderzine
Виртуальные инфлюэнсеры: Чем опасны нарисованные модели. Изображение № 1.

маргарита вирова

В начале февраля Пэт Макграт, самая влиятельная визажистка современности, назвала своей музой девятнадцатилетнюю девушку из Лос-Анджелеса Микуэлу Саусу (читается «мик-уэла») — неплохой карьерный взлёт для начинающей инстаграм-блогерши. Незадолго до этого, правда, активная и современная Микуэла сделала каминг-аут: она не живой человек, а модель, созданная с помощью компьютерной графики. Теперь весь мир говорит о виртуальных инфлюэнсерах и их перспективах в мире моды и красоты.

Виртуальная женщина, сгенерированная
при помощи «живых» текстур, внешне мало чем отличается от реальной девушки, пропущенной через ретушь, — в итоге
они начинают играть на одной территории,
деля пополам пагубное влияние

Сейчас в инстаграме Микуэлы за шестьсот тысяч подписчиков, о ней пишут интернет-издания, её клип набирает вполне реальное, пусть и скромное число просмотров, а в описании профиля выведено «Black lives matter». Крупные бренды предлагают ей рекламные посты, и она уже успела «сняться» для печатного издания. Она пишет безликую музыку — в обобщённом духе Рианны и FKA twigs, но главное, чем отличается проект Микуэлы, — это её похожесть на всех инфлюэнсеров сразу, будто её личность составлена по списку самых популярных хештегов. При этом аккаунт активен уже несколько лет — правда, года два назад подписчики не восхищались инопланетными данными, а спорили, настоящая ли это девушка, слишком увлечённая обработкой фотографий, или продукт творчества горячего любителя The Sims. Тогда блогерша явно пугала потенциальную аудиторию — теперь же для CGI-модницы настали удачные времена.

Похожая история, раскрутившаяся, правда, куда быстрее, произошла и с новым лицом Fenty Beauty: им стала «первая в мире цифровая супермодель» Шуду Грэм, в целом похожая на идеального выразителя ценностей и концепции марки Рианны. Словосочетание «цифровые инфлюэнсеры» прочно застряло в заголовках статей о новейших методах маркетинга — и судя по частоте и интонациям таких публикаций, виртуальных моделей будет всё больше, а рекламировать они будут всё активнее. Притом что ничего принципиально нового нет ни в использовании CGI, ни в создании виртуальных персонажей, это поколение супермоделей из-под пера фотошопа действительно пугает. И дело не в пессимистичных размышлениях о будущем в стиле «Чёрного зеркала», а в старой доброй объективации.

Не зря все так любят порицать «преступления против анатомии»: рекламная фотография давно вышла на особый уровень существования, где живые люди похожи не на обывателей, а на воплощения идеалов брендов и журналов. Фильтры и мастерский фотошоп нередко делают живых женщин подобием искусственно созданной картинки. Живы и традиции компьютерных изображений, знакомые по популярным играм: фигуры ломают законы физики, фантастические пропорции лиц похожи на результат работы хирурга-перфекциониста. Современная компьютерная графика вполне способна преодолевать эффект «зловещей долины»: поверхность кожи и волосы нарисованных 3D-моделей выглядят всё более реалистично. Так, виртуальная женщина, сгенерированная при помощи «живых» текстур, внешне мало чем отличается от реальной девушки, пропущенной через ретушь, — в итоге они начинают играть на одной территории, деля пополам пагубное влияние.

Пусть в компьютерной графике самой
по себе никакой крамолы нет, в наваривании денег на наших комплексах с её помощью есть особый цинизм: теперь играть
на женской неуверенности будет особенно легко

В то время как владельцы аккаунта Микуэлы сохраняют анонимность, автор второго персонажа известен — это фотограф Кэмерон-Джеймс Уилсон, признающийся, что при создании Грэм он ориентировался на модель Даки Тот, а ещё куклу Барби в образе «принцессы Южной Африки». В рамках арт-эксперимента Шуду выглядит, пожалуй, интересно — но в контексте рекламы и массовой культуры она становится очередной банальной фантазией об идеальной женщине, да к тому же мужской и с сомнительным референсом. Коллективный невроз на тему недостижимого «идеала» рождается из нереалистичной репрезентации тела, и виртуальные эксперименты в этом смысле дают развернуться на полную. И пусть «живые модели не голодают», страдать всё равно придётся, просто всем остальным. Создатели виртуальных девушек не пытаются пойти по пути фантазийности, а, наоборот, мечтают хоть немножко, но обмануть свою аудиторию — заставить поверить в нереальных-реальных звёзд инстаграма.

Не зря Микуэлю клеймят инфлюэнсером: влиятельная блогерша не только оказывает эффект на чувство прекрасного своих подписчиков — но и заставляет покупать. Последнее особенно важно брендам — виртуальная модница уже щеголяет в пуховиках Moncler; марке даже не пришлось напрягаться и присылать реальную куртку. И пусть в компьютерной графике самой по себе никакой крамолы нет, в наваривании денег на наших комплексах с её помощью есть особый цинизм: теперь играть на женской неуверенности во внешности будет особенно легко.

Да, речь идёт именно о девушках. У Микуэлы есть то ли парень, то ли друг по имени Ронни Блавко с точно такими же исходными данными: он тоже продукт компьютерной графики, тоже модник и тоже обитает в инстаграме. Только вот число его подписчиков не дотягивает и до пяти тысяч — несмотря на регулярные упоминания в постах подруги. Кажется, людям просто неинтересно смотреть на условного мужчину, воплощающего образ всех модных молодых парней сразу, — а значит, и денег на этом не сделать.

Пока всеобщее возбуждение спровоцировано скорее новизной явления, так что вряд ли прилежно скроенные компьютерные модели в ближайшее время заменят сестёр Хадид. Тем не менее игра уже выглядит не слишком этичной. В интервью, которое цифровая модель дала порталу The Business of Fashion, она предстаёт вполне самостоятельной личностью: рассказывает о планах на будущее, не хочет, чтобы люди спрашивали её об этнической принадлежности, и называет себя художником. Микуэла открыто выражает взгляды и приверженность борьбе с несправедливостью, высказываясь за права меньшинств. Выглядит это, правда, как дань моде, симуляция активизма, который не сопряжён с опасностями: блогерша не может оказаться в положении реального человека, подписывающегося настоящим именем. Нужен ли нам «плохой» активизм, когда даже «хорошего» мало? Вопрос открытый. Этично ли продолжать уверять женщин, что они недостаточно хороши? Точно нет.

Рассказать друзьям
32 комментарияпожаловаться

Комментарии

Подписаться
Комментарии загружаются
чтобы можно было оставлять комментарии.